Горечь Пепла

Fallen Ellen

Голос совсем осип, произношу адрес Джона. Обнимаю себя руками, раскачиваюсь,

сидя на ступенях его дома. Что же ты сделал, Кейн?

Через двадцать минут Келли уже тащит меня в машину, растирает плечи.

— Ты о чем думала, дура? Оно того стоило? — включает печку на всю мощность,

чтобы я согрелась.

— Я люблю его, — опять начинаю реветь.

— Да я ему башку оторву. Козел. Он бросил тебя около дома? — вопит она.

— Нет, это я виновата. Молчала до последнего. Не хотела говорить ему

про Майкла.

Не знаю, о чем я думала. Просто нам было так хорошо вместе. Мы как в оболочке. Он и я,

— мои зубы стучат друг о друга.

— Он любит тебя. Все будет хорошо, — сжимает мое колено. — Ты хотела умереть

на пороге его дома?

— Нет, я хотела сражаться за свою любовь, — включаю радио. Поет группа Skillet

— Fire and Fure. — Я сдохну без него.

— Дилан, перестань так убиваться. Он не последний мужчина на земле, — тянет

руку, чтобы переключить.

— Оставь, — удерживаю ее руку. — Для меня — единственный.

Прижимаюсь головой к стеклу и напеваю слова:

Каждый кирпич

И каждый камень

Того мира, что мы создали,

Будет уничтожен, если я,

Если я почувствую тебя здесь,

Рядом со мной,

Во сне.

Я шепчу твоё имя,

А потом просыпаюсь,

Чтобы коснуться твоего лица, потому что мне,

Мне нужно чувствовать тебя здесь,

Рядом со мной.

Ты можешь унять мою боль,

Потому что ты тот, кто мне нужен.

Я сгорю,

Я сгорю из-за тебя

В огне и в ярости,

В огне и ярости.

Моё сердце болит,

Моё сердце болит из-за тебя,

Твоя любовь горит внутри меня

Огнём и яростью.

— Любовь — несправедливая штука. Иногда мы сражаемся не за того человека.

Тебе об этом известно? — подбородок Келли подрагивает. — Уж мне-то знакомо это

чувство.

— Ты боролась? — смотрю на нее.

— У меня не было шанса, — делает глубокий вдох. — Кейн все поймет. Дай ему

время.

***

Смутно слышу звон посуды и детский смех. Даже

хохот. Шарю рукой по кровати, я

одна. Открываю глаза, мгновенно понимая, что я дома у Келли. Мужской голос доносится

с нижнего этажа. Неужели он пришел? Соскакиваю с кровати, цепляясь за тумбу

мизинцем ноги.

— А, черт, — шиплю от боли.

Быстро умываюсь и причесываюсь. На мне шелковая пижама Келли. Бог с ней. Мне

надо увидеть его.

Сбегаю по лесенкам, и моему взору открывается самая прекрасная картина. За

столом на кухне сидит Джон с Лео на руках. Малыш бьет ложкой по столу, изображая

какой-то музыкальный бит. Джон кивает головой ему в такт. В это время Келли тихо поет

песню на неизвестном мне языке, стоя спиной к ним, покачивает бедрами и при этом моет

посуду.

Но это не он…

— Доброе утро, — хрипло говорю я. — Вы, ребята, как семья из хорошего романа.

Присаживаюсь рядом с Джоном. Он обнимает меня за плечи и целует в висок.

— Привет. Как ты? — он скользит по мне смущенным и взволнованным взглядом.

— Думаю, мой вид говорит сам за себя. Во сколько твой вылет? — не думала, что

нам придется прощаться при таких обстоятельствах.

— Мне уже пора в аэропорт, — вздыхает. — Могу я надеяться, что ты будешь

звонить? — Лео обхватывает лицо Джона и прикусывает подбородок. — Малыш, да ты

грызун.

Джон смеется и кривит ему рожицу.

Он потрясающий человек. Мужчина. Возможно, когда-нибудь, отец…

Келли забирает Лео и нежно прикасается к руке Джона. Честное слово, я вижу, как

их прошибает ток. Вздрогнув, они отходят друг от друга.

— Я позабочусь о ней, Джон. Всего хорошего, — слишком грустно выходит у

Келли.

Странно.

— Я всегда на связи, — целует ее в щеку, задерживается на мгновение и переводит

взгляд на меня.

Мы выходим на улицу, Джон все еще держит руку на моем плече.

— Я не раздевал тебя, только отнес в кровать. Так странно видеть, как девушка

моего брата, свернувшись в клубок, спит в машине… Я хочу сказать, не давай этому

придурку спуска. Пни его под задницу. Он придет, — держит меня за руку.

— Спасибо тебе, — одинокая слеза скатывается по моей щеке. — Мне так будет не

хватать тебя.

Джон обнимает меня и на мгновение замирает. Его взгляд направлен на окна второго

этажа.

— Мы не прощаемся, Ди. Никогда, — проводит рукой по волосам и трясет головой,

будто стряхивая с себя воспоминания.

— Никогда, — шепчу я, когда его машина исчезает из вида.

Глава 26

Кейн

Я ничего не чувствую. Весь словно в оцепенении. Ощущаю только, как мышцы

моего тела невыносимо ноют, а сердце грохочет в груди. Я взбешен и в то же время