Голос сердца

Тайл Элис

Он улыбнулся ей, затем взглянул на Фелисити.

— Было приятно познакомиться с вами, миссис Сарджент.

— Называйте меня «Фелисити», пожалуйста. Миссис Сарджент звучит так формально. Так старит.

— Фелисити, — тепло повторил Майкл. — Я уверен, что мы снова встретимся, если вы пробудете в Бостоне несколько дней. Я вернусь в пятницу.

— Я должна пробыть в городе чуть ли не до середины следующей недели. Затем я полечу в Париж. — Она поднялась, причем ей пришлось постараться, чтобы сделать это с присущим ей изяществом, ведь

она одновременно пыталась удержать вырывавшегося у нее из рук младенца. Однако и Мадди, и Майкл заметили, что она даже не подумала от него освободиться. — Я всегда останавливаюсь в «Рице». Возможно, вы с Мадди зайдете ко мне — пропустить рюмочку в уик-энд?

Майкл взглянул на Мадди, пытаясь прочесть ее мысли. Она, казалось, была не против.

— Может быть, в воскресенье? В субботу моя сестра выходит замуж.

— В воскресенье было бы чудесно. Мадди подошла к матери.

— Ну, давай мне Тимми. Видишь, — голос ее сел на мгновение, — ты прекрасно справилась.

Фелисити, судя по ее виду, была довольна комплиментом. Она с нежностью погладила Тимми по спинке.

— Если Линда не вернется к воскресенью, чтобы забрать своего сына, конечно, приходи с Тим-ми, дорогая. Но обязательно принеси бутылочку для него. Я сомневаюсь, чтобы бармен разбирался в коктейлях для младенцев.

Мадди засмеялась.

— Об этом нечего беспокоиться. Линда поклялась, что она вернется в пятницу. А если не вернется, я сажусь на самолет и лечу туда, где бы она ни была, — верну ей этот фунтик сладости. — Она усмехнулась, глядя на Тимми. — Не обижайся, парень, но у меня действительно много других неотложных дел, которыми я должна заниматься.

Фелисити опустила голову.

— Я должна сказать, Маделин, что ты годишься на роль матери гораздо лучше, чем я могла бы себе это представить.

Мадди почувствовала, что ее щеки краснеют. Она сознательно избегала взгляда Майкла.

Однако Фелисити втянула и его в разговор, спросив его мнения.

Майкл задумчиво посмотрел на Мадди.

— Она удивительна в этой роли. Мадди охватил невероятный жар.

— У тебя тоже необыкновенные способности, — услышала она свой голос, встретив наконец взгляд Майкла. Мадди было трудно поверить в это, но она заметила краску, проступившую на загорелом лице Майкла. Она улыбнулась ему и только усилила его смущение.

— Мне надо идти, — сказал он немного напряженным голосом.

— Я провожу тебя до двери. — В ее голосе слышалось разочарование.

— Тогда дай мне ребенка, пока вы попрощаетесь, — предложила Фелисити.

— Ничего, ничего.

Но Фелисити вырвала малыша из рук дочери.

— Иди.

У входной двери Мадди и Майкл чувствовали себя скованно. Немного помолчав, он наклонился и чмокнул ее в щеку.

— До пятницы?

Мадди кивнула. Они оба одновременно схватились за дверную ручку. Мадди отдернула руку, давая возможность Майклу открыть дверь. Он ступил за порог, остановился, затем чуть повернулся.

Мадди

улыбнулась, изо всех сил стараясь казаться беспечной.

— До встречи. — Черт побери эти гипнотизирующие его глаза. Ну как она могла разыграть перед ним равнодушие, когда эти темные глаза светились таким огнем?

Он провел рукой по ее волосам. Затем, поколебавшись, наклонился и коснулся губами ее губ. Этот невиннейший поцелуй ее опьянил.

Она подалась к нему, и Майкл схватил ее за запястье, вытащил в холл, захлопнул дверь и крепко поцеловал — все это в едином порыве.

Он оставил ее прислоненной к стене рядом с дверью — задохнувшуюся, с блаженной улыбкой на губах. Боясь потерять равновесие, Мадди так и стояла, пока он на прощание не помахал ей рукой и не вошел в лифт.

Мадди перевела дух. Потом, несколько овладев собой, подергала дверную ручку и убедилась, что Майкл захлопнул дверь. Смущенная и все еще взволнованная, Мадди нажала на кнопку звонка.

— Кто это? — донесся деланный голос Фелисити.

— Очень забавно. Открой дверь, Фелисити, — отозвалась Мадди — голос ее все еще хрипел после жаркого поцелуя.

Фелисити от души улыбалась, открывая дверь. Даже у Тимми на личике была озорная улыбка.

Мадди, с трудом сохранявшая самообладание, теперь полностью его лишилась. Казалось, она вот-вот заплачет.

— Любить — действительно так ужасно? — допытывалась Фелисити.

На этот раз Мадди не стала отрицать. На лице ее показалась жалкая улыбка.

— Да, дорогая, — передразнила она свою мать, — это требует некоторой подготовки. Майкл застал меня врасплох.

Фелисити усмехнулась.

— Пришло время. Теперь я уже могу сказать тебе, Мадди, что очень за тебя беспокоилась. Успешная карьера — это хорошо, но тебя не наградят за то, что ты делаешь ее в одиночестве.

— Ты прекрасно справлялась одна. Так же и я — пока не появился Майкл. О, я знаю, ты увлекалась мужчинами, но тебе всегда удавалось сохранять равновесие. Я же потеряла голову сразу, как только увидела Майкла.

— Ты ошибаешься в отношении меня, Мадди. Случалось это редко, но и в моей жизни было двое мужчин, которые вскружили мне голову. Твой отец — один из них.

— Мой отец? — Мадди изумленно смотрела на мать. — В самом деле?

Выражение лица Фелисити было немного печальным.

— Моя проблема в том, что я всегда увлекалась не теми мужчинами — мужчинами, которые избегали ответственности, которые слишком дорожили своей свободой.

— Ну, тогда я унаследовала твою проблему, Фелисити, — уныло сказала Мадди. — Майкл рос в большой семье. Отец его умер, когда он был мальчиком, и он оказался обремененным столькими обязательствами, что мысль взвалить на себя еще какое-нибудь пугает его до смерти. И дальше, идя по твоим стопам, я позволила себе влюбиться в человека, с которым очень надеялась сотрудничать. — Она подробно рассказала о контракте, который стремилась заключить с Барреттом.