Гордыня

Холлифилд Дж. Д.

Я не хотел больше ждать ни секунды. Руки жаждали впиться пальцами в ее ягодицы. Я так и сделал, а потом без предупреждения толкнулся внутрь нее, из-за чего девчонка качнулась вперед на несколько дюймов.

— Ох, ты такая узкая. Правда ли, что ты такая непослушная, как утверждаешь? Или же невинная, которая захотела стать плохой? — поддразнил я ее, врезаясь в нее снова и снова.

Я стал грубым, даже безжалостным, приходя в ярость каждый раз, когда приходилось выходить из нее. В ней было так приятно. Ее внутренности крепко обхватывали мой член, в еще внутри было горячо и скользко. Звуки, срывавшиеся с ее губ, были музыкой для моих ушей, сообщая об удовольствии, которое я доставлял ей. Я вонзался

в нее раз за разом, а потом склонился ниже, потянув за зажим. Она прогнулась подо мной, и я стал объезжать ее еще быстрее. Почувствовав, как стали сокращаться ее внутренние мышцы, я вышел из нее прежде, чем она достигла оргазма, оправдывая ожидания насчет плохого парня.

— О боже, почему ты…?

Я так сильно ударил ее по заднице, что она едва не спрыгнула с кровати.

— Заткнись, мать твою, — рыкнул я, а потом приподнял ее за бедра так, что задница оказалась высоко в воздухе. Перевернувшись на спину, я пополз под ней, пока не смог обернуть губы вокруг ее соска. — Не могу перестать думать об этом, — я убрал один зажим, и она захныкала, когда я снова обхватил его ртом, обводя языком набухшую вершину.

— Еще. Черт, еще, — взмолилась она, и я сорвал второй зажим, впиваясь во вторую грудь.

Я предупредил ее, чтобы она не болтала, но мольбы — другое дело. Член пульсировал, желая вернуться внутрь, а у девчонки подкосились ноги, и киска коснулась моего живота. Когда она стала тереться об меня, я потерял самообладание.

Обхватив ее миниатюрное тело, я приподнял его над собой, а потом усадил на член. Еще раз и еще, пока у меня не стали закатывать глаза. Девчонка мурлыкала, как маленькая кошечка, и эти звуки наслаждения перекинули меня на вершину. Мои яйца поджались, и я стал толкаться мощнее и быстрее, пока девушка громко не закричала, достигнув своего оргазма и зажав меня словно тисками.

Я пытался отдышаться. Но из-за выпивки, кокаина и бешеного траха, который она мне устроила, едва не заработал сердечный приступ, когда девчонка упала сверху.

Я не знал, что сказать. Или сделать. Поблагодарить ее за лучший секс в моей гребаной жизни? Встать и уйти? Проблема в том, что я далеко не закончил. Я лишь откусил небольшой кусочек и теперь умирал с голоду. Я перевернул ее обратно на матрас, стараясь не сломать все еще прикованные запястья.

На ее лице сияла беззаботная улыбка.

— И что это за взгляд? — я неуверенно поднялся на ноги.

Она посчитала, что я недостаточно хорош? Хотела ли цыпочка большего?

— Так, ничего. Просто радовалась, что ты прошел первый раунд. У меня в сумке еще полно разных вкусностей. Если готов, предлагаю двигаться дальше.

«Прекрасно».

Похоже, я влюбился.

Глава 5

Неделя спустя…

Дождь никак не прекращался, но я все равно подъехал к байкерскому бару, уже второй раз за неделю. Лилиан только что вручила мне задание Рэтта, или Похоти. Когда вернулся домой после дерьмового дня полного занятий, Лилиан уже ждала меня в квартире. Она протянула мне карточку и заставила прочесть ее, улыбаясь своей фирменной улыбкой. Я не хотел знать, о чем его просила «Элита», но Лилиан все равно потребовала зачитать. Меня захлестнула волна отвращения, когда заметил на карточке имя ее собственной падчерицы. Она хотела, чтобы я знал, на что люди готовы ради власти. Ее слова все еще звенели в ушах.

