Гордячка

Лорд Саша

Осторожно, стараясь не наделать зацепок на дорогой ткани, она натянула платье через голову, просунув руки в рукава. Ей пришлось немного повозиться, чтобы расправить материю поверх влажной рубашки. Это было светлое платье цвета морской волны с зеленой и черной вышивкой вдоль многочисленных швов и по низу юбки. Распустив волосы по плечам, Маталия надела на голову обруч так, чтобы изумрудный амулет свешивался точно до середины лба, отчего ее дивные глаза отсвечивали зеленым.

Она открыла дверь, и трое волков бросились вслед за ней, предвкушая добрый

ужин с барского стола.

Маталия не торопилась, поэтому волки кружили вокруг нее, а один даже тихонько повизгивал, подгоняя хозяйку.

— Я жажду попасть не столько за стол, сколько к тебе, друг мой, — прошептала она, спускаясь по винтовой каменной лестнице. — Чем быстрее кончится ужин, тем раньше я приступлю к осуществлению своего плана. — Она улыбнулась в тускло освещенной комнате.

— Надеюсь, эта улыбка предназначается мне? — спросил-Дункан Мак-Дугал, двинувшись ей навстречу. Волки Маталии тут же глухо зарычали, так что он не осмелился подойти ближе.

— Разумеется, нет, Дункан! Зачем ты приехал?

— Чтобы поухаживать за тобой, дорогая.

— О-о-о! Я ведь достаточно ясно все сказала: ты своим присутствием заставляешь мою мать ошибочно полагать, будто у тебя есть шанс на брак со мной.

— А разве нет?

— Вообще-то я думала, что помои, которые я вылила тебе на колени во время твоего последнего визита, достаточно ясно сказали о моих чувствах! — воскликнула Маталия.

— Совершенно верно, моя дорогая избалованная Маталия. Еще как сказали. Молю тебя, успокойся. Я приехал поговорить с твоим отцом по делу, а ты всего лишь предлог. — Маталия недоверчиво на него взглянула. — Идем. Давай я возьму тебя под руку, и мы поужинаем, как добрые друзья.

Маталия смерила его взглядом, пытаясь понять, насколько он искренен. Дункан был красивым молодым человеком, умным, сильным, из хорошей семьи. Маталия понимала, что это блестящая партия, и именно поэтому в прошлом году порвала их дружбу. Дункан был поражен этим внезапным охлаждением после стольких лет дружбы, хотя понимал, в чем причина.

— Отлично, — нерешительно проговорила она. — Я с тобой поужинаю.

Дункан хмыкнул и подошел к ней только после того, как она знаком отогнала волков. Они вместе вошли в зал как раз в тот момент, когда начали подавать еду. Другие гости уже сидели за столом. Ронин Мак-Тревор с неодобрением взглянул на опоздавшую дочь, однако промолчал, знаком показав ей, чтобы она села по правую руку от него, а Дункан — по левую. Леди Кэлиел, сидевшая на другом конце стола, напротив мужа, покачала головой при виде Маталии.

— Власть в Хайленде может в ближайшем будущем поменяться, — заметил Дункан.

— Я слышал, — кивнул лорд Мак-Тревор. — Ты не знаешь, кто будет наследником?

— Нет, хотя кое-какие слухи до меня доходили.

— Что ж, придется удовольствоваться слухами. Это лучше, чем ничего.

— Я слышал, на наследство притязает один из братьев, — ответил Дункан.

— А другой? О нем так ничего и не слышно?

— Нет. О Брогане О’Бэнноне уже много лет никто

ничего не слышал. Многие считают, что его нет в живых.

— Тогда близнецам не придется бороться за титул, — заметил лорд Мак-Тревор.

— Граф отложил свое решение до конца года: все еще надеется, что Броган может вернуться.

— Вообще все это такая глупость! — проворчал Мак-Тревор. — Граф, конечно, великий воин и блестящий стратег, но он совершенно ничего не смыслит в семейных делах. В жизни своей не встречал более несчастного человека.

— Может, и несчастного, но очень могущественного. Тому из сыновей, кто займет его место, будет подчинена большая часть Шотландии.

Ронин кивнул:

— Но что еще ты хотел нам сообщить? Я ведь знаю, что, вопреки надеждам моей жены, ты проделал весь этот путь не для того, чтобы удостоиться гостеприимства моей дочери.

Маталия сердито посмотрела на них. Ее уже утомил этот разговор, и она отхлебнула вина из своего кубка. Дункан подмигнул ей.

— Я бы переплыл тысячу океанов ради одной-единственной улыбки вашей дочери.

Мак-Тревор хмыкнул:

— Что ж, рекомендую тебе приобрести корабль попрочнее, потому что улыбка в последнее время не часто озаряет ее лицо.

— Отец! — вмешалась Маталия.

Мужчины весело расхохотались при виде ее недовольной гримасы и продолжили разговор.

— У меня действительно есть еще одна важная новость. — Молодой человек сделал глоток вина. — Я слышал, что средняя дочь Гэвина Сутбери выходит замуж и что помолвка пока держится в тайне.

— Кто же ее берет? — спросил Мак-Тревор, весьма заинтересованный.

— Она широкобедрая, скромная, из хорошей семьи, внешне непритязательная...

— Господи боже! Вы рассуждаете о браке, как продавцы на рынке! — воскликнула Маталия. — И еще удивляетесь, почему я не желаю в это ввязываться!

— Маталия, не ругайся при гостях, — сделал ей замечание отец.

Маталия закатила глаза и показала язык, немедленно получив строгий выговор с другого конца стола. Дункан перегнулся через стол к ней:

— А тебя, друг мой, я не пожелал бы в жены никому. Я буду молиться за здоровье твоего бедного мужа, даже если тебя закуют в кандалы. — И Дункан широко улыбнулся подруге детства, порозовевшей от смущения.

— У меня пропал аппетит, — пробормотала она, поднимаясь из-за стола.

— Ты доешь все, — приказал отец, — и будешь сидеть до тех пор, пока мать не встанет.

Маталия села на место, надувшись и потупившись.

— Извини, что обозлил тебя, Маталия, — сказал Дункан. — Прости меня, только, пожалуйста, не уходи.

Но выражение лица Маталии не переменилось, и тогда последовала попытка с другого конца стола:

— Я знаю, что когда-нибудь ты найдешь себе того, кто тебе нужен, и это будет забавная охота. Мы просто хотели сказать, что леди Сутбери — твоя полная противоположность. Она смиренная и послушная, но вряд ли найдется много охотников назвать ее возлюбленной. Можешь ли ты сказать то же самое про себя?