Гонка
Шрифт:
Рослый детектив летел сразу за ней, определяя положение Джозефины по красному огню выхлопов ее «Антуанетты». Первые десять минут он приглушал мотор, чтобы не перегнать ее летающую машину. Но потом свет Форт-Уорта окончательно исчез, земля впереди была такой же темной, как сзади; Исаак сосредоточил взгляд на блестящей двойной линии рельсов, снял палец с переключателя и предоставил «Орлу» лететь.
Книга четвертая
Она поднимается в воздух. Она летит!
Глава 34
Гарри
Дэйв Мэйхью согнулся над телеграфным ключом. Это он, подслушивая переговоры железнодорожных диспетчеров, сообщил поразительную новость: в темноте из Форт-Уорта поднялись несколько летающих машин. И среди них робкая новобрачная, Джозефина.
— На этот раз, — поклялся Гарри Фрост таким тоном, что Мэйхью до костей проняло холодом, — я устрою ей незабываемую брачную ночь.
Он почти час наблюдал за небом на востоке, надеясь увидеть в первом свете дня силуэт ее машины. Тщетно. По-прежнему было темно, как в угольной шахте. Но теперь он уверился, что слышит мотор.
Он повернулся влево и крикнул в темноту:
— Слышите меня?
— Да, сэр, мистер Фрост.
Он повернулся направо и снова крикнул.
— Да, сэр, мистер Фрост.
— Приготовьтесь!
Он подождал ответного крика «Готов!», повернулся вправо, снова крикнул «Приготовьтесь!» и опять услышал «Готов!».
Звуки далеко разносились в холодном ночном воздухе. С обеих сторон Фрост услышал тот отчетливый щелчок, с каким открывается затвор пулемета, принимая первую обойму.
У каждого пулемета стоят по колено в воде, оставшейся после вечерней грозы, три человека: стрелок, помощник, подающий патронную ленту, и наблюдатель с полевым биноклем. Майка Скоттса Фрост держал при себе, чтобы тот мог передать приказ, если его самого не услышат.
Звук делался громче — звук напряженной работы мотора. Потом Фрост понял, что слышит не один мотор, а два. Должно быть, летят очень близко друг к другу, подумал он. Чересчур близко. Что-то не так. Неожиданно он понял, что слышит звук двух плохо синхронизированных моторов биплана Стива Стивенса. Стивенс летел первым.
— Не стрелять! Это не она. Не стрелять!
Биплан пролетел в вышине, моторы его гудели громко и неровно; он шел совсем низко, чтобы летчик видел рельсы. Джозефина тоже полетит низко, и это сделает ее легкой целью.
Прошло десять минут, прежде чем Фрост услышал новый звук. И опять он не увидел огней локомотива. Определенно аэроплан. Джозефина ли это? Или Исаак Белл? Аэроплан быстро приближался. Оставалось несколько секунд, чтобы принять решение. Белл обычно летел за Джозефиной.
— Готовы?
— Готовы, мистер Фрост!
— Готовы, мистер Фрост!
Пулеметчик слева возбужденно закричал:
— Вон она летит!
— Ждите!.. Ждите!
— Вон
— Ждите!
Неожиданно Фрост услышал отчетливый глухой выхлоп роторного мотора.
— Это «Гном»! Это не она! Это «Гном»! Он впереди. Не стрелять! Не стрелять!
Фрост опоздал. Взбудораженные стрелки заглушили его крики длинными очередями, подавая ленту так быстро, как остывал пулемет. Выплевывая пустые гильзы и обрывки ткани, пулеметы со скоростью четыреста выстрелов в минуту поливали свинцом подлетающую машину.
Исаак Белл определил место расположения обоих пулеметов по вспышкам у стволов — в двухстах ярдах к северу и к югу от рельсов. Ослепленные этими вспышками, пулеметчики не могли его видеть. Но все равно стреляли точно, ориентируясь на звук его мотора: громко стреляли, потом останавливались, чтобы прислушаться, и снова стреляли.
Свинец свистел возле центральной подвески «Орла».
Белл заглушил мотор, некоторое время неслышно планировал, потом снова включил. Стрелки услышали это и снова открыли огонь. Тяжелые пули застучали по распоркам за ним. Несколько пуль попало в руль направления, и Белл слышал, как пули ударились в крепления колес.
Белл развернул «Орла» и полетел вдоль рельсов обратно туда, откуда прилетел. Глядя на восток, в сторону Форт-Уорта, он увидел первые проблески рассвета. Его острые глаза разглядели точку в нескольких милях от «Орла». Джозефина приближалась со скоростью шестьдесят миль в час. У него было всего две минуты, чтобы вывести из строя стрелков, прежде чем летчица окажется в облаке свинца, которым они шпигуют небо. Но, вооруженный одним «Ремингтоном», он был намного слабее их. Оставалось одно — сбить их с толку.
Он снова выключил мотор, накренил машину и неслышно полетел вправо. Включил мотор. Загремел южный пулемет. Стреляя на звук мотора, он выдал свою позицию. Белл пролетел мимо, развернулся и полетел назад, между пулеметами, курсом, перпендикулярным к рельсам.
Оба пулемета — южный, что поближе, и северный, дальний, — открыли огонь. Белл пролетел над ближайшим. При свете вспышек он видел, что трое стрелков поставили пулемет на легкую тележку и, искусно поворачивая его, стреляли ему вслед.
Белл снизился и пролетел под потоком пуль. Он летел так низко, что видел отражения вспышек на рельсах. Гарри Фрост стрелял из дробовика по ярким выхлопам «Гнома». Белл спустился почти к самой земле, едва не коснувшись колесами волос Фроста, выстрелил из ружья в северный пулеметный расчет, чтобы привлечь его внимание, заставить повернуть пулемет и вести непрерывный огонь. Если бы они стреляли дольше, их пулемет с воздушным охлаждением вышел бы из строя. Он и так видел, что ствол раскалился докрасна. Стрелки вдруг прекратили стрельбу и нырнули за насыпь, спасая свою жизнь от огня южного пулемета: к этому пулеметчика вынудил бреющий полет Белла.