Головач
Шрифт:
Трэвис слушал с напряженным видом, сидя на краю стула.
– Тибальд Кодилл. Помню, как Папа часто ругался на него, но самого человека не помню.
– Это потому, что он переехал в Пуласки, лет за пять до того, как тебя отправили в тюрягу. У старика Кодилла сейчас красивый особняк. Он - миллионер. А разбогател он на земле, которую купил у твоего папы за бесценок. Мы все думали, что это дерьмовый участок ни стоит ни гроша. Однажды Кодилл предложил сто баксов за акр, и твой папа согласился. А потом нам сказали, что там нашли природный газ. Кодилл знал это до
– Тогда...
– Глаза Трэвиса удивленно расширились.
– Тогда почему мы тоже не миллионеры, Дедуль?
Лицо Дедули покрылось глубокими морщинами.
– Потому что Кодилл послал одного из своих сыновей выкрасть у нас свидетельство о собственности. И однажды вечером, когда твои родители были на семейном празднике в Филберте, тот забрался в дом и похитил документы на землю.
– Нет!
– взвыл Трэвис.
– Боюсь, что это так, сынок. Потом с помощью какого-то мудреного городского принтера он подделал свое свидетельство и стал владельцем всей земли.
– Нет!
Дедуля явно расчувствовался от воспоминаний, поэтому сделал передышку и плеснул себе еще "самогонки".
– Вот и все, сынок. И Кодилл и твой папа могли бы стать миллионерами, но Кодилл захотел прибрать к рукам все. И все же мы с твоим папой наскребли деньжат на одного крупного адвоката из Роанока, но нанять его не успели, потому что твои родители погибли. А пока ты сидел в тюряге, знаешь, что сделал Кодилл? Помнишь, я написал тебе, что в твой дом ударила молния? Так вот, это была не молния, сынок. Кодилл заплатил кому-то, и ваш дом сожгли. Вот так вот взяли и сожгли.
Трэвис слушал со слезами на глазах. Как же ужасен этот мир, раз в нем происходят такие вещи. Какой же ублюдок этот Бог, раз позволяет существовать таким злодеям, как Кодилл. Это нечестно. Это просто нечестно!
– Он появляется здесь время от времени. Кодилл, имею в виду. Ездит на большом серебристом "Роллс-Ройсе". Вот уже пару лет. Подозреваю, чтобы посмеяться над нами. Чтобы показать, что он получил все, а мы остались с носом. Вижу, ты до конца еще не понял, что на самом деле случилось с твоими родителями, поэтому, если готов, я расскажу.
– Я...
– От слез у Трэвиса перехватило горло.
– Я готов, Дедуль.
– Однажды вечером твои родители возвращались из Роанока, от адвокатов. Было поздно, они свернули с шоссе на Тик-Нек-роуд, и заметили, что за ними следом едет пикап. Это был Кодилл со своими сынками. Они столкнули машину твоего папочки с дороги. И он врезался в широченный дуб, сынок. Твой папа вылетел через лобовое стекло и по дороге потерял голову. А твоя мама...
– Она тоже погибла в аварии, Дедуль?
– спросил Трэвис.
– Нет, сынок, - помрачнел Дедуля. Ему было явно тяжело рассказывать эту душераздирающую историю.
– Она была пристегнута, а твой папа - нет.
Трэвис с трудом пытался сдержать плач.
– А от чего тогда, Дедуль? Что случилось, если дело не в аварии?
– Это все злые нечестивцы Кодиллы. И вот что сотворили эти паразиты...
– Дедуля сделал паузу, чтобы смочить пересохшее горло.
– Они... они...
– Что Дедуль?
Дедуля посмотрел на Трэвиса полными слез глазами.
– Я будто режу себя ножом, когда рассказываю это, сынок. Но вот, что они сделали - эти грязные ублюдки вытащили твою маму из машины и... Боже, сынок. Сорвали с нее одежду, оттрахали в зад по очереди прямо на капоте машины, а потом... О, боже, мне больно говорить это! Потом они устроили "головач", мальчик. Эти оборванцы сделали твоей маме "мозготрах"!
Трэвис плакал, не переставая. А когда слез больше не осталось, он просто взял и отрубился прямо на крыльце. Во сне он кричал о том, что проклятые Кодиллы сделали с его родителями, особенно с его мамой. Они оттрахали ее в голову! Всей компанией!
Эти грязные ублюдки отрахали мою маму в голову! Трэвис выл во сне, полном самых страшных кошмаров...
***
На следующий день Трэвис был не разговорчив. Дедуля был тоже очень подавлен после вчерашней беседы.
– Прости, сынок, - сказал он Трэвису.
– Я давно бы тебе поведал, только негоже рассказывать такие ужасные вещи человеку, недавно освободившемуся из тюряги. Что сделано, то сделано, я так считаю. Но теперь-то я вижу. Вижу, что я должен был рассказать тебе сразу же, потому что ты должен был знать, что произошло на самом деле.
– Я ценю это, Дедуль, и люблю тебя за это, - сказал Трэвис, поднимая коромысло с ведрами, чтобы сходить за водой к ручью. С этими словами он ушел. Пока он тащился к ручью, у него из головы не шел вчерашний дедулин рассказ. А хуже всего было то, что он ничего не мог с этим поделать. Оба сына Кодилла померли. Один от "гомосятской" болезни, другой - от "хиппарской" наркоты. Сам Кодилл живет сейчас в большом навороченном особняке в Пуласки. А Пуласки далеко. Дедулин грузовик и полдороги не проедет - развалится. Поэтому Трэвис чувствовал себя совершенно бесполезным. И пока тащил ведра к ручью, закрыл глаза и стал искренне молиться.
Боже, я хорошо знаю, что я не очень достойный слуга твой, и от всей души сожалею за свои грешные слова, но... срань господня! Если ты дашь мне шанс по заслугам воздать Кодиллу за то, что он сделал с моими любимыми папой и мамой, клянусь, я буду верой и правдой служить тебе и твоим святым нуждам. Клянусь.
И вы не поверите! Не прошло и пятнадцати минут, как Бог ответил на молитвы Трэвиса Клайда Тактона.
***