Гоблин-герой

Хайнс Джим К.

Пинни испустила чирикающий вздох.

– Я говорила остальным, что несколько огров удрали, но разве они мне верили?

За спиной у нее голубой пикси закатил глаза.

– Ага, ага. Ты всегда права, а все остальные ошибаются. Хочешь, чтобы я полетел и разобрался с ними?

– Нет, Фарнакс. – Пока голубой пикси говорил, она засветилась ярче, и даже Джиг уловил раздражение в ее голосе. – Мы нашли Джига Драконоубийцу. Царица велела привести его к ней.

Фарнакс взлетел повыше, но задел потолок, и с крыльев у него посыпались

искры. Он, ругаясь, шлепнулся на пол.

– Как вы, твари, выживаете в этих ужасных замкнутых склепах? Здесь и дышать-то тесно, того и гляди об камень треснешься.

– Хватит! – рявкнула Пинни.

Фарнакс шарахнулся, затем кивнул. Вопрос о том, кто здесь главный, не стоял.

– Зачем я понадобился царице? – поинтересовался Джиг.

Крылышки Пинни замерли.

– Убив дракона, ты открыл нам дорогу. Царица желает выразить свою благодарность за это. Также она чувствует, что ты мог бы помочь нам овладеть магией твоего мира?

– Как насчет?.. – Джиг захлопнул рот прежде, чем имя Веки сорвалось с языка. Почему-то Пинни про толстуху не знала. Иначе разве оставались бы у нее причины сохранять Джигу жизнь?

Когда последняя часть ее реплики начала до него доходить, Джиг вытаращил глаза. Он открыл им дорогу? Должно быть, пикси ошибаются. Он наверняка помнил бы, как открывал портал в иной мир.

– Как насчет чего? – переспросил Фарнакс.

– Остальных гоблинов, – нашелся Джиг. – Тех, что наверху, в логове. Как вы намерены поступить с ними?

Пинни пожала плечами и взмыла в воздух.

– Так же, как с любыми бытовыми паразитами.

Она повернулась, указав на маленькую скальную змейку, которая ползла по туннелю к ним. Сначала вроде ничего не происходило. Вдруг змея зашипела и принялась кусать собственную чешую. Рептилия билась все отчаянней, конвульсии и спазмы подбрасывали ее над полом. Она предприняла последнюю отчаянную атаку, вонзив клыки глубоко в собственное тело, и затихла.

Только когда хищница издохла, Джиг сумел разглядеть ее достаточно ясно и понял, что произошло. Из-под краев чешуек сочилась кровь. Магия Пинни заставила чешуйки расти внутрь, пронзая кожу, пока змея не погибла.

– Мы понимаем друг друга, гоблин? – улыбнулась Пинни.

Джига едва не вырвало. Так нечестно. Гоблины столько шумели, дрались и угрожали, а Пинни побила их всех одной улыбкой и мановением руки.

Он не мог оторвать глаз от змеи. Пикси намерены поработить или убить всех гоблинов в горе до единого и воображают, будто Джиг станет им помогать в этом просто ради спасения собственной шкуры.

Они очень хорошо знают гоблинов. Коротышка сделал шаг назад.

– Говоришь, вы хотели бы овладеть магией нашего мира?

– Верно. – Пинни придвинулась так близко, что Джиг ощутил исходящее от ее крыльев тепло.

Клякса все накалялся – чем ближе подлетала Пинни, тем больше, – но пикси и сама грела изрядно.

– Удрав от огров, я

направлялся на поиски силы, чтобы сразиться с ними, – сказал Джиг. Врун из него никудышный, но он надеялся, что Пинни так же трудно читать выражения его лица, как и ему – мимику пикси. – Прикончив Штраума, я нашел жезл, в котором магии больше, чем любой из живущих когда-либо надеялся получить в свое распоряжение. Хватило бы перекроить всю гору.

Пикси переглянулись.

– Где этот жезл, гоблин? – спросил голубой. Джиг смотрел на трупик. Он и вообразить не мог, что когда-нибудь пожалеет скальную змею.

– Я принесу вам его.

У путешествия в компании пикси имелись свои преимущества. Во-первых, Джиг смог отделаться от этого ужасного факела. Во-вторых, донимавшие гоблина насекомые теперь переключили свое внимание на пикси, привлеченные их ярким светом, и это не могло не радовать. Он прятал улыбку, наблюдая, как Пинни отмахивается от особо любвеобильного мотылька.

Дополнительным преимуществом явилось избавление от беспокойства по поводу скальных змей. Рептилии подползали к ним еще пару раз. Пинни больше не трудилась устраивать столь драматичное представление. Она просто заставляла бедняг закусать самих себя до смерти.

– Я думал, вы не умеете пользоваться магией нашего мира, – заметил Джиг, наблюдая, как умирает вторая змея, вонзившая клыки себе в спину.

– Мы и не умеем, – ответила Пинни. – Сильнейшие из нас учатся запасать магию внутри себя, но, если мы слишком долго находимся вдали от собственного мира, наша сила начинает слабеть. Даже чары, которыми мы пользуемся, чтобы говорить на вашем языке, могут рассеяться.

Фарнакс нахмурился.

– Не пойми ее превратно, гоблин. Мы по-прежнему достаточно сильны, чтобы уничтожить тебя, если ты предашь нас.

– Да Джиг и не помышляет о подобных глупостях, – улыбнулась Пинни. Это была та же улыбка, что и после убийства первой скальной змеи. Пикси засветилась ярче и принялась описывать круги у гоблина над головой. – Расскажи нам побольше об этом жезле.

Джиг подергал себя за ухо, припоминая рассказы.

С помощью жезла волшебник создал эти туннели и пещеры. Жезл обладает силой превращать людей, вещи почти во все, что угодно. И тому подобное.

– Бесподобный инструмент, – заметила Пинни.

– Если тебе известно об этом жезле, – сказал Фарнакс, – почему ты не применил его против нас?

– У меня его с собой не было. Я от других гоблинов и сапоги-то с трудом отстоял. – Джиг поднял ногу. От бесконечного скалолазания и беготни по пересеченной местности синяя кожа истерлась, а белая опушка по краю испачкалась и свалялась. – У гоблинов несколько иной взгляд на собственность и правообладание, чем у большинства народов.

– Типа отношений в коммуне? – спросил Фарнакс – Вещи общие и передаются тем, кто в них нуждается?