Голем. Книга 1

Баренберг Александр

Параметры переходов (чтоб их!) можно будет уточнить последующими экспериментами. Только бы не стать алкоголиком от таких опытов! Но все же гораздо лучший способ, чем тяжелым предметом по кумполу! Единственная проблема — по моему положению там свободный доступ к спиртным напиткам не положен. Поди раздобудь нужное количество этого слабенького пива! Так что алкоголизм пока не грозит. Если в срочном порядке не изобрету самогонный аппарат, конечно.

Еще один интересный аспект: я попадаю в прошлое нашего мира или параллельного? А то как бы не накосячить там чего-нибудь настолько, что потом возвращаться будет некуда! По идее, проверить можно. У меня в Мюнхене остался еще один день, и это надо использовать. Я сделал себе зарубку в памяти. Но в

любом случае, можно считать установленным, что время тут и там идет независимо: я еще утром проверил на мобильнике дату — прошла, как и положено, только одна ночь. Получается, полтора месяца, проведенные в неведомом мире, никакого влияния на мою здешнюю жизнь не оказывают. И это хорошо — страшно подумать, какие проблемы создало бы, например, регулярное впадение в кому на несколько недель! А так можно продолжать, в редкие моменты «выныриваний», обычную жизнь.

Выйдя из кафе, я некоторое время бесцельно слонялся по улицам, дыша жизнью большого города, по которой так соскучился за время, проведенное в средневековой глуши. Пока мне в голову не пришла простая и довольно очевидная мысль. Обозвав себя дураком, я со всех ног ринулся в гостиницу. Еще бы, надо быть совсем идиотом, чтобы не воспользоваться таким подарком судьбы: редкому «попаданцу» в непросвещенные века предоставляется возможность хоть иногда припасть к источнику сокровенного знания! То есть к интернету.

До поздней ночи я просидел за ноутбуком, собирая информацию по эпохе, в которую имел несчастье попасть. Информации набралось куча, но ее еще предстояло изучить и оценить достоверность — все-таки допечатная эпоха, сведения отрывочные и разрозненные. Так что много я не успел, но общее представление получить удалось. По крайней мере, теперь я знал, кто правил Германией и Баварией в интересующие меня годы, какие денежные единицы использовались при расчетах и так далее. Уже легче.

Ну, вот и пора в путь. Я разделся и лег в постель. Из-за перевозбуждения сон не шел, несмотря на усталость от непрерывного многочасового сидения за компьютером. Но постепенно природа взяла свое и… следующим ощущением стала сильнейшая головная боль. Еще не открыв глаз, я понял, что да, опять попал! Похмельный синдром ни с чем другим спутать нельзя. Кое-как приподняв тяжелейшие веки, я обозрел открывшуюся картину. Стоявшее уже высоко солнце освещало довольно неприглядную картину: разбросанные по всей поляне тушки перепившихся крестьян и крестьянок, погруженных в тяжелый хмельной сон…

В ближайшее же воскресенье я приступил к выполнению первой части своего плана по проверке «параллельности» этого мира. После обязательной утренней молитвы тихо слинял из деревни (впрочем, это было не трудно — люди вовсю вкушали заслуженный за трудовую неделю отдых) и направился в лес, к памятному камню. В руках нес большую плетеную корзину, позаимствованную из хозяйства Гертруды, в которой находились два немаленьких куска спекшегося кузнечного шлака, выгребенные мной из горна при очередной уборке. Куски эти я отполировал и зубилом нанес на них свои инициалы. Еще прихватил с собой из кузни единственную в деревне железную лопату.

Добравшись до искомого места, я, прежде всего, внимательно осмотрелся, дабы удостовериться в отсутствии нежелательных свидетелей, которые могли бы испортить все дело. На полянке никого не обнаружилось, и от деревни за мной, вроде бы, никто не увязался. Тогда я приступил к работе. Отсчитал от задней стенки камня ровно двадцать шагов в строго перпендикулярном ей направлении, наметил квадрат со стороной около полуметра и аккуратно срезал на нем дерн. Выкопал яму такой же примерно глубины, бросил в нее один кусок шлака и засыпал землю обратно. Уложил дерн и постарался сгладить остававшиеся следы. Посмотрел на дело рук своих и удовлетворенно хмыкнул — на неопытный взгляд никаких признаков землекопных работ не присутствовало.

Теперь, для верности, надо продублировать «клад». На этот раз я отсчитал двадцать шагов

от левой стороны камня и повторил операцию. Ну, вроде бы, все. Еще раз осмотрел свою работу. Нормально. Теперь остается дождаться следующего «возвращения», поехать сюда и попытаться найти спрятанные куски. На этом месте лес сохранился до моего времени нетронутым, так что шанс, что кто-то наткнется на оба закопанных куска, ничтожен. И если я не найду ни одного — значит, это параллельный мир. Или перпендикулярный, раз время в нем течет независимо — не суть важно. Вопрос только в том, когда я смогу опять попасть в свое время? Хотя еще утром после грандиозной всеобщей попойки я, превозмогая головную боль, попытался стырить остатки пива, пока все остальное население еще валялось в отключке. Но, перетряхнув все валявшиеся бочонки, удалось добыть только кружки три-четыре — все вылакали, гады! Перелив это в один бочонок, я припрятал добычу, но для попытки напиться до состояния перехода с хоть какими-то шансами на успех необходимо, по меньшей мере, еще такое же количество мерзкого пойла. А взять его мне пока негде.

В раздумьях по этому поводу я побрел лесом назад, соблюдая, тем не менее, осторожность, чтобы не попасться кому-нибудь на глаза. И, как оказалось, не зря! Буквально в паре сотен метров от полянки с камнем, когда через редкие деревья близкой опушки уже просматривалась дорога, я расслышал цокот копыт. Спрятавшись за деревом, я стал наблюдать. Вскоре из-за поворота показалась повозка, сопровождаемая двумя всадниками, вооруженными топорами. В повозке сидели еще трое. Один из них, в самой богатой среди своих спутников одежде, держал в руках какой-то предмет и пристально рассматривал его. Кто это такой? Купец? Но где же тогда его товар — повозка была практически пуста. На воинов эти люди походили еще меньше. Очень странные путешественники!

Повозка, тем временем, медленно продвигалась вперед. Складывалось такое впечатление, что эти люди никуда не спешат, и вообще — их цель не добраться до какого-нибудь пункта, а найти что-то по дороге. Вернее, это цель не всех, а только главного из них, который, отрывая иногда взгляд от загадочного предмета, внимательно оглядывал окрестности. Остальные же ехали с безразличным видом.

Я настолько заинтересовался необычными странниками, что решил скрытно проследовать за ними. Все равно других приключений в этой глуши не предвидится. Так, лесом, я и сопроводил их до следующего поворота дороги, и уже было решил прекратить это занятие и вернуться в деревню, когда «купец» вдруг вскрикнул, и повозка остановилась. Он, с помощью сопровождающих — мешала некоторая тучность, вылез из телеги и направился в лес. Попытка его спутников последовать за ним была пресечена грубым окриком, и те остались на месте. Куда это он собрался, интересно? По нужде? Непохоже.

Странный субъект заходил в лес все дальше и дальше, приближаясь ко мне. Чтобы он на меня не напоролся, пришлось осторожно отступать назад, пока я не увидел, что очутился на той самой полянке с камнем. А не сюда ли товарищ направляется? Интересное кино! Я спрятался в удачно расположенном на краю поляны густом кусте — дальше отступать все равно было некуда и принялся ждать развития событий. Через полминуты медленно продвигавшийся «купец», держа в руках свой предмет, с близкого расстояния напоминавший плоский глиняный горшок или миску, вышел на край поляны. Несколько секунд, хлопая глазами, разглядывал камень, а потом, поставив горшок на землю, со всех ног побежал к нему.

Некоторое время незнакомец тщательно изучал сам камень и окружавшую его яму с пылью. Очень уж внимательно изучал, разве что спектральный анализ не делал. После чего вылез из ямы, растеряно оглянулся по сторонам, потом взглянул на небо и произнес:

— Получиться-то получилось, но где же он?

«А ведь дядя, кажется, на меня намекает!» — догадался я и только после этого с ошеломлением понял: фраза была произнесена на языке иврит.

Глава 7