Гнёт Луны
Шрифт:
— Ммм, — задумчиво промычала Ил и тихо изрекла, — даже немного обидно. Видимо, я поверила, что я твоя нареченная, твоя судьба. Вечная безответная любовь грела мою эгоистичную душонку. Какая же я отвратительная сука.
— А ты сама все еще сохнешь по Феликсу? — с любопытством шепнул Ричард.
— Во мне больше нет того надрыва, — девушка закрыла глаза. — Он, меня, конечно, еще иногда подбешивает, но это чисто из его личных качеств.
— Меня он тоже подбешивает. В принципе, как и ты.
— Слушай,
— Не твое дело, Пинки, — хохотнул Ричард.
— Я уже давно не Пинки, — Ил выползла из объятий парня и села на краю кровати, задумчиво разглядывая цветочные узоры на шторах. — И не стать мне вновь розоволосой дурочкой.
Ричард позади удивленно крякнул и затем издал звук между мычанием и стоном. Ил оглянулась на него. Парень смотрел на нее со смесью ужаса и восторга.
— Что? Что случилось?
Ри опять булькнул что-то невразумительное и медленно моргнул, шумно сглатывая.
— Да что опять?
— Волосы… — прохрипел он и указал на ее голову, — твои волосы…
— Выпали?! — пискнула Ил. — Не хватало мне еще быть ко всему прочему лысой!
Ричард мотнул головой, и девушка испуганно схватилась за свои мягкие короткие волосы. Она метнулась к зеркалу, которое висело на комодом, и со стоном ужаса попятилась назад. В полумраке комнаты ее взъерошенные волосы и брови сияли неоново-розовым огнем.
— Какого хрена, Ри? — Ил испуганно посмотрела на парня.
— А я тут при чем?
— Не знаю, но я точно уверена, что это твоих рук дело! — Ил истерично вскрикнула, заглянув в штаны.
Аккуратно стриженный лобок тоже сиял неоновым розовым.
— Смотри! — Ил зло приспустила штаны и повернулась к Ричарду. — Доволен?
— Симпатично, — тот неловко улыбнулся и поднял на нее печальные глаза. — Пинки, я не виноват! Я же ничего не делал.
— А кто виноват?! — Ил сердито всплеснула руками и натянула штаны.
— Пинки…
— Я что опять буду розовым оборотнем? — простонала девушка.
— Наверное…
Ил хрустнула шейными позвонками, размяла плечи и шагнула к зеркалу яркой неоновой химерой. Она была похожа на плюшевое чудовище, которое сбежало с рейв-вечеринки.
— Господи! — она приблизила морду к зеркалу и оскалилась. — Где моя зловещесть? Где моя аристократичная серебристая шерстка?
Она сняла толстовку, штаны и отбросила разорванные метаморфозой трусы в сторону. Попятившись назад, она горестно завыла, придирчиво оглядывая жуткое вырвиглазное отражение в зеркале. Розовая, сияющая и нелепая. Вежливый стук и голос Феликса:
— Искорка, ты чего воешь?
— Не входи! — рыкнула Ил и прыжком оказалась за кроватью. —
Когда дверь скрипнула, она упала навзничь и закрыла морду лапами.
— Живой? — Феликс посмотрел на испуганного Ричарда.
Тот молча кивнул. Мужчина медленно обошел кровать, следуя на звуки печального поскуливания, и с открытым ртом застыл перед неоновой розовой волчицей. Он перевел взгляд на Ричарда, и тот пожал плечами.
— Мать моя женщина, — простонал Феликс, рарассматривая розового зверя на полу.
— Я же говорила! — Ил подскочила на ноги и заверещала, гневно всматриваясь в лицо Феликса. — Мне нельзя рукоблудить! Вот результат!
Мужчина пропустил пальцы сквозь ее волосы и многозначительно причмокнул. Ил прошла к одежде и недовольно пнула разорванные трусы:
— Все! Я теперь тоже не ношу трусы! Надоело! Я столько бабла на них потратила, а они рвутся и рвутся!
Она натянула штаны, надела толстовку и спрятала голову в капюшоне:
— У меня нет слов! Я теперь как с улицы Сезам!
— Раньше тебе нравился розовый, — Ричард слабо улыбнулся.
— Тогда я его могла в любой момент смыть его или закрасить, — Ил закрыла лицо руками. — Что делать?
— Парик? — предложил Феликс и лег рядом с Ричардом.
— Да, — Ил недовольно посмотрела на него. — И меховой костюмчик в придачу. Проблема не в волосах! А в шерсти! Кого напугает неоновый розовый оборотень?
— Меня, например, — Феликс хохотнул и притянул к себе растерянного Ричарда.
Ил сощурилась и рыкнула:
— Идем! — она посмотрела на оборотней. — Вы оба за мной!
Она вышла из комнаты, и Феликс и Ричард с бурчанием поплелись за ней. Ил зашагала на детский смех и занырнула в гостиную, где на полу возились малыши с игрушками. Карапузы удивленно проследили за Ил, которая села софу и сбросила капюшон, обратившись в розовое мохнатое нечто. Дети охнули и с восторгом кинулись к ней.
— Ого! — один из мальчиков задрал штанину и запустил пальчики в густую шерсть.
Двое его братьев, которые были чуть помладше, забрались на колени мрачной Ил и с восторгом ощупали шерстистые щеки и дернули за уши.
— Ух ты! — в гостиную вбежал Фериил, проскользнув между отцами, и кинулся к Ил. — Ух ты!
Мальчик потискал лапы Ил, подергал шерсть на звериных лодыжках, растолкал других ребятишек, заползая на ее колени, и смачно лизнул в шерстистую шею.
— Сладкая? — спросили Фериила мальчики.
— Нет, — тот разочарованно мотнул головой.
Но ему никто не поверил. Каждый из ребятишек лизнул Илону в щеку. Девушка утомленно воззрилась на удивленных Феликса и Ричарда.
— А выглядит сладкой, — цокнул один из мальчиков, принюхиваясь к ушам.