Гобелен
Шрифт:
– Это не правда, я не верю. О, Боже мой. Бог бы не допустил, чтобы это случилось, почему Бог позволил это, это не правда…
– Хенк? – прошептала Хенни.
– Нет! – кричала Ли. – Не верь, Хенни, это ложь, ложь, ложь…
– Это правда, – сказала Хенни. – Да, это правда. Я ждала этого. Так же, как его отец. Войны забирают наших мужчин. Да, да.
Она закрыла лицо руками.
Нора, молоденькая горничная, испугалась и начала причитать:
– О, мистер Шерман, что нам делать?
На крики Ли прибежала повариха и тоже начала рыдать:
– Мистер
– Надо врача, – быстро сказал Билл. – Моей жене нужен врач. И Хенни тоже.
Хенни продолжала сидеть закрыв лицо руками, не произнося ни слова.
– Вызовите врача, пожалуйста.
Жуткие крики Ли были такими громкими, что их было слышно на улице.
– Я хочу умереть! Дайте мне умереть, слышите? Оставьте меня в покое!
Билл подхватил ее и потащил на кровать.
Когда врач дал ей сильное успокоительное, они с Биллом спустились к Хенни, которая тихо сидела с Норой. Билл подошел к ней и взял за руку.
– Я не хотел пренебрегать вами, но мне пришлось позаботиться сначала о Ли. Дорогая Хенни, – сказал он, – жизнь плохо обходится с вами последние годы.
– Есть еще несколько миллионов, к которым она тоже плохо относится.
– Вы никогда не плачете? – мягко спросил он.
– Никогда. Не знаю, почему я не могу плакать.
– Я дам вам лекарство, которое поможет вам заснуть, – сказал доктор.
– И вы оставайтесь здесь, – сказал ей Билл. – Я буду рядом, если что-то понадобится.
Выходя из дома, доктор сказал:
– Интересно, как по-разному реагируют люди. Как это ни странно, Ли оправится быстрее Хенни.
– Она намного моложе.
– О, не поэтому. Она не держит в себе. Нельзя все держать внутри.
Двое мужчин стояли и смотрели на улицу, по которой пожилая чета выгуливала большого белого пуделя и играли две маленькие девочки в клетчатых платьях. А в это время люди убивали друг друга по другую сторону океана – полное безумие!
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Прошло больше года после окончания войны, когда наконец Поль вернулся домой. Это время он провел в разоренных районах северной Франции в качестве добровольного помощника. Последним впечатлением от Европы были разрушения в Гавре, где немцы в ярости от поражения взорвали железнодорожные пути и доки. Но среди руин, казалось, теплилась надежда на новую, счастливую жизнь. Америка, которая помогала Европе во время войны, предоставляла помощь и теперь.
Сама Америка, как заметил Поль, процветала. Покупали автомобили, дома и одежду. Деньги начали циркулировать так же быстро, как кровь по артериям.
Мариан сменила свой дом в Палм-Бич на больший, со множеством фонтанов, испанской черепицей и королевскими пальмами. Она объяснила, что сезон теперь удлинился и многие из-за недоступности Ривьеры приобрели привычку проводить время во Флориде.
Она явно готовилась к его приезду: купила новую одежду, заказала роскошный обед,
Он ответил на ее невысказанные вопросы:
– Хорошо вернуться.
И, оглядев комнату, он почувствовал, что его приветствуют даже вещи: хрустальная лошадь, подаренная Йахимом, книги, фотографии родителей в резных рамах из орехового дерева.
– Ты переделала рамы!
– Тебе нравится?
– Прекрасно, Мариан. Ты все сохранила прекрасно. Как всегда.
– Так ты действительно рад вернуться домой?
– Конечно. Рад быть здесь и остаться здесь. Легкая удовлетворенная улыбка тронула ее губы, и через минуту она мягко сказала:
– Ты столько пережил. Из-за Хенка.
– Да.
– Я написала письмо Ли, когда узнала.
– Это было хорошо с твоей стороны.
– Не то чтобы я переменила свое решение не видеть ее. Но мне было грустно. Он был таким милым мальчиком.
– Да. Да.
– Почти как сын для тебя, близкий, не хуже родного ребенка.
Печаль окутала красные цветы на столе.
– Наверное, я начну визиты завтра, – быстро сказал он. – Пусть все знают, что я вернулся.
Ли была тем человеком, встреча с которым его страшила. Письмо, которое он написал ей о гибели Хенка, было самым мучительным делом, которое когда-либо выпадало на его долю. Он боялся, что она попросит, чтобы он снова все ей рассказал, а ему этого не хотелось: сцена гибели Хенка омрачала его жизнь и преследовала в кошмарных снах. Он пытался избавиться от этих воспоминаний. И он решил отложить встречу с Ли, заглянув сначала к Элфи.
Там было все как в старые времена. Новый офис Элфи, хотя и намного меньший, чем он занимал в пору своего расцвета, располагался по хорошему адресу, прекрасно размещенный на девятнадцатом этаже с видом на обе реки.
Осанка и одежда Элфи говорили о вернувшемся благополучии, и Поль заметил ему, как тот хорошо выглядит.
– Я хорошо себя чувствую, – ответил Элфи. – Все время занят – в этом секрет молодости… Ужасно, что случилось с молодым Хенком, а?
– Да, – ответил Поль.
– Это был кошмар, когда мы получили это известие. Ли и Хенни были в таком состоянии! Снова повторился 1914-й и Фредди. – Элфи внимательно посмотрел на Поля. – Ты из-за этого так долго не возвращался?
– Может быть, это имело какое-то отношение. Я знаю, что мне следует зайти к Ли сегодня, и боюсь этого.
– Не волнуйся. С ней все в порядке. Она поправлялась шесть месяцев, но сейчас она снова в форме, в полном здравии. Взяла еще один этаж для бизнеса и выкупила здание. Начала выпускать серию своих духов с большой рекламной кампанией. Ничто не сломит Ли, правда?
Поль признал, что это так.
– Ты ведь еще не слышал новость о Мэг? Она собирается замуж.
– Нет! Она никогда ничего не писала.