«Люди стремятся примкнуть к тайным обществам, Мэйсон. Им нужно знать, что они лучше всех вокруг. И пусть никто не признается, но каждый готов продать частичку себя, лишь бы оказаться на вершине».

Я сказал ей, что она ошибалась. Лучше быть бедным и ничего

не иметь, чем обманывать и предавать, лишь бы добиться успеха. После чего Лилиан напомнила, что я сам такой же. Что я раздам все эти задания независимо от того, чьи жизни в итоге пострадают. Моя гордыня не оставит мне выбора. И в какой-то степени она была права. Эти парни, во всяком случае некоторые из них, были готовы на все, чтобы присоединиться к «Элите». Однако вряд ли им известно, какие разрушения это за собой понесет.

Я уже собирался выйти из машины, когда зазвонил телефон. Кто бы это ни был, он подождет. Прямо сейчас мне нужно было выпить и забыться. Дождь вдруг усилился, забив по окну, и я помедлил, все же мельком глянув на экран, на случай если это Эвелин. Она так беспокоилась обо мне, едва справляясь с эмоциями на следующий день после моей первой встречи с «Элитой». Я сказал ей, что вернусь тем же вечером, но не смог. Мой разум был слишком затуманен кокаином, а потом я трахался. Живот снова скрутило. Я только вернул свою сестру и уже подвел ее. А ведь клялся, что подобного больше никогда не повторится. Однако на экране высветилось имя Лилиан.

Гадина Гриффин: Не так быстро. Тебе дали задание, мой маленький песик. Будь хорошим мальчиком и делай, что тебе говорят.

Я ударил по рулю кулаками. Откуда она знала, черт возьми?..

Телефон снова зажужжал.

Гадина Гриффин: Манчестер авеню, 14. Квартира 45. Приступай.

Черт бы ее побрал.

*****

Я шел по кампусу на свое первое занятие. Утреннее солнце будто выжигало глазницы. Я чертовски сильно устал. Вчерашний адрес, написанный Лилиан, оказался жилищем Чревоугодия, или Бога, как его называли. Там уже собрались все братья, включая Рэтта. Она послала меня туда по какой-то причине, но я пока не хотел отдавать Рэтту карточку. Вместо этого я напился до такой степени, что разум отключился, и единственное, до чего мне было дело — вечеринка с моими новообретенными братьями. Ночь прошла как в тумане, но я вынужден был признать одну вещь. Мне начинали нравиться эти парни. И я уже не мог сказать, что мне совершенно плевать на их судьбу. Воссоединение с Микой и вовсе казалось нереальным. Он явно прошел через какое-то дерьмо после нашего расставания. То же относилось к Лености, Гневу и Зависти. Они все сражались с собственными демонами.

А еще был Рэтт. Он производил впечатление хорошего парня. Который не станет делать то, что ему поручат. Чем больше я узнавал его, тем глубже засовывал карточку в задний карман. Казалось, он очень хотел присоединиться к «Элите», но рискнет ли Рэтт причинить кому-то боль? Может, дело было в выпивке, но вчера я решил, что он этого не сделает. И когда я найду в себе мужество передать ему, наконец, задание, меня не удивит, если он обналичит монету. Монета — наш выход из тюрьмы, если решим, что не способны выполнить задание, предназначенное для «Элиты». Но если кто-то обналичит ее сразу, то от второго задания отказаться уже не сможет. И в случае, когда и то окажется не по силам, его исключат из кандидатов.

Я как раз проходил мимо студенческого центра, когда в кармане зазвонил телефон. Я достал его, заметив высветившееся имя Лилиан на экране. Я уже собрался переключить звонок на голосовую почту, но в ушах зазвенело ее зловещее предупреждение о последствиях, если не буду бежать сразу, когда она подзывала.

— Да, королевская сука? — может, она и держала меня за яйца, но я отказывался ей кланяться.

— О, звучит извращенно. Мне нравится. Может, ты сможешь звать меня так при нашей следующей встрече. Ты же знаешь, я могу доставить удовольствие. Тебе понравится. Или все еще гордость мешает? — Лилиан рассмеялась, и по телу пробежали мурашки ненависти и отвращения.