Год Крысы

Нортон Андрэ

— Значит, — медленно проговорил я, — когда я вернул имущество Алитте, я подверг ее риску?

Мне не хотелось в это верить. Равинга пожала плечами.

— Кто знает? До сих пор ни одна тень не дотянулась до нее.

Я внимательно изучал спокойное лицо Равинги. Как и всегда в ее присутствии, мне казалось, что она знает куда больше, чем показывает. Хотя Равинга всегда носила одежды торговцев и очень мало украшений, все же в любом придворном собрании она свободно держалась со знатью, и даже с королевами.

— И ни одна не дотянется!

Мурри поднял голову и заворчал.

Как всегда, он перехватил мою мысль. Но, еще не закончив, я уже понял, что моя похвальба пуста. Если я не способен защитить себя, как я могу обещать безопасность другим?

— Путешествие станет для меня испытанием, возможно, не менее тяжким, чем прежние. Их я прошел успешно. Разве Алитта не вовлечена уже в это опасное дело? Она нуждается в твоей защите.

— Ты за этим меня позвал? — резко спросила она, словно собираясь уходить.

— Да. Но у меня есть и более важная причина. Ты присоединишься ко мне в путешествии?

Я не знал, как мне объяснить включение Равинги в мою свиту, но был уверен, что, если она согласится, ее советы будут полезнее для меня, чем любое оружие.

Равинга не ответила мне сразу, продолжая рассматривать меня так, словно я был куклой, над которой она работала, и кукольница не была уверена, все ли во мне доделано до конца.

— Не суди о себе так строго. — Она читает мысли? Или я так плохо держу себя в руках, что открыто это показываю? — Вот в чем дело, Хинккель: каждый из нас способен принять вызов, если верит, что сможет. Ты — император, на тебе благословение Высшего Духа, иначе бы тебя здесь не было. Так стань же истинным императором!

— Мудрая права. — Мурри встал на ноги.

— Но, — я продолжал настаивать, — ты поедешь с нами?

Впервые она улыбнулась, и я увидел ту Равингу, к которой всегда относился с почтением.

— Когда я пришла сюда, я об этом думала. Да, я поеду с тобой. А теперь — у тебя есть еще дела ко мне?

— Куклы! — Я откинулся на подушки с тем облегчением, которое ощущал, пройдя очередное испытание. — Дары для королев. Однако у меня есть и другая задача — я хочу, чтобы все поняли, что песчаные коты могут стать нашими друзьями, что на них больше нельзя охотиться. Я могу издать указ. Я уже сделал это, но это всего лишь слова. Мы знаем, что котти — больше, чем просто друзья нам. Песчаные коты могут не жить вместе с нами под одной крышей, но они верны слову и могут мысленно общаться с теми, кого считают друзьями.

Равинга чуть подалась вперед, лицо ее осветилось любопытством.

— Да, о да! — мягко сказала она. — Изысканный подарок для каждой королевы, непохожий на прежние. Котенок в натуральную величину, с ожерельем со знаком того королевства, королеве которого он предназначен. Это будет очаровательно…

— Хватит ли тебе времени? — спросил я. Она рассмеялась.

— О, царственный, я ожидала этого. Котята уже ждут в одном из моих потайных шкафов. Кажется, Высший наделил меня даром предвиденья. Они будут готовы — и я тоже.

Два обещания, и я был уверен, что она сдержит оба.

В ЛАГЕРЕ ИЗГОЕВ

Каменный остров, на котором мятежники разбили свой лагерь,

был тщательно обследован, прежде чем Шанк-джи принял решение устроить здесь укрепленный лагерь. Несколько человек в его отряде были родом из Азенгира, страны вулканов. Двое были искусными мастерами в работе по металлу, и теперь они проверяли оружие, убеждаясь, что оно годится для боя. С одного края пруда собрали водоросли, и они сохли на ветерке. На поверхности скалы была нарисована карта дорог королевств, и каждый воин мог добавить к ней тот участок Внешних земель, в котором бывал сам.

Шанк-джи много времени проводил на сторожевой вершине. Посланцев из Безысходной пустоши больше не появлялось. Ни один из его разведчиков, посланных в королевства, еще не вернулся. Ожидание делало его раздражительным, а потому и беспокойным. Он до сих пор еще не принял решения по поводу предложения таинственного Темного, которому служил крысолюдь. У него было дурное предчувствие, касающееся этого нового игрока в его игре. Хотя с тех пор, как чудовище уехало, крысы не появлялись, а эти четвероногие убийцы могли уничтожить любого разведчика.

Вапала была конечной целью любой войны. Будь она у него в руках («Руке», — Шанк-джи потрогал обрубок), он мог бы спокойно отдыхать. Здешние стражи… очень немногие из них когда-либо встречались с крысами. Они расслабились за годы мира, как он понял из собственных наблюдений. Но зато здесь есть и те, кто открыто будет приветствовать стяг его Дома.

Узурпатор контролирует все средства империи. Но вне Вапалы это мало что значит. Ложный император может требовать помощи и припасов у каждого королевства. Однако из-за расстояний между Вапалой и другими народами его приказы легко можно задержать. Приходили известия, что королевства собирают собственные армии, нуждаясь в лучшей защите от новых крыс… Он потер зарубцевавшуюся кожу культи. Где есть один крысолюдь, там будут и другие, целая армия, чтобы управлять четвероногими бойцами.

Вербовка в королевствах уже лишила стражу дорог множества воинов, жаждавших битвы. Рано или поздно караванщикам понадобится помощь, которую мало кто сможет им обеспечить. А когда караваны не смогут связывать королевства друг с другом, поднимется гнев против императора.

Этот варвар даже мечом как следует не владеет. Конечно, это он посадил на крыше того дважды проклятого лучника, ставшего причиной его увечья! Он снова потрогал шрам.

Чужак не может знать тайны, которую хранил Хабан-джи. Плохо, что его отец так и не решился действительно исследовать владения Вуроп. Или эта сказка — всего лишь очередной слух? При дворе подобных всегда хватает.

Ладно, если Хабан-джи не хватило решительности раскрыть тайну, то его сыну, видимо, недостает отваги принять решение, что рано или поздно придется сделать.

Скоро закат — время выезжать ночному патрулю. В этот раз он собирался принять командование над ним сам. За одну ночь им до пустоши не добраться, но беспокойство вело его. Он хотел убедиться, нельзя ли найти след тропы, которой воспользовался крысолюдь.

В ИМПЕРАТОРСКОМ ДВОРЦЕ В ВАПАЛЕ