Голубые холмы Синтры

Хэмпсон Энн

— Я чувствую, что вам можно доверять… Элинор, можно поговорить с вами?

— Смотря о чем, Санчес, — осторожно прошептала она.

— О Карлоте. Я обратился к Мигелу. Это было несколько недель тому назад. Попросил разрешения приехать в Паласио, чтобы ухаживать за его сестрой. Но он отказал. Это можно счесть оскорблением для человека моего положения, но, судя по тому, что я знаю, мне понятно его нежелание, чтобы у Карлоты появился поклонник. Поэтому я смог его простить и не обиделся. — Его тон стал более доверительным.

— Судя по тому, что вы знаете? — переспросила Элинор, прекрасно понимая,

о чем он говорит.

Карлота сама подозревала, что виконту известно о ребенке. С любым другим Элинор избегала бы разговоров на щекотливую тему — она работала в семье Каштру и хотела сохранить лояльность к своему работодателю. Но из слов Карлоты Элинор поняла, что Санчес нравится ее подопечной. А теперь стало ясно, что и Карлота Санчесу более чем нравится. Тот явно горел желанием жениться на ней. И Элинор решилась довериться виконту.

— Судя по тому, что я знаю, — медленно повторил молодой виконт. Он оглянулся, словно хотел убедиться, что их никто не слышит. — Вы встретили Карлоту с братом в Лондоне, если не ошибаюсь? Так сказал Мигел. Он и Карлота там… отдыхали.

— Я действительно встретила их в Лондоне, Санчес. — Она все еще осторожничала.

Пусть Санчес сделает первый шаг.

— Мне трудно представить, где вы могли встретиться с Мигелом… — Он в смятении замялся и поспешно добавил: — Я не предполагаю, Элинор… — Он покраснел.

— Не беспокойтесь, — проявила милосердие девушка. — Действительно, у нас с доном Мигелом разное положение в обществе. И при обычных обстоятельствах мы вряд ли встретились бы.

— Думаю, нам с вами известно о Карлоте одно и то же — я чувствую. Как только я узнал, что Мигел привез девушку из Англии, сразу понял — он ей доверяет. Вы не расскажете, как познакомились с Мигелом?

— Я работала в отеле, где он остановился, — ответила Элинор.

Санчес опешил.

— Я думал… что вы медсестра, — прошептал он. Санчес нахмурился, помолчал, затем решительно посмотрел ей в глаза. — Вам должно быть все известно, Элинор, иначе бы вы проявили больше любопытства.

— Санчес, — мягко сказала Элинор. Она перевела взгляд на дона Мигела, устроившегося в большом кресле. — Если вы хотите что-то мне сообщить — говорите.

— Прошу прощения. Мне не следовало предлагать вам заговорить первой. Я восхищаюсь вашей сдержанностью, Элинор, и вашей преданностью. Но раз вы меня не останавливаете, я полагаю, вы не против помочь мне попытаться уговорить Карлоту стать моей женой.

— Вы действтельно хотите на ней жениться?

— Больше всего на свете! — пылко воскликнул Санчес.

Но Элинор молчала. Она ждала, что он скажет о проблеме Карлоты. И он заговорил. О том, как, услышав от Мигела о поездке Карлоты к тете, заподозрил, что этим хотят скрыть какой-то позор.

— Почему вы так решили? — перебила его Элинор.

В его голосе зазвучала боль.

— Потому что жена Мигела сказала… Но я должен рассказать по порядку. Все в свою очередь.

Элинор откинулась на спинку дивана и продолжала внимательно слушать. Удивительно! Они с виконтом спокойно, не стесняясь, обсуждают такие вещи! Словно знакомы не три часа, а три года!

Элинор узнала, каково ему было понять настоящую причину отъезда Карлоты. Санчес следил за тем, что будет дальше. И сообщение

Мигела о том, что его сестра едет в Лондон отдыхать, укрепило его подозрения. Он догадался, что девушку поместят в частный санаторий.

— Видите ли, по времени все совпадало, — покраснев, пояснил он. — Когда я услышал о вас, то понял, что вы — ее защитница… кем покойная жена Мигела никогда не собиралась быть. — На миг его глаза вспыхнули неприязнью и вновь затуманились грустью. — Я подумал, что вы работали в этой больнице медсестрой, а Мигел решил нанять вас компаньонкой к Карлоте, потому что вы знали их тайну.

— Я знала их тайну.

Она рассказала ему все.

Санчес был потрясен. С трудом сдерживая боль, он спросил:

— Что с ребенком? Его усыновили?

— Он умер, Санчес, — тихо ответила Элинор.

Казалось, молчание никогда не кончится. Наконец она решилась его прервать:

— Вы, очевидно, хотите закрыть на это глаза?

— Я обожаю Карлоту. Она не виновата. Она была доверчива и неопытна, как ребенок… и она невинна в моих глазах. — Он заметил, как Мигел и Инес подошли к пианино. — Кажется, сейчас начнутся танцы. Они ищут любимый фаду [2] моей сестры, — мимоходом пояснил он Элинор и продолжил рассказ. Он виделся с Карлотой, когда Мигел приезжал сюда с женой. Он знал, что нравится девушке, и надеялся со временем добиться ее любви. — Мне следовало пораньше поговорить с ее братом, — вздохнул Санчес. — Но она выглядела слишком юной и в пятнадцать все еще казалась малышкой. Мигелу приходилось часто уезжать, но он думал, что о Карлоте заботится Дора. А она… — Санчес нахмурился. — Дора пренебрегала своими обязанностями. Именно она познакомила Карлоту с никчемным Лоренсо. Уверен, Мигел много ему заплатил, чтобы тот уехал из Португалии. Думаю, и сейчас Мигел ему регулярно платит и собирается платить дальше.

2

Фаду (fado) — музыкальный жанр, разновидность песни-баллады (португ.).

— Мигелу пришлось купить его молчание?

— Да. Лоренсо негодяй. Его нанял отец Доры — ныне покойный, — так Дора познакомилась с этим прохвостом. У них были странные взаимоотношения… — Санчес вновь многозначительно помолчал.

Казалось, он ничуть не раскаивается, что навел свою слушательницу на гнусные подозрения.

— Вы сказали, именно Дора намекнула вам на то… на то, что с Карлотой не все в порядке? — Элинор вдруг увидела, что дон Мигел смотрит на нее пристально и недовольно.

Надо заканчивать разговор, решила Элинор. Они так тихо и долго беседовали, порой склоняясь друг к другу… ей вдруг пришло в голову, что графу это может не понравиться. А Санчес продолжал изливать перед ней душу:

— Однажды она поняла, что я влюблен в Карлоту и ревную ее к Лоренсо. Дора засмеялась и сказала: «Бедный Санчес! Но тебе лучше ее забыть. Теперь она тебе не нужна… тебе и кому бы то ни было!» И она так посмотрела… — Санчес вытер вспотевший лоб, потом вынул носовой платок и промокнул его. — Я понял, Элинор, по взгляду Доры! Она ненавидела Карлоту, но всегда скрывала это от мужа.