Голому – рубаха
Шрифт:
С муками и закавыками, ценой непосильных затрат и лишений Порнов втолковал-таки Лео план их совместного наступления на арбалетчика; после минутного хоть и тихого, но активного пререкания девушка согласилась взять на себя неприглядную, как она выразилась, «примитивную и пошлую» роль приманки.
– Самое главное – вам к нему на расстояние вытянутой руки подойти, – подытожил Порнов. – Вы ему только обзор закройте, биссектрису, линию стрельбы – не будет же он без предупреждения в ваше высочество стрелять… А тут и я на помощь
– Если он меня к себе на метр подпустит, – криво ухмыльнулась Лео, – всю свою помощь можешь себе оставить; видел ведь, как я с ножом управляюсь…
И заметила как бы про себя, но так, чтобы Порнов мог слышать:
– Угораздило же урода мой клинок сломать… Я им за сто метров в подброшенный цветок попадала, в поднятую ладонь…
– Спокойно, Порнов, спокойно, – хором зашипели обе порновские половинки, – глупая она, безмозглая; нам дела нет до бабы бестолковаой…
– Извини, дорогая, так получилось, – только и произнес Порнов на выдохе.
– Я тебе не «дорогая», – пряча кинжал в переднике, надменно сказала Лео. – Ты так свою подружку можешь называть… – тут она замешкалась, – это я про Мич… я Броу не имею в виду…
После чего совершенно неожиданно для самой себя растерянно закончила:
– Это же надо… вот ведь подлец какой!
Лео оправила юбку – ладонями от пояса вниз, заученным движением взбила волосы и, вцепившись руками в угол, глянула за поворот; левая нога ее, удерживая тело в равновесии, немедленно взлетела вверх.
Порнов задержал вздох.
– Вот и скажи, что это они не нарочно, – посетовал он.
– И курей топчет; и уток, – в тон ему продолжил Порнов Первый. – И Полкана – тоже… И ко мне подбирается.
– Ты это о чем? – сделал вид, что не понял, Порнов.
– Мать-королева – женщина еще совсем не старая, – сообщил Порнов Первый флегматично. – На вид лет сорок – сорок пять; самый тот возраст.
– Да ну тебя, – фыркнул Порнов. – И вовсе я ни о чем таком не думал даже…
– Да брось; та-а-акое бедро… ты его еще в трубе к боку прижал; помнишь?
– Пошел вон!
– Это я для поддержания боевого духа; Лео пошла; десять – девять – восемь… три – два – один; сам пошел!
До арбалетчика было шагов двадцать; Лео уже благополучно преодолела большую часть пути и, отважно демонстрируя охраннику пустые ладони, подходила к нему все ближе.
– Порнов! – вдруг воскликнула она и обернулась к Порнову; тот как на грех уже выскочил из-за угла и на цыпочках трусил вслед за Лео. – Стреляй!
Охранник, оказывается, арбалет свой уже поднял; после того, как хитрая Лео развернулась к нему боком, ствол оружия уставился Порнову прямо в грудь.
Свирк! С арбалета сорвался белесый крутящийся диск и знакомо метнулся Порнову навстречу.
– Рукой, – подсказал невидимый Первый; но Порнов и сам уже знал, что надо делать.
Левая рука его сделала резкий
– Классная подрезка! – только и сказал Порнов Второй, наблюдая, как продырявленный охранник заваливается набок. – По пинг-понгу у меня, чтоб ты знал, взрослый мастерский…
– Вы кому сказали это «стреляй», ваше высочество? – очень-очень спокойно поинтересовался Порнов у поднимающейся с корточек Лео; за время дуэли ушлая девица успела присесть.
– Тебе; кому же еще, – как ни в чем ни бывало сказала Лео. – Что ж ты не стрелял? Я сделала все, как мы договаривались…
– Чем я должен был стрелять? – вежливо поинтересовался Порнов, борясь со страстным желанием если не пнуть Лео под зад, (что, как ему говорили, ни в коем случае нельзя делать с приличными девушками, но запросто можно – с женщинами легкого поведения), то по крайней мере тем же теннисным накатом съездить Лео по загривку.
– … Пальцем, что ли?!
– Не вздумай мне грубить, – предупредила Лео; она подошла к лежащему у стены охраннику и подняла арбалет. – А хотя бы и из пальца; с кинжалом моим у тебя вон как лихо получилось…
Она покрутила в руках арбалет; как бы случайно он вновь развернулся стволом к Порнову; тот стоял рядом с Лео, держал в одной руке запасную обойму к арбалету, а другой выковыривал из нее тончайший стальной бумеранг.
Женская ладонь плавно скользнула по ложу к спусковому крючку.
– Эх, перебрали с дозой, – вновь посетовал Порнов Первый.
И вдруг исчез.
Жих-х-х, – свело руки-ноги; заболели глаза. В голове же наоборот стало пусто-просторно; хоть в футбол играй, хоть в теннис; маленький такой, двадцатисантиметровый теннис.
– Что такое? – спросил Порнов вслух; слова изо рта вытекали на удивление медленно и длинно; куда подевалась та живучесть, с которой он переговаривался с невидимым собеседником.
– Что происходит? – чуть выждав, вновь спросил он.
Продолжая недоумевать, он тем не менее движение руки закончил, – вынул пластинку из обоймы. Поднял ее и тут же сунул обратно, – из порезанного острым сколом пальца побежала кровь; Порнов чертыхнулся и уж в полной прострации сунул палец в рот.
Жих-х-х, – голову вновь налили ртутью, нагрузили чугунными болванками по самую макушку; вновь вздрогнули хоть и далекие, но послушные черные дуги клешней; следом включилось широкоугольное изображение каюты Броу.
– Немедленно возвращайся, – встревоженно воскликнул Порнов Первый. – Еще один сюрприз человеческого организма; он, оказывается, способен перерабатывать алкалоид, усваивать его…
– А ты как думал? – несказанно удивился Порнов Второй. – Если уж я уховской «табуретовки» спокойно полкило на грудь принимаю, что уж про рюмку-другую «кокосовки» – то говорить…