Год страха
Шрифт:
— Какой же ты, Витек… — вырвался у меня невольный вздох. — молодец.
Слова парнишки удивили меня не меньше, чем весть о происхождении Даррелла. То ли я разучился понимать людей, то ли Ждану от меня что-то было нужно. А любые непонятки, касающиеся своей жизни я старался устранять, поэтому незадолго до завтрака улучил момент, когда Калинин окажется в одиночестве и подошел к нему.
— Спасибо, что не дал Кисляку выдать меня.
— Я слова Леонида хорошо запомнил, поймает он тебя, а ноги обоим сломает, — нахмурился Ждан.
— Все равно спасибо. Я тут пацанов обещал научить, как делать отталкивающий щит, надумаешь
Ответа Ждан не дал, но после занятий он был среди первых, кто остался на полигоне.
Глава 21 Новый уровень
Чуда не случилось, освоить новое заклинание не смог никто. Я старался как можно более доходчиво объяснять принципы построения отталкивающего диска, разжевывал каждое свое действие, описывал ощущения, мысли, движения — все напрасно. Некоторые вообще не поняли, что я им пытался донести, некоторые делали вид, что уловили суть, но дальше слов дело не пошло.
Два часа потраченных впустую. Пацанам банально не хватало концентрации и силы, к тому же, способ создания щита нужно было пропустить через себя, адаптировать под свое восприятие магии. Разочарованные и погрустневшие, курсанты уходили с полигона. А на следующий день, к моему удивлению, после занятий они вновь столпились на огороженной площадке, пусть и несколько поредевшим составом. Невольно мне вспомнился Лев Бонифаций на каникулах. Пришлось учить. А неподалеку за всеми нами, неусыпно наблюдал Леонид. Последнее время он усилил бдительность и старался группу из виду не выпускать.
Само собой, занятия с одногруппниками являлись для меня не приоритетной целью. Каждый день я изматывал себя на тренировках, а к ночи погружался в транс. Мне нужен был способ усилить свои способности, и если с занятиями по боевой магии и рукопашному бою, которому нас начал учить Леонид, все шло относительно неплохо, то, как поднять уровень слияния, я не мог разобраться, а без этого дальнейший рост был невозможен.
Неприятно было осознавать, но мои возможности упирались в потолок, из-за того, что тело банально не выдерживало интенсивных магических манипуляций. Длительная работа с даром мне была недоступна и приходилось ограничиваться довольно слабыми воздействиями на реальность, однако остальные курсанты не могли похвастать и этим. А обучение ориентировалось именно на них. И с каждым днем я все отчетливее понимал, что групповые занятия для меня более чем бесполезны.
Наверное, именно так должен себя чувствовать старшеклассник, внезапно переведенный в младшую школу. То, что для одногруппников было пределом их сил, я уже перерос. Хорошо хоть книга Илоны позволяла несколько углубить процесс обучения, однако реальную работу с наставником она заменить не могла. Приходилось придумывать себе упражнения самостоятельно.
На уроках по боевой магии я пытался экспериментировать с формами и вариантами уже известной мне атаки. Рассекающий удар при желании можно было трансформировать, например, в колющий, но что-то совершенно новое из него сделать не получалось, а тратить время, вслепую, нащупывая новые заклинания, я себе позволить не мог.
Леонид на своих занятиях, как и две недели назад все еще учил группу правильно расходовать магическую энергию во время бега, а мне уже хотелось идти дальше. Я жаждал понять, как
В итоге, подумал я, потом еще раз подумал и пошел за спрятанными купюрами. Хочешь не хочешь, но без долбанного репетитора даже в этом мире не обойтись. Что там Михаил говорил? “Будут деньги — приходи” ну значит пора воспользоваться его предложением.
Вопрос, откуда у меня взялась наличность, учителя не особо волновал. Узнав, что я готов заплатить за дополнительные занятия, мужчина поскреб короткую щетину на щеках, задумчиво поцокал языком и выкатил мне ценник в семьдесят орлов за месяц ежедневных двухчасовых занятий.
Нельзя сказать, что данная сумма являлась чем-то заоблачным, однако я рассчитывал на меньшее, и после небольшого торга мне все же удалось скинуть цену, правда всего на десятку.
С этого дня мой график опять несколько изменился. С утра я как и все остальные курсанты отправлялся на занятия, а вечером, после ужина шел в тренировочный зал, где проводил от часа до двух. Следующим пунктом назначения становился полигон, на котором к моему прибытию скапливалось человек пять-шесть, и теперь роли менялись — учителем становился уже я, в меру своих сил стараясь донести до пацанов то, что знал и мог показать. Не сказать, что получалось у меня хорошо, но после нескольких напряженных дней первые успехи все же появились, что тут же подстегнуло энтузиазм обучающихся и их количество.
Возился с пацанами я не просто так. Для того, чтобы обезопасить себя в будущем, мне требовалось как минимум две вещи — развить собственные навыки и обзавестись соратниками, готовыми в случае чего прикрыть спину, и если с первым я надеялся решить вопрос за счет дополнительных занятий с Михаилом, то собирать вокруг себя народ надо было начинать прямо сейчас и бумажными самолетиками тут уже не обойтись. К тому же, я надеялся, что новые знания, полученные пацанами, помогут им выжить в дальнейшем. Испытание было уже не за горами, и оно принесет первые смерти, так что мне хотелось как можно сильнее минимизировать его последствия.
Ну и последняя причина, по которой я решил возиться с пацанами — мне требовалось сгладить негативный эффект от индивидуальных тренировок с Михаилом. Наличие у меня личного тренера опять несколько повысило градус напряженности в отношениях с одногруппниками. Зависть штука такая — может возникнуть и на пустом месте, а уж если тебя выделяют учителя — концентрация косых взглядов увеличивается многократно.
Даже Витек, куда уж лояльный ко мне человек, и то недовольно хмурился, когда я уходил в тренировочный зал. Так что, выступая в роли учителя, я делал доброе дело, а заодно и зарабатывал себе очки популярности.
Занятия с однокурсниками длились почти до самого отбоя, не жалея себя и других, я вновь и вновь заставлял тело работать на максимум, выжимая из него все соки, час тренируем защиту, час нападение. Единственное, что я принципиально запрещал делать пацанам, которых учил — спарринговать, используя магию. Не хватало еще, чтобы они покалечили друг друга. Да и не ясно, как отреагируют на подобное наставники. Леонид и Алексей очень часто оказывались неподалеку от полигона, наблюдая за нашими потугами.