Гном. Выбор
Шрифт:
Женька представил на своем теперешнем месте бывшего владельца тела и почувствовал, как помимо его воли у него расправляется грудь, приподнимается голова и появляется горделивый и чуть презрительный взгляд. Похоже все это происходило не только в его сознании, но и наяву, потому как, краем взгляда он заметил легкую улыбку, промелькнувшую на лице Слонима, скорее всего считающего, что стрела, пущенная им и восхваляющая молодого идиота, достигла своей цели. Стараясь не подать вида, Женька продолжил свои ужимки и понял, что в данный момент это именно то, что нужно. Внутренне же наоборот подобрался и постарался запомнить каждое слово из задания, чтобы после не ошибиться и действительно не выглядеть идиотом. Слоним, между тем продолжал свои напутствия.
— Ладно, если бы подобное касалось простака Лана или того же Джу, но ты-то другое дело. Ты ведь понимаешь, о чем я?
Женька, с гордым видом еще сильнее напыжился и важно кивнул.
— В общем задание довольно простое. Нужно просто найти внучку старого Грюма, и послушать, что она тебе скажет, но это уже после того, когда сдашь свое
Произнеся последние слова Слоним, поднялся со своего стульчика, и подхватив его за спинку скрылся в своем домике, захлопнув за собой дверь. Женек, постоял возле закрытой двери пару минут, подергал ее, и убедившись, что та наглухо заперта тяжко вздохнул пошел по улице, в сторону Грюмового жилища, слегка покачиваясь будто еще не отошел, после недавних возлияний. Но все же заметил лыбящегося во весь рот Слонима, украдкой выглядывающего из-за занавески. Внутренне же он во всю улыбался, увидев довольную рожу Слонима и то, как он потирает руки, предвкушая, что напыщенный индюк Геня, ничего не понял из его слов и пошел искать Лийзи, внучку старого Грюма. И как та будет смеяться над этим идиотом, узнав, что он так и не выполнил ни единого задания Слонима. И в этот момент он вспомнил, точнее проснувшаяся наконец память подсказала, что это за Слоним, и как он сражался со всеми осами и шмелями, выполняя желание пятилетнего Женьки, шарахающегося от этих полосатых мух, стоило только услышать их зуд неподалеку. Похоже дух мщения жил в Слониме с той самой поры, и он наконец-то смог дорваться до мщения.
Порадовала, наконец-то проснувшаяся память и Евгений твердо знал, куда и зачем ему нужно направиться в первую очередь. Правда судя по выданным заданиям, замаскированным под простую беседу, покрутиться ему придётся не слабо, особенно учитывая, что все эти разумные живут в разных концах не только Изумрудной долины, но и Ледяных гор. Хотя если подумать расстояния не так уж и велики. Издавна две этих области принадлежали подгорному народцу. Хотя на самом деле и было несколько иначе, но никто на это не обращал особенного внимания. Просто в Ледяных Горах предпочитали селиться дворфы — признанные мастера обработки камня, и добычи руды, а в Изумрудной долине — гномы, мужская часть которых занималась в основном плавкой металла и кузнечным делом, а женская целительством, выращиванием овощей, фруктов и лекарственных растений. И несмотря на первый взгляд, два народа, и предпочтения, фактически это было одно государство и один народ, который при необходимости вставал плечом к плечу, защищая свою страну от набегов захватчиков, кто бы там не пытался это сделать.
Итак, первой была Лили. Вспомнив по пути к ней о своей оставленной в будущем дочери, Евгений, срывал все встретившиеся ему по пути одуванчики, и не важно, что они были сиреневые, а совсем не желтые. В венок они сплетались ничуть не хуже земных. А добавленные в него розовые бутоны только сделали его краше, и потому, когда он наконец дошел до Лили и вручил ей сплетенный венок, радости девочки не было предела, а увидевшая в глазах своей дочери счастье пожилая дворфа, от души поблагодарила молотого гнома, и пожелала ему всего самого доброго.
Никаких ос, под крышей дома Хрыма не оказалось, зато пришлось рассказывать малышу Слику сказку, о том, как старый Хрым сам избавился от ос, которых совсем не стоит бояться. Просто не нужно дразнить их и кидать в них камнями и палками, и тогда они ничего не сделают маленькому гному. А когда он подрастет, то и сам сможет сразиться и не с каким-то там осами, а с самым настоящим троллем, живущим в глубокой горной пещере и конечно же победить его. Вскоре мальчик спокойно заснул, а старый Хрым даже поднес нашему герою кружечку домашнего пива с копченой квакушей, традиционной закуской подгорного народца, поблагодарив его за интересную сказку и за то, что так быстро удалось уложить спать непоседливого малыша. За кружечкой пива разговор всегда гораздо приятнее, чем на сухую, и поэтому Женька вспомнив рассказ услышанный им от одного из своих друзей еще в старом мире, тут же передал его своему собеседнику. Конечно учитывая местные особенности и колорит. Но тем не менее рассказ попал прямо в тему.
