Голос сердца

Виггз Сьюзен

— Успокойся. Наш парень идет отлично.

Чарли обернулась и посмотрела на него.

— Это же очень важная лунка, Ред! Все зависит от того, как дядя Шон пройдет ее. Если он сделает берди, то выйдет на второе место.

— Вы о ком, юная леди? — спросил мужчина, случайно услышавший ее слова.

— О моем дяде Шоне, Шоне Магуайере, — ответила Чарли.

Таблички «тишина» взлетели вверх. Чарли повернула голову назад так быстро, что ее косички разрезали воздух, как лопасти вертолета.

Мердок

пока шел вторым, однако явно не сомневался, что вырвет лидерство из рук Аллена. Это был только вопрос времени. Он сделал идеальный удар, и мяч приземлился прямо на краю водной преграды. Следующим ударом он должен был вывести его на грин, и тогда, если ему удастся сделать берди, Мердок мог претендовать на титул чемпиона. Если, конечно, Шон не сделает невозможное и не нагонит его.

Стоя посереди фервея, Шон и Камерон о чем-то тихо совещались. Даже за ограждением Лили ощущала напряжение, исходившее от них.

Мяч Шона упал так, что сейчас ему предстояло принять важное решение. Лунка находилась в трехстах ярдах, отделенная от них водной преградой и бункером — песчаной ловушкой, поднимавшейся до края грина. Виатт Аллен сделал пар на сложной лунке — результат не самый блестящий, однако достаточный для того, чтобы сохранить лидерство.

Чтобы продолжить участие в соревновании, Шону нужно было сделать пар. Берди вывел бы его на вторую позицию. Практически недостижимый игл — на два удара меньше пара — означал победу.

Безопаснее всего добить мяч до края водной преграды, это несложный удар. Потом ему останется ударить так, чтобы мяч перелетел через песок и приземлился на грине. Это давало бы Шону возможность сделать берди.

О чем же они спорят с Камероном?

Камерон предлагал ему айрон — железную клюшку с более короткой ручкой и плоской головкой: она позволила бы Шону добить мяч до воды, не утопив его.

Шон покачал головой, отказавшись от айрона. Вместо этого он взял вуд — деревянную клюшку, предназначенную для фервея.

Зрители ахнули. Он отказался от безопасной дороги. Он хотел одним ударом заставить мяч перелететь над озером, потом над бункером и упасть на грин, что позволяло ему сделать игл.

Ред прошептал проклятие.

— О чем он только думает!

— Он еще даже не ударил. — Лили пыталась не терять оптимизма. — За это лето Шон тысячу раз делал такие удары, я сама видела.

— Есть разница между полем Дональда Росса и тренировочной зоной.

— Шшш! — прошептала она. — Дай ему шанс.

— Я и дал! — буркнул Ред. — А он намерен выбросить его в помойку.

— Шшш! — снова остановила его Лили.

— Да! — выдохнула Чарли. — Шшш!

После того как Шон принял решение, Камерон изменил тактику поведения: он не противостоял

дяде, а поддерживал его. Лили знала, что это качество идеального кэдди. Даже если игрок совершал ошибку после того как он принимал решение, кэдди следовало поддерживать и ободрять его, независимо от того, согласен ли он с выбранной стратегией.

«Молодец, Камерон», — подумала она.

Лили затаила дыхание. Глядя на Шона, она испытывала странное волнение. Когда он подошел к мячу, она заметила, как его напряжение сменилось удивительным спокойствием. Он должен сделать это. Жизнь не так жестока, чтобы отнять у него мечту.

Шон занес клюшку и сделал свой фирменный удар: изящное движение, в котором таилась скрытая мощь. Теперь оставалось только ждать. Казалось, что сосредоточенность толпы, следящей за траекторией мяча, замедляет его полет. Маленький белый шарик поднимался вверх, словно ракета, устремленная в небо.

Некоторые зрители шептали «давай, давай!» или «ну же, вперед!».

Дело, конечно, не в том, что у Шона много болельщиков. Просто настоящие поклонники спорта всегда желали, чтобы смелый удар достиг цели. А этот удар был не просто смелым. Это была своего рода попытка забить гол через все поле в самом конце матча. И Лили, стиснув зубы, молилась о том, чтобы она удалась, когда мяч достиг пика и начал снижаться, приближаясь к земле. Или, как ей показалось, к воде.

«Только не это, — подумала она, — только не упади в воду!»

— Боже! — выдохнул кто-то рядом с ней, — он… он падает на грин.

Лили не верила собственным глазам. Мяч плавно приземлился на грин. Он перелетел через озеро, куда до него угодило столько других мячей. Он перелетел через бункер и приземлился на грин в нескольких футах от лунки. На большом экране Лили увидела лицо Шона — его глаза сверкали от радости.

— Он ударил слишком сильно, — прошептал Ред, не замечая ни аплодисментов, ни приободряющих возгласов.

— Ну и что? — спросила Лили.

И тут вся толпа застонала от разочарования. Мяч слишком сильно ударился о землю и покатился вниз по грину к более высокой и жесткой траве на его краю.

«Остановись там! — взмолилась Лили. — Остановись, чтобы ему удалось сделать берди».

Мяч не остановился. Он покатился вниз, набирая скорость, а потом упал на песок, как подстреленная птица.

Послышались многочисленные «вот видите» и «я же говорил».

Лили подумала, что у спортивных комментаторов сегодня великий день. Она знала, что они скажут. Что именно поэтому Шон Магуайер — претендент, а не чемпион. Что он слишком высокого мнения о себе. И гордыня не позволяет ему согласиться с тем, что такие турниры ему не по плечу.