Гомер
Шрифт:
предопределено судьбой рано умереть, если только он станет на путь героизма. Он стал на
путь героизма; и вот, он должен умереть молодым. Это делает весь его образ скорбным и
печальным, несмотря па массу отрицательных сторон его характера. Ахилл прекрасно
знает свою судьбу. Правда, он не гибнет в пределах «Илиады». [189] Но события
«Илиады» происходят всего за несколько дней до его смерти, которая изображалась в
циклической «Эфиопиде».
И эти события, в
является воплощением мировой судьбы, и воплощение это кончается катастрофой.
Следовательно, это трагедия. Во всяком случае образ Ахилла в «Илиаде» овеян
трагическим смыслом его жизненного дела.
С этой стороны можно сказать, что два основных конфликта Ахилла, именно потеря
пленницы и потеря Патрокла, имеют даже второстепенное значение. Но в контексте
рассуждения о трагедии их нужно подчеркнуть, поскольку в них находятся элементы
драматизма, которые нужны и строгому эпосу, и которые обильно представлены в позднем
и смешанном эпосе. Здесь можно привлечь работу Е. Патцига «Трагедия Ахилла в свете
античного и нового трагизма».29)
Автор устанавливает возрастающее напряжение действия после отнятия пленницы у
Ахилла параллельно с ростом поражения ахейцев: посольство к Ахиллу (Ил., IX), посылка
Патрокла Ахиллом к Нестору, пребывание Патрокла у Нестора (оба эпизода – XI, 605-805)
и мольбы Патрокла к Ахиллу в связи с катастрофой ахейцев (XVI, 2-100). В результате
этого развития действия гнев Ахилла уже сломлен, и Ахилл разрешает Патроклу вступить
в бой. Когда же Антилох сообщает о смерти самого Патрокла (XVIII, 1-21), то у Ахилла
наступает полный перелом настроения. Его печали и скорби нет конца, он готов к
самоубийству, но в дальнейшем решает вернуться к боям. По мнению Патцига, трагедия
Ахилла заключается в том, что он, рассчитывая на свое торжество над ахейцами, в это
самое время теряет самое для себя дорогое. Тут еще нет судьбы, и даже нет смерти
трагического героя. Но, по мнению данного автора, такая трагедия еще более глубокая и
напряженная, какой она была, например, у Эдипа или у Креонта в трагедиях Софокла.
Заметим, что тот же самый автор в другой своей статье под названием «Трагедия
Ахилла и гомеровский вопрос» («Die Achillestrag"odie+) und die Homerische Frage» в том же
журнале и в том же томе, стр. 115-135) считает трагедию Ахилла основным зерном всей
«Илиады», в отношении которого все прочее в поэме может рассматриваться только лишь
как позднейшее добавление и расширение.
в) Гектор и Андромаха – тоже трагические герои «Илиады».
не просто от себя и не просто за себя. Он тоже есть реализация высших сил, теперь
сказали бы, природы или общества, а греки говорили – рока, или судьбы. Он тоже сам
знает свою судьбу, и он тоже ее не боится. И эта судьба приводит его к катастрофе. Тут
трагедия.
Андромаха, его жена, не гибнет в «Илиаде». Но, несомненно, и она является
трагическим характером. Теперь же к [190] этому еще прибавляется и смерть Гектора с
последующим надругательством над ним Ахилла. Всякий слушатель Гомера знал, кроме
того, еще и дальнейшую судьбу Андромахи, тоже не менее трагическую. Тут, несомненно,
трагедия.
г) Троянская война. Наконец, не нужно забывать к того, что «Илиада» изображает
всего только один эпизод из десятого года Троянской войны. Нет никакой возможности
рассматривать «Илиаду» в полной изоляции от всей этой Троянской войны, тем более, что
о разных других ее эпизодах и прежде всего об ее причинах, равно как и об ее начале и
конце, в «Илиаде» говорится недвусмысленно и много раз. Но троянская мифология,
несомненно, трагична: высшие силы в лице судьбы, богов и демонов, реализуясь в
человеческой обстановке, несут с собой необходимое противоречие, а это противоречие
приводит к грандиозной катастрофе, к войне, к гибели Трои, да и к катастрофе с
победителями-греками, по крайней мере в массе случаев, связанных с их возвращением
домой. Недаром крупнейшие греческие мыслители считали «Илиаду» трагедией; среди
них прежде всего Платон и Аристотель. Об этом говорит как основная тема «Илиады»,
связанная не столько с гневом Ахилла, сколько с гибелью Илиона, так и ее торжественно-
траурный финал – погребение Гектора.
д) Гибель женихов. Осознанность трагизма в трагедии вовсе не обязательна. Ахилл
знает свою судьбу и, следовательно, знает свою трагедию. Но ахейцы и троянцы в своей
массе вовсе не знают того, что война между ними возникла исключительно ради просьбы
Геи к Зевсу об уменьшении населения. Провидец Феоклимен нагляднейшим образом
представляет себе близкую гибель женихов. Женихи эти пьют вино и едят мясо, веселятся
и хохочут, не подозревая своей близкой гибели, хотя интересно будет подчеркнуть, что
Гомер все же отмечает наличие в них инстинктивного предчувствия близкой смерти (Од.,
XX, 345-349).
И тогда в женихах возбудила