Однажды. — говорил он. — к старому Ривьеро, известному пчеловоду, приехал местный лавочник из соседнего села, по поводу покупки меда. Приехал на ослике и не нашел ничего лучшего, как пустить пастись своего четвероногого друга на лужайке, где росла самая зеленая травка, неподалеку от стоящих там ульев. После чего, вошел в кибитку своего друга, чтобы попить травяной настой и поговорить о своих делах. На вопрос, привязал ли он своего осла, тот небрежно ответил, что совсем не опасается того, что осел куда-то убежит, и что он никогда не привязывает животное, надеясь на его спокойный характер. Через некоторое время, услыхав трубный рев своего питомца, он выскочил из кибитки, чтобы узнать в чем дело. Все же пасека находилась высоко в горах, и случиться могло что угодно. Увиденное чуть не лишило его рассудка. После, когда все закончилось, друзья поняли следующее. Осел, поедая траву скорее всего размахивал во все стороны своим хвостом и наверное неосторожно прибил пчелу, которая ужалила его. После чего взбесившись он начал носится по полю, лягаясь, ломая и опрокидывая ульи. Естественно, что пчелы не стали терпеть обидчика и когда мужчины оказались на улице, осел с головы до ног оказался облеплен пчелами так, что его не было видно. Осел конечно издох, заеденный пчелами, а приехавшему из села лавочнику, пришлось раскошелится восстанавливая ульи. Старый Хрым хохотал так, что чуть не разбудил маленького гнома.
Вот с огородом лавочника Клюза пришлось изрядно помучаться.
Конюшни Вьебиля, поставщика чистокровных коней, для двора его королевского величества Адриана IV оказались идеально чистыми. В ответ на предложение почистить навоз, он просто расхохотался и показал ему идеально вычищенные стойла, в которых не имелось даже намека на что-то постороннее. Но три золотых все же подкинул, сказав, что сам разберется с этим шутником Слонимом, и тот потеряет желание шутить не по делу.
Вроде бы все напутствия были выполнены, но несколько смущали слова про Лана и Джу. И если с Ланом было все более или менее понятно, то с Джу… Дело с том, что такой кличкой, даже не именем, а именно кличкой, обычно называли котов, реже собак. И именно поэтому упомянуть о Джу, как о простаке, было как-то странно, тем более, что это слово означало что-то вроде царапки, кусаки, ну или чего-то подобное. Размышляя об этом, Женька решил все же направиться именно к дому Грюда, а последнее задание, если это было действительно заданием, а не пустыми словами, можно выполнить и позже. В конце концов, у него же есть право на отказ. Впрочем, уже спустя каких-то сотню шагов, он заметил того самого Лана, стоящего под высоким кипарисом, и что-то выглядывая сквозь его густые ветви. И стоило только приблизиться к нему, как последний тут же выдал просьбу снять кота, который испугался мышки, залез на дерево и не поддается никаким уговорам спуститься вниз. Времени это заняло каких-то пару минут, правда кот полностью оправдал свое прозвище, и все руки и лицо Евгения оказались исцарапаны, чуть не до крови, вдобавок к пыльным и колючим ветвям, из-за которых пришлось отложить дальнейший поход и поискать место, где можно было бы привести себя в порядок. Да и пропотевшее насквозь тело из-за беготни по горам, тоже не добавляло свежести.
Вначале он было сунулся к небольшой заводи, образованной из-за изгиба реки, но стоило раздеться и попытаться войти в воду, как тут же пришлось с визгом выскакивать из нее. Вода была просто ледяная, и скажем умыться или попить воды, претензий бы не возникло, но купаться, это уж слишком. И тут память выдала новый факт о том, что за перевалом Пьяного Тролля, что отделяет Изумрудную долину от Ледяных гор, имеются горячие источники, и построенные возле них общественные бани. А учитывая то, что Женька уже не был бродяжкой без единой медяшки за душой, и в его кошельке, помимо мелочи позвякивали и золотые, то он направился именно туда в надежде привести себя в порядок в комфортных условиях. К тому же, как подсказала память, пока он моется в бане, его одежда будет тоже приведена в порядок за смешную в общем-то цену, чему он был только рад. Все же одевать провонявшее потом одеяние на свежее тело было бы не слишком приятно.
В общем-то Женька знал, что бани общие. Да и память говорила о том, что в бане нет интима, секса или эротики. В бане просто моются. Все. Невзирая на пол и возраст. Правда все же на возраст внимание обращают и потому некоторые старики, и старухи, стараются купаться в отдельных помещениях, все же старость не красит никого, и потому всегда идут навстречу подобным желаниям. Но увиденный там цветник заставил Евгения, покраснеть до корней волос. Хорошо хоть смуглое от природы лицо гнома не слишком выдало его волнение. Для этого нашелся другой предатель, вставший колом так, что хоть ведра с водой на нем носи. А еще большее смятение произошло после того, как находящиеся там девчонки, вначале несколько опешившие от Женькиного дружка, сколько бы он не прикрывался медной шайкой, заметили знак проходящего испытания на зрелость.