Головач

Ли Эдвард

– Насчет следов шин проверял периметр?

– Не, конечно, не проверял. Там, у границы леса, есть тропа. Наверное, по ней он и приехал. Но тропа сухая.

Каммингс посветил фонариком. Нет, никаких следов. Пусть копы штата разбираются. По крайней мере, можно определить группу спермы из головы. Еще можно сделать генетический анализ. А их лаборатория могла бы определить марку кольцевой пилы. Но Каммингс сомневался, что отдел криминалистики полиции штата будет особо париться по этому поводу. Для них это было

всего лишь убийство какой-то загулявшей "оборвашки".

– А это что за хрень?
– спросил Каммингс, поднявшись на ноги, и снова посветил фонариком. В ярде от ног жертвы что-то блестело.

– Похоже на... Эмбурги наклонился, продолжая жевать бутерброд. Сморщил нос.

– Похоже на груду собачьего дерьма или лошадиную лепешку. И похоже, что в нее...

Каммингс кивнул. На фоне сорняков виднелась груда экскрементов, и посреди этой груды также отчетливо выделялся...

– Верно, Чад, черт тебя дери, - заметил Каммингс. Луч его фонарика опустился вниз.

– В нее наступили.

***

Пирс поднял глаза из-за своего стола, бросил взгляд на часы, потом снова поднял глаза. Незаметно - по крайней мере, как ему казалось - сунул свежий номер "Крошек с большими сиськами" под табель-календарь.

– Опаздывать на три часа на работу не в твоем стиле. Стью.

– А ты не заглядывал в оперативный журнал?
– парировал Каммингс.
– Я был с 10 до 6 в Миллерсвиле.

– В управлении полиции штата? Что ты делал там все утро?

А еще руководящий специальный агент, – сокрушенно подумал Каммингс. Даже не читал его отчет.

– В журнале указано, Джей Эл. Я был с 10 до 6 в Миллерсвилле, на экспертизе. Помнишь 64-ый, на который Эмбурги наткнулся прошлой ночью? Повреждения те же, что и у девчонки Рейдов, найденной накануне ночью. Только на этот раз преступник оставил след.

– Да, ну?
– без особого интереса ответил Пирс.

– Наступил в кучу собачьего дерьма, оставил идеальный отпечаток правого ботинка.

– Какой-то деревенский ушлепок наступил в собачье дерьмо, и ты увез его на экспертизу в полицию штата?

– Я сделал снимок. Показал его технику и получил рисунок подошвы. Думал, его пробьют по базе производителей обуви.

– На хрена?
– с еще меньшим интересом спросил Пирс.

Каммингс закатил глаза.

– Выяснив производителя ботинок, получим перечень местных торговых точек. Сузим его до тех, которые находятся в этом районе, проверим счета, найдем продавца, который что-то помнит, и все такое. Если получим список лавок, торгующих ботинками, получим список мест, где может проживать преступник.

–

Зря тратишь время, Стью.

– Правда? Они уже провели электрофорезный тест спермы из обеих голов, - возразил Каммингс.
– У преступника группа крови А положительная, субтип МН. Но во второй голове, той что с прошлой ночи, есть и группа А положительная и Б положительная. Тебе это что-то говорит?

– Ничего особенного. Пирс его едва слушал. Он даже снова вытащил номер "Крошек с большими сиськами".
– Сам скажи мне, городской мальчик.

– Это говорит о том, что во вторую голову кончили двое парней. Каммингс запнулся, осознав смысл только что сказанного. Кончили во вторую голову. У меня есть двое преступников, которые прорезали дыры в черепах двух женщин, а потом...

Он не закончил мысль.

– Ерунда это все, Стью, - упорно продолжал Пирс.
– Ну и что с того, что ты знаешь группу крови?

– Я могу проверить записи и посмотреть, кого с такой группой недавно выпустили из тюрьмы или психушки. Это уже что-то.

– Ерунда это, Стью. Херней маешься. А что с тем отпечатком?

– Техник загнала рисунок подошвы в их компьютер для сравнения. У них есть рисунки подошв всей обуви, когда-либо производившейся в стране. Она поняла, что это ботинок, по высоте подошвы. Но такой модели не нашлось.

– Вот видишь? Ерунда.

– Это говорит о том, что ботинок сделан вручную. А значит все гораздо проще. Выйдем на кого-нибудь из местных башмачников, а через него - на убийцу.

Пирс снова поднял глаза, изображая Большого Босса.

– Тебе, что, больше заняться нечем? Все дистилляторы на участке МакКалли нашел? Этим ты должен заниматься, а не изображать из себя гребаного Дика Трейси, расследуя убийство пары оборвашек.

– Я же гребаный коп.
– ругнулся в ответ Каммингс.
– Моя работа - расследовать преступления.

– Твоя работа, Стью, - арестовывать дистилляторы...

– И это подводит меня к следующему вопросу.
– Каммингс сел и вздохнул. Пирс, несмотря на невысокий "ай кью", был его начальником. Поэтому перебарщивать было нельзя.

– Ты мне что-то недоговариваешь, Джей Эл, - сказал он.

– В смысле?
– спросил Пирс, не отрывая глаз от журнала с сиськами.

Каммингс мельком взглянул на журнал. Блондинка брызгала молоком в широко раскрытый рот рыжеволосой девки. Отведя взгляд в сторону, он прочистил горло.

– Что такое "головач"?

Пирс снова захлопнул журнал.

– Черт, мужик, забудь.

– Нет. Я хочу знать. Именно это ты сказал, когда пришел факс по девчонке Рейдов. Ты назвал это "головач". Что тут происходит, черт возьми?