Голубое Нигде

Дивер Джеффри

— Исчезли, — ответил Бишоп.

— Он и эти файлы уничтожил? — угрюмо спросила Линда Санчес.

— А как же! — фыркнул Бишоп и посмотрел на Джилета. — Можешь изменить своего бота? Добавь имена Холлоуэя и Человека Долины.

— Раз плюнуть.

Джилет заново начал вводить код.

Бишоп позвонил Гуэрто Рамиресу и поговорил с ним пару минут. Повесив трубку, повернулся к команде:

— Гуэрто говорит, что на месте убийства Энди Андерсена улик нет. Он собирается проверить имя Джона Патрика Холлоуэя через ВИКАП и сети штата.

— Быстрее просто залезть в «ISLEnet», —

пробормотал Стивен Миллер.

Бишоп проигнорировал поддевку и продолжил:

— Потом он возьмет копию фотографии Холлоуэя в Массачусетсе. Они с Тимом Морганом оставят несколько фотографий по Маунтин-Вью, рядом с магазином театральных товаров, на случай если Фейт снова отправится за покупками. Потом позвонят всем его бывшим работодателям, чтобы получить любые внутренние отчеты о преступлениях.

— Если предположить, что они все еще целы, — пессимистично пробормотала Санчес.

Бишоп посмотрел на часы. Почти четыре. Он покачал головой.

— Надо шевелиться. Если он поставил целью убить как можно больше людей за неделю, то скорее всего преступник уже наметил новую жертву.

Он взял маркер и начал переносить свои заметки из блокнота на белую доску.

Патриция Нолан кивнула на доску, где слово «Лазейка» выделялось черным цветом. И сказала:

— Вот оно, преступление нового века. Насилие.

— Насилие?

— В двадцатом веке люди воровали деньги. Теперь воруют секреты, фантазии, личную жизнь.

Доступ — бог...

— Но все-таки, — размышлял Джилет, — надо признать, что «Лазейка» просто великолепна. Совершенная программа.

Позади него раздался гневный голос:

— Совершенная? То есть как?

Джилет не удивился, что вопрос исходил от Боба Шелтона.

— Я имел в виду простой и мощный софтвер.

— Иисусе! — вздохнул Шелтон. — Выглядит так, будто ты сам хотел бы написать подобное чудовище?

Джилет пожал плечами:

— "Лазейка" — поразительная программа. Я не понимаю, как она работает, но хотел бы понять. Вот и все. Просто любопытно.

— Любопытно? По-моему, ты кое-что запамятовал: он с ее помощью убивает людей.

— Я...

— Ты, ослиная задница... Для тебя это тоже игра, так? Ты такой же, как и он!

Он выскочил из ОРКП, крикнув Бишопу:

— Давай уберемся отсюда и найдем свидетеля. Вот так мы и прижмем сволочь. Без всякой компьютерной чуши!

Какой-то момент никто не двигался. Команда неловко рассматривала белую доску, или компьютерные терминалы, или пол.

Бишоп кивнул Джилету, приглашая его за собой в кухоньку. Там детектив налил кофе в стаканчик из пенопласта.

— Дженни, моя жена, держит меня в рамках, — сказал Бишоп, глядя на черную жидкость. — Люблю кофе, но из-за него у меня появились проблемы со здоровьем. Следующая ступень — язва, как говорит доктор. Как-то дико звучит, правда? Будто я специально тренируюсь, чтобы ее заработать.

— А у меня рефлюкс, — отозвался Джилет. Он коснулся своей груди. — Как у большинства хакеров. От кофе и содовой.

— Слушай, насчет Боба Шелтона... С ним произошло кое-что несколько лет назад.

Детектив

хлебнул кофе, взглянул вниз на непокорную рубашку. И снова, как всегда, заправил ее в штаны.

— Я читал письма из твоего досье — электронные послания от отца с просьбой о помиловании к судье. Похоже, у вас отличные отношения.

— Действительно отличные, да, — кивнул Джилет. — Особенно после смерти матери.

— Ну, тогда, я думаю, ты поймешь. У Боба был сын.

— Был?

— Он его очень любил — как твой отец, похоже, любит тебя. Только несколько лет назад ребенок погиб в автомобильной катастрофе. Ему исполнилось шестнадцать. Боб с тех пор сам не свой. Я знаю, что прошу невозможного, но постарайся с ним помягче.

— Мне жаль.

Джилет внезапно вспомнил о своей бывшей жене. Как он проводил часы в тюрьме, жалея, что больше не женат, мечтая, чтобы у них с Элли родился сын или дочь, удивляясь, как он мог так скверно вляпаться и потерять шанс на полноценную семью.

— Я постараюсь.

— Спасибо.

Они вернулись в главный офис. Джилет снова сел за рабочую станцию. Бишоп кивнул на стоянку.

— Мы с Бобом проверим свидетеля у «Веста гриль».

— Детектив, — встал Тони Мотт. — Можно мне с вами?

— Зачем? — нахмурился Бишоп.

— Думал, смогу помочь — здесь у вас хватит людей для компьютерной части дела — Уайетт, Патриция, Стивен. А я бы помог опрашивать свидетелей.

— Ты когда-нибудь опрашивал свидетелей?

— Конечно. — Через пару секунд он усмехнулся. — Ну, не после совершения преступления, на улице. Но брал интервью у многих людей в режиме реального времени.

— Может, позже, Тони. Думаю, мы с Бобом справимся вдвоем.

Он вышел из офиса.

Молодой коп вернулся к своей рабочей станции, явно расстроенный. Джилет гадал, огорчился ли он из-за того, что ему не дали пообщаться с гражданскими, или на самом деле ждал шанса использовать свой огромный пистолет, чья рукоятка билась о мебель в офисе.

Через пять минут Джилет закончил бот.

— Готов, — объявил он.

Подключился к сети и набрал команды, чтобы отослать свое творение в Голубое Нигде.

Патриция Нолан нагнулась вперед, уставившись в экран.

— Счастливо, — прошептала она. — Попутного ветра.

Как будто жена капитана прощалась с мужем, чей корабль отправлялся из порта в опасный поход по неизведанным водам.

* * *

Снова машина издала писк.

Фейт взглянул поверх архитектурной схемы — академии Святого Франциска и ее двора — и увидел послание от Свэнга. Он открыл письмо и прочитал. Плохие новости. Полиция узнала его настоящее имя. Он на мгновение расстроился, но потом решил, что все не так уж страшно. Джон Патрик Холлоуэй скрыт таким слоем фальшивых личностей и адресов, что его никак нельзя связать с Фейтом. И все же полиция может наложить лапу на его фотографию (кое-что из нашего прошлого нельзя уничтожить только лишь командой на удаление), и, без сомнения, они распространят ее по всей Кремниевой долине. Но теперь он по крайней мере получил предупреждение. Надо будет тщательнее маскироваться.