Горечь Пепла
Шрифт:
– Только не его имя, – отворачиваюсь.
– Хорошо, скажи мне, ты намеренно затеяла ремонт в квартире? – папа выезжает на
оживленную трассу.
– Я думаю, мой дом завален хламом. И обои перестали быть веселенькими, –
прикрываю ладонью лицо.
– Знаешь, мы с мамой не раз ссорились в молодости до замужества. Она выпихивала
меня из дома, я сидел часто на крыльце. И видит Бог, она была права. Но каждый раз я
приходил к ней. Каждое утро начиналось с нее
скучает. Я видел вас вместе. Вспомнишь слова своего старика, когда будешь стоять перед
алтарем, – смотрит на меня, когда мы останавливаемся на парковке.
– Ты самый лучший, пап, – обнимаю его, он крепче прижимает меня к себе. –
Спасибо тебе.
– Сегодня твоя работа заключается в заполнении анкет и первичном осмотре, –
мгновенно перевоплощается с отца на доктора.
Подбодрил, блин.
Я тысячу раз стояла на этом месте, заполняя эти бумаги. И почему-то единственное
воспоминание связано с наглым пожарным и его кровавой рукой.
Встряхиваю головой.
Я готова работать.
Кейн
Спустя некоторое время...
— Хотите, чтобы мы упаковали ваше кольцо в бархатную коробочку?
— Не нужно, спасибо, — не даю закончить продавцу ювелирных изделий.
Ни к чему мне помпезности. Я всего лишь хотел найти кольцо. И, кажется, нашел
именно то — идеальное. Кольцо из белого золота, с небольшим аквамарином в тонкой
оправе. Такое, как она...
Что насчет меня, то я не идеал. И таких дров наломал по своей дурости. Скучает ли
она по мне? Захочет ли встречаться со мной снова?
Понятия не имею.
Все эти дни я слонялся по своему разгромленному дому, жалея себя и думая о ней.
Пытался выкладываться на работе, а забыться так и не получалось. Каждый вечер я
приезжал к ее дому и вглядывался в окна. Я просто хотел знать, что с ней все в порядке.
Особенно, после того хаоса, что я учинил.
Но каждый вечер на протяжении десяти дней я видел в них лишь темноту. Даже на
расстоянии я физически ощущал пустоту и безжизненность внутри. В какой-то момент
меня осенило, что, скорее всего, она съехала и, наверное, теперь живет у своих
родителей.
Один раз я заезжал в больницу, чтобы узнать, как дела у Микки. На ресепшене мне
сказали, что он в надежном месте. Я-то знаю, о каком месте шла речь. Вообще-то, я не
боюсь дыма и пламени, но заявиться домой к родителям Ди мне недостает смелости.
Тогда у Майкла я пообещал себе набраться терпения и ждать.
Чего ждать? Перемен? Того, что она придет сама?
Я прекрасно понял кретинизм своих поступков и выводов, что готов всю жизнь
молить
Ди. Моя Ди... Все еще в бешенстве от последних мной совершенных выходок или же
вовсе решила забыть обо мне?
Я больше не могу сидеть и ждать, уже нет сил жить в неизвестности.
Я люблю ее.
И, черт возьми, чем больше времени я жду, тем меньше у меня остается шансов на
то, чтобы вернуть ее.
Как говорят: кто не рискует, тот не пьет шампанское. Значит, настало время
пригубить этот напиток.
Оплачиваю покупку и отправляюсь вслед за своей мечтой.
Мне стало известно, что сегодня она в госпитале и пять минут назад заступила в ночную
смену. Не спрашивайте о моих источниках, я обещал не выдавать. А впрочем, Майкл
Барлоу оказался не таким уж мудаком, и с радостью выдал мне ее недельное расписание.
Чувствую, что идеального момента может и не наступить, а промедление поражению
подобно. Я же проигрывать не намерен.
Госпиталь Сент - Луи. Кто бы знал, что он сыграет такую роль в моей жизни?
Достаю из кармана джинсов колечко с небольшим голубым камушком и сравниваю со
своим перстнем (ага, тем самым «легендарным»), который так уверенно сидит на моем
безымянном пальце.
Эй, дружок, я нашел тебе подружку. И теперь ее черед: выбрать или послать нас к
черту. Но перед этим мне необходимо кое-что провернуть.
С лукавой улыбкой на лице и грохочущим сердцем, без понятия, как все пойдет, я
поднимаюсь в отделение, где работает Ди. И узнаю, что сегодня она дежурит на
первичном осмотре и перевязках.
Вот же подфартило. «Судьба», твою мать! А ведь еще совсем недавно я бы
посмеялся
над
этим
словом
и
его
значением.
В коридоре хирургического отделения останавливаю молодую медсестру и прошу ее об
одолжении.
— Мисс, прошу прощения, не могли бы вы мне помочь?
Она прищуривается, всматривается в мое лицо и, улыбаясь, кивает:
— Чем могу быть вам полезна, сэр?
— Кейн, просто Кейн... — И шепчу ей на ухо то, что задумал.
Подготовительные работы проведены, теперь осталось самое главное. Но для начала
я должен увидеть ее, узнать в каком она состоянии.
Ведь может так случиться, что меня для нее больше нет. И тогда все, что я задумал,