Гончие Дзара
Шрифт:
От подобной реакции Гия моментально сдулась.
— Ну, в общем, да. — Она откашлялась. — Так вот, поскольку специализировалась я чаще всего на лейрах и всем, что с ними связано, само собой, что и Майру Метару я знала, как облупленную. Ее саму и пару ее замечательных товарок. Впрочем, речь пойдет не о них. Хоть Майра и слыла крайне одаренной и могущественной лейрой, кое-чего ей все же не доставало. Сдержанности. Она просто не знала, когда следует остановиться.
И захоти я, не смог бы с этим поспорить. Вспоминая свое краткое знакомство с этой совершенно безумной особой в черном,
— Риши? — голос Аргуса я услышал не сразу, а когда все-таки понял, что он меня звал, обнаружил себя в центре крошечного смерча из ихора.
— Извини, — поспешил успокоить я стража, перехватив его взволнованный взгляд.
Совершив несколько глубоких вдохов и выдохов, я заставил испариться черно-красные клубы, а заодно приказал себе не думать о том, какое впечатление это представление могло произвести на Гию.
Хотя, стоит сказать, что она меня не разочаровала. Разулыбалась, будто я сам ее конфеткой угостил, да еще и по-свойски хлопнула по плечу.
— Понимаю тебя, парниша. Майра Метара и не такого до кипения могла довести. К слову, одному только славному Ди ее выносить и усмирять удавалось.
Высокая фигура Аргуса, продолжавшая спускаться, казалось, слегка пошатнулась. А вот я скривился в отвращении. Даже думать не хотелось о том, через какие именно способы он проделывал подобные трюки.
Гия, будто и не заметив никаких странностей, продолжила:
— Как и любой лейр до нее, Майра жаждала власти. Могущество уже было у нее в руках, однако не доставало признания и всеобщего поклонения. Тайное верховенство над Серой Стражей Империи и целым вражеским Орденом за успех, разумеется, даже не воспринималось. Ей хотелось большего. Намного. И когда в ее руки попали обрывки тайных наработок доктора Гугсы, единственного, кому, казалось, удалось достичь невозможного, она не удержалась и с остервенением принялась творить нечеловеческие эксперименты над собственными людьми. Она выбирала самых талантливых из серых, а затем склоняла их к… Ди, напомни, как она это называла?
— Усовершенствованию.
— Точно! Хитростью или угрозами, она принуждала ничего толком не понимавших воинов пожертвовать собственной человечностью, отказаться от своей природы и… умереть, а потом заново восстать в облике непревзойденных и неостановимых Гончих Дзара.
Повисла небольшая пауза, в течение которой я пытался тщательно переварить все услышанное. Непревзойденные и неубиваемые? Похоже, несчастный хэфу и впрямь оказался недостаточно хорош, раз для его устранения хватило и обычного обезглавливания. Но что насчет Т’анна и прочих? В чем их несовершенство и принципиальное отличие от Аргуса?
— Я, к счастью, не лейр и всех тонкостей подобного манипулирования с Тенями не понимаю.
— С вами-то понятно, — сказал я, при этом глядя исключительно на широкую спину Аргуса. Как насчет Ди? Кто, как не он знает все слабости своих бывших соратников, верно?
Я практически открыл
— Хватит чесать языки. — Аргус оглянулся и лицо его оказалось чернее тех туч, что нависали над нами. — Мы на месте.
Глава 16 Подводный могильник
Для торжественности момента не доставало только грома и молний. Впрочем, стоило мне о них только подумать, как один из бело-голубых ветвистых разрядов с раскатом ударил по поверхности воды аккурат в паре метров от края последней ступеньки. К счастью, успевший привыкнуть к чудесам местной погоды, я сумел сдержаться и не заголосить позорно.
— Только не говорите мне, что придется нырять?
— Испугался, птенчик?
Я понятия не имел, на что были направлены подобные усмешки Гии, однако ловиться на них больше не пожелал. Оглянувшись через плечо, я бросил ей:
— Плавать не умею.
Удивительно, но сие обстоятельство она почему-то забавным не нашла. И даже будто бы проявила своего рода сочувствие — сокрушенно покачала головой.
— Нырять не придется, — сказал Аргус и зачем-то опустился на одно колено.
— Ты чего это делаешь? — не замедлил поинтересоваться я.
Ответила мне Гия:
— Замок ищет. Ясно же.
Замок? О том, что именно она имела в виду, сообразить оказалось непросто, но ровно до тех пор, пока Аргус не опустил руку под воду и, нащупав что-то в толще скалы, не вытащил обратно. Распрямившись в ту же секунду, он выжидательно скрестил на груди руки и некоторое время просто стоял без движения — ни дать ни взять искусная статуя. Естественно, что подобное поведение не могло не вынудить меня вслух задаться очередной порцией вопросов. И, похоже, что все только этого и ждали. Едва я открыл рот, как на мое плечо опустилась оказавшаяся вдруг довольно тяжелой темнокожая рука.
— Смотри.
Как и было велено, я опустил глаза на сильно колышущуюся воду и тут вдруг заметил стаю пузырьков, начавшую подниматься из темных глубин прямо к поверхности. Следом за пузырьками неторопливо, но совершенно бесшумно поднималось и кое-что еще. Вода была слишком непрозрачной, чтобы можно было разобрать детали сквозь ее толщу, и потому мне пришлось дожидаться завершения всего действа. Однако же как только на поверхности показалось достаточно широкая плоская плита из того же блестящего черного камня, что и сам остров, я не выдержал и громко присвистнул — механизированная гробница!
— Это ж надо было так заморочиться!
В ответ на это Гия мрачно отозвалась:
— Сейчас проверим, стоило ли оно того. Если верить вашим словам, двое из погребенных здесь теперь на свободе.
— Если верить? — не удержался я, а между тем, выползшая наружу плита с тихим скрежетом начала разделяться на сегменты и проваливаться внутрь себя, образуя таким образом очередные ступени, уходящие внутрь бездонной черной хорды. — В каком это смысле?
Но Гия с совершенно серьезным видом прикрикнула: