Годзилла 2000
Шрифт:
Освальд фыркнул и переключился на новости о сельском хозяйстве.
«Конец света», усмехнулся он. «Пастор Боб предсказывает конец света еще с тех пор, как мы с Милли только стали прихожанами его церкви.
А он до сих пор так и не произошел, и думаю, что он и на этот раз не произойдет…»
Освальд сделал еще один глоток кофе, по-прежнему разглядывая свежую выпечку, разложенную перед ним. Но когда он протянул руку, чтобы схватить пальцами кусок с ванильной глазурью, внезапно отрубилось электричество.
«Проклятье»,
Опустив чашку, Освальд услышал лай двух своих охотничьих собак. Он казался необычно громким, отчаянным и неистовым, даже на таком далеком расстоянии от их конуры за коровником.
Затем к этому хору присоединились шесть коров в хлеву. Они начали мычать от страха и паники. Закудахтало даже множество кур, которых Милли держала во дворе.
А затем Освальд услышал другой звук, какой-то далекий гул, похожий на отдаленный гром.
«Что за черт?», сварливо пробормотал Освальд.
Ворча, пожилой человек поднялся и бросился к задней двери. Для предосторожности он сорвал со стойки на стене свой двуствольный дробовик. Он вскрыл дробовик и зарядил оба ствола картечной дробью.
«Оззи… Оззи… что там за шум?»
Освальд услышал голос жены, зовущей его из спальни. Голос у нее был все еще полусонным. Старый фермер не стал обращать внимания на ее зов. Он поднял на руках свое ружье и вышел на заднее крыльцо.
Утреннее солнце только-только взошло, и цветы с травой еще были покрыты росой. Внешне все выглядело нормально, но почти сразу же, как только он вышел на улицу, Освальд снова услышал этот гул.
«На гром не похоже, никаких признаков бури», подумал он, взглянув на утреннее небо.
Он подошел к краю крыльца и посмотрел куда-то вдаль, туда, где стоял лесок из вековых дубов. Пока Освальд всматривался в них, ветки на деревьях стали раскачиваться и трястись, хотя ветра не было.
А затем он почувствовал, как зашевелилась почва под его рабочими ботинками. Он отступил на два шага назад, а земля под старым домом тем временем задрожала, как желе.
Коровы в хлеву перепугались еще сильнее, а собаки удвоили свои неистовый лай, который стал визгливым и настойчивым от страха.
Освальд обернулся и посмотрел на коровник и силосную башню, а земля между тем продолжала дрожать.
Внезапно грохот усилился. Теперь он был повсюду. Он показался Освальду похожим на топот стремительно мчавшихся ног тысяч невероятно огромных существ. И этот звук, казалось, приближался к нему с каждой секундой.
Освальд Пистер похолодел.
Он быстро бросился обратно в дом.
«Милли», закричал он. «Спускайся сюда вниз! Что-то тут не так. Нам нужно срочно отсюда уходить!» Затем фермер отправился обратно на улицу.
Он вновь стал смотреть вдаль, пока похожий на громовые раскаты гул усиливался. Он услышал теперь жуткий грохот. Он повернулся к коровнику.
Пока он в ужасе и не веря своим глазам
После чего и коровник тоже, как ему показалось, взорвался. Деревянные доски его обшивки вылетели наружу и попадали, подпрыгивая, на скотном дворе, разогнав в стороны перепуганных кур. Подняв руку, Освальд прикрыл ею лицо, не отнимая ее, даже когда в локоть ему ударил гвоздь, вызвав у него от боли слезы.
Когда обломки разрушенного сарая, ударившись, отскочили от его дома, старик снова поднял глаза.
Охваченный ужасом Освальд Пистер увидел, как по полю вокруг его дома что-то движется. Вся ферма и земля вокруг нее теперь были заполнены гигантскими передвигающимися насекомыми. Они выглядели как невероятно огромных размеров богомолы. Самая крупная из этих тварей — блестящее зеленое насекомое, в длину не менее пятидесяти или шестидесяти футов (15–18 м) — сбила последнюю стенку коровника, которая еще стояла.
Когда эта постройка рухнула, из загона вырвалась одна из коров. Перепуганное животное вырвалось из руин, а в этот момент еще одно насекомое проползло по развалинам силосной башни и мгновенно схватило его своими огромными, изогнутыми клешнями.
Гигантское насекомое подняло корову к своим челюстям и резко ее прокусило, разорвав корову жвалами на две части. Голова и передние ноги ее плюхнулись на землю, причем глаза коровы еще были живыми и вращались от ужаса. Почти сразу же их схватило другое разъяренное насекомое и стало терзать, пожирая тушу.
«О господи…», простонал Освальд.
Он бросился обратно в дом и захлопнул за собой дверь. Он закрыл ее на ключ и запер на засов.
«Милли!», закричал он. «Мы должны отсюда уходить!»
Но уходить для Освальда и Милли Пистер было уже поздно.
Еще до того, как старик успел добраться до лестницы, дом начал яростно раскачиваться. На плечи Освальда стала падать штукатурка, а с потолка рухнула балка, расщепив кухонный стол.
Пирожные Милли Пистер полетели на линолеумный пол.
Дом вновь задрожал, это в него врезалось огромное насекомое. Освальд отскочил назад и ударился об раковину, выронив дробовик.
Когда он наклонился, чтобы подобрать оружие, он поскользнулся на заляпанном глазурью полу и упал. Наверху он услышал ужасные крики жены и звук обрушивавшихся стен.
«Милли!», закричал он, пытаясь подняться на ноги. «Я иду!»
Схватившись за дробовик, Освальд бросился вверх по лестнице. Но когда он посмотрел вверх, он вместо прихожей увидел утренний свет. Эти твари сорвали крышу и часть второго этажа! Освальд снова услышал крики жены. Но на этот раз ее крик оборвался — словно Милли унесло куда-то вихрем торнадо. Освальд вспомнил о корове и чуть не блеванул.