Гонка двух миров
Шрифт:
– Проводите меня до любой гостиницы, попробую договориться. Вдруг найдется какой-нибудь угол, не на улице ж ночевать, – попросил ее Норман.
– Зачем вам гостиница? Подыщут каморку с блохами. Можете снять прекрасную комнату в моей квартире. У меня все по-домашнему, вдобавок накормлю вкусным ужином.
Норман повнимательнее присмотрелся к новой знакомой. Понятно, что давно уже не девочка, но деревенская жизнь не превратила ее окончательно в замотанную хозяйством матрону, а под шалью проглядывали соблазнительные формы. Вот и еще одна не устояла
– Не могу же я отказать даме, – Норман широко улыбнулся. – Сколько запросишь?
– Договоримся. Такой представительный джентльмен не обидит леди, я надеюсь.
– Только заглянем сначала в бар? Составишь компанию, пропустим по стаканчику?
– Нечего там делать, – всплеснула руками Кэрол. – У подлеца Рэнди пиво разбавленное, а виски самый отвратный. А у меня и пунш домашний, и бутылочка хорошего бренди припасена. Пойдем, чего мешкать?
Ну что ты будешь делать? Норман кивнул и со вздохом закинул на плечо сумку.
Оказалось, он недооценил, насколько утомительным оказался этот бесконечный день. Дремота в такси не в счет. После незамысловатого, но обильного и вкусного ужина, сдобренного стаканчиком бренди, Нормана неумолимо клонило в сон. Он с трудом пытался поддерживать беседу, но веки уже закрывались сами собой, точно налитые свинцом. Добросердечная Кэрол заметила страдания постояльца и со вздохом отправилась расстилать постель. Норман едва дождался и рухнул на подушку. Даже такому железному организму порой требовался отдых.
Ему снился странный сон. Он мчался по бесконечной трассе без малейших поворотов. Откуда-то он знал, что гонка в Финиксе, хотя там и в помине нет таких прямых. А впереди маячил болид Рыжего Чака, и его никак не получалось обогнать: Норман пытался заходить и справа, и слева. Он знал, что можно обойти соперника по внутреннему радиусу, но нужный поворот все не накатывал. Норман хотел крикнуть, что это все неправильно, что Чак давно разбился – еще в пятьдесят третьем в Мичигане. А гонку в Финиксе Норман недавно выиграл. Но так они и летели, в вязкой серой мгле.
Норман резко открыл глаза, пару секунд оторопело поглазел в наволочку и тут же мгновенно привязал себя к реальности. За окном – черным-черно. Шум, какой бы он ни был, если вписывался в обстановку, абсолютно не беспокоил гонщика, зато если врывался посторонний звук, то Норман моментально просыпался. Привычка еще с войны.
Что произошло? Шуршание тапок по полу. Кэрол проснулась и пошла по какой-то надобности – тревога ложная. Норман уже закрыл глаза, как послышался тихий голос квартирной хозяйки. Приперся же кто-то в ночь… Ладно бы ревнивый муж – но опытный взгляд гонщика не уловил признаков постоянного присутствия мужчины в доме. Норман приподнялся на локте. На всякий случай посмотрел, где разложена его одежда.
Скрежет открываемого замка, скрип двери, за ним – возглас
Включились вбитые намертво инстинкты. Неизвестно, сколько людей ворвалось в квартиру, поэтому Норман выбрал наилучший выход: вскочил с кровати и сразу рванул к окну. Не до одежды. Что есть сил дернул раму и вскочил на подоконник, оценивая высоту. Второй этаж – не высоко. Правда, ступня соскользнула, и полет вышел смазанным. Норман приземлился на согнутых ногах; немного повело в сторону, но он устоял.
И тут же раздался истошный окрик с командными интонациями:
– Стоять!
Прямо перед Норманом вырос темный силуэт, а в поднятой руке угадывалась несомненная пушка. Да что ж такое-то?! Грамотно действует, скот. Мелькнул луч света – сейчас ослепит и кранты! Норман ушел правее; по зрачкам резануло ярким огнем, он ничего не видел, но успел нырнуть под руку нападавшего и чуть ли не наугад нанес удар. Попал в мягкое. Противник рухнул навзничь. А Норман, отчаянно пытаясь проморгаться от радужных кругов в глазах, ринулся бежать.
Кто ж знал, что нужно запоминать местность? А какой дружелюбной выглядела деревенька поначалу.
За спиной раздавались громкие крики – кажется, требовали остановиться. Ага, сейчас. Норман наддал, плохо разбирая дорогу, и свернул за угол дома. Ах ты ж, это центральный вход! Одновременно с крыльца слетел высокий детина, наставил на него пушку и рявкнул:
– Р-руки вверх!
До броска далековато. Норман подчинился. Обложили, сволочи, ваша взяла. Но если сразу не убьют, потрепыхаемся. Человек со стволом всегда теряет бдительность перед безоружным. Норман постарался привести дыхание в порядок – пригодится. И тут же ощутил пронизывающий холод – он был без обуви, в одних майке и трусах.
Здесь намного светлее, и Норман разглядел парня перед собой. И будь он проклят: его одежда чертовски напоминала полицейскую форму. Все копы в мире выглядят примерно одинаково. Вот на крыльцо выскочила симпатичная девушка, она одета точно так же. Что, в Англии настолько плохи дела, что полиция уже грабит людей? Или… Или эта стерва Кэрол заманивает всех иностранцев в ловушку?
– Не двигаться. Грабли на виду, – скомандовал парень.
– Взяли? Отлично, – сзади прозвучал запыхавшийся голос.
Это ковылял преследователь, ушибленный Норманом. Им оказался уже немолодой мужик с седеющей шевелюрой и усталой физиономией, одетый в костюм с галстуком и плащ нараспашку. Он пихал пистолет в подмышечную кобуру и внимательно рассматривал гонщика.
– Чуть не ушел! – похвастался парень. – Хорошо, я успел выбежать!
– Молодец, – коротко бросил штатский, и полицейский тотчас заткнулся.
Ага, значит, мистер Строгий костюм и есть старший. Поговорим.
– Куда ж вы так резво мчались, сэр? – на Нормана уставились проницательные глаза.