Голод

Вазанов Максим Викторович

Скинув тяжело раненного болванчика на пол кабины, Коля навалился на второго. Его тезка медлил — наносил зараженному лишь легкие неуклюжие удары в левый бок. Болванчик не чувствовал боли, не обращал на это никакого внимания. Зараженный лишь еще сильнее вгрызался в шею пьяного мужчины.

Направив осколок слайсера в лицо противника, Икя проткнул щеку болванчика, выбив ему несколько зубов. Удар повторился — но хватка все еще была сильной. Осколок не выдержал третьего удара, еще более надломившись и раскрошившись.

Но то, что осталось от металла, пока было достаточно острым.

Собравшись с мыслями, Коля нанес четвертый удар. Метко пронзив шею «болванчика», он рассек яремную вену и проткнул насквозь его гортань. Отпустив жертву, болванчик покосился — прошли еще несколько секунд, и его тело медленно завалилось набок. Захрипев, зараженный повалился на пол кабины. Но успела закончиться и игра пьяного мужчины — зубы болванчика серьезно повредили крупные сосуды. Незнакомец умирал.

Не тратя время на раздумья, русоволосый здоровяк двинулся вперед, неуклюже переступая через тела смертельно раненых «болванчиков».

— Петр… — тяжело дыша, произнес незнакомец.

— Что? — наклонившись к нему, произнес Коля.

— Петр Скриба… А, не… нет. Петр Шкрибар, — держась за жуткую рану на шее, негромко выдавил из себя его собеседник.

— О чем ты? — тихо переспросил обитатель Острова.

— Он прав, — вернувшись к дверям лифта, спокойно произнес русоволосый здоровяк. — Ну, ошибся немного.

Не сдержавшись, Островитянин расплылся в растерянной улыбке.

— Меня зовут — Петр Шкриба… — улыбнувшись в ответ, спокойным голосом ответил его собеседник.

Глава 9

— Зачем он тебе нужен? К чему все это? — вздохнув, произнес Островитянин, глядя в сторону связанного Гены, лежавшего сейчас без сознания.

— Ну и ты лох, — продолжив возню с экипировкой, рассмеялся его собеседник. — Иногда ты, конечно, на слабоумного похож. Но только иногда… Знаешь, ты просто — лох.

— Что ты от меня хочешь? — спросил Коля, бросив взгляд на пистолет.

Одеваясь, Петр отложил свой «Глок» в сторону. Перехватив взгляд собеседника, он лишь удовлетворенно усмехнулся.

— Мне нужен ты… но и не ты… — продолжил Петр Шкриба. — Не знаю, как сказать.

— Валяй, — развел руками Икя.

— Мне нужно было твое имя — вот и все.

— Почему именно мое? — спокойно, но с едва прикрытым любопытством спросил Коля.

— Ты уже все вспомнил? Нет? — с ухмылкой переспросил его собеседник. — Тебя зовут — Николай Плотников. Тебе двадцать шесть лет. Ты живешь в Украине, в Крыму. Там, в Балаклаве, сейчас тебя ждут твоя жена и дети.

— Икя… — вздохнув, произнес Коля.

— Ага. Твоего сына тоже Николаем звать, — задумавшись, он неожиданно спросил. — А дочь? Как ее зовут?

Сжав губы, Островитянин потупил взгляд.

—

Ты даже не знаешь, как зовут твою дочь, — рассмеявшись, произнес Петр. — Анна… Ее зовут — Анна. Она родилась пятого июля две тысячи двенадцатого года. Пять недель назад, пока ты здесь парился.

Не произнеся ни слова, Островитянин молча глядел в глаза своего собеседника.

— Это ты сам виноват в том, что с тобой тут произошло. Понимаешь? Нет? — с ухмылкой произнес Петр.

— О чем ты? — не понимая суть слов собеседника, переспросил Икя.

— Странная штука эта диссоциативная амнезия, — развел руками его собеседник. — Так оно называется? Не? Не знаешь?

Коля молчал.

— В январе сего года ты заключил контракт с компанией «Братья Дюмон. Аргентина», которая вход в состав группы «Братья Дюмон». Именно эта компания реализует кадровую политику всей группы. Согласно условиям официального соглашения, ты должен был отработать шесть месяцев здесь, на «Йотуне»… Но ты же понимаешь, что это бред? Это — уловка тамошних кадровых воротил. Официально, ты стал штатным пилотом вертолета на станции «Йотун». Почему-то, им так выгоднее…

— Но? — на выдохе прошептал Коля.

— Но, в действительности, тебя направили на Огненную землю — в научно-исследовательский центр «Роза южных морей». Только вот, незадача… — вздохнув, Петр едва сдержал смешок — Проходимцы с «Розы» договорились с американцами. В общем, они договорились о переброске важных грузов с базы Скотт-Бейс на Мак-Мердо. В таких-то природных условиях… Ага, — усмехнувшись, он продолжил. — Тайком-то от начальства передали американцам во временное пользование и авиацию, и пилотов.

— Ну и что? — усмехнувшись в ответ, переспросил Коля.

— Все это должно было занять несколько дней. Вот, на третий день ты и учудил… — не сдержавшись, Петр вновь рассмеялся. — Поехал на снегоходе кататься… в полярную ночь.

— И? — бросив взгляд в сторону зараженного Геннадия, переспросил Икя.

— А приборы, здесь, падение какой-то хреновины засекли — метеорита, размером со шкаф. Вот и отправили туда мини-экспедицию. А там уже и тебя нашли, по дороге к предполагаемому месту падения.

Потупив взгляд, Коля раздумывал над услышанным.

— Знаешь, как у меня в одном место заиграло, когда я увидел на станции твою физиономию?

— Ты все это время околачивался здесь под моим именем?

— Я не ожидал, что здесь, сплошь, идиоты, — усмехнулся Петр. — Ну, никто не заподозрил, что пилот вертолета околачивается здесь во время полярной зимы.

— Зачем? — вздохнув, произнес Коля.

— Дела, — развел руками его собеседник.

— Что?

— Шевелись. У нас дела, — произнес Петр, кивнув в сторону разложенных на скамье вещей, подходящих для выхода на поверхность.