Гнёт Луны
Шрифт:
— Сколько? — причмокнул мужчина, подслеповато всматриваясь в экран. — Давай только что-нибудь помоднявее купим, а то ты вечно жадничаешь. Мне тут коллега хвастался, что сыну подарил какую-то крутую шарманку. И мне теперь завидно.
— Папаааа, — завыла Илона.
Пальцы на ногах хрустнули, покрываясь шерстью.
— Ты деньги отправь, — шикнула женщина на супруга, — а она там уже сама свою шарманку выберет.
Мужчина вытащил из брюк телефон, с невозмутимым лицом под рев Илоны вызвонил коллегу и без вежливых приветствий в лоб задал вопрос, сколько стоил подарок для его сына.
— Уже разбил? — он скучающе посмотрел на ногти. — Вот моя тоже потеряла. Теперь ревет белугой. Ага. А что делать? Купишь, куда ты денешься. Премию вон получил, неси теперь в клювике птенчику.
Мать смущенно улыбнулась Илоне, которая судорожно вытирала слезы.
— Тебе привет от Робина, — мужчина мельком глянул в экран и вновь полез в смартфон. — Останешься без серег, дорогуша. Это в наказание, что посреди ночи звонишь.
— А у меня уши даже не проколоты, — Ил непонимающе изогнула бровь.
— Проколола бы, — цокнул отец и коснулся экрана. — Все, отправил. Прямо завтра иди и купи шарманку, а то я знаю тебя.
— Да я же не из-за денег вам звоню, — просипела Ил, под хруст позвоночника.
— Просто скажи, спасибо, папа и мама, вы такие замечательные у меня, — мужчина обиженно посмотрела в экран, — я вас сильно люблю и скоро приеду в гости.
Ил торопливо повторила за отцом слова, поджимая когтистые ступни и сдерживая слезы, что душили ее, и родители довольно улыбнулись:
— Чмоки, доча, у нас там игра началась, — мужчина послал воздушный поцелуй в камеру и скрылся из гостиной.
— Завтра позвони, — мать прищурилась и тихо добавила. — С нового телефона. И купи, что подороже. Я накину сверху, ага? И чехольчик розовый возьми, чтобы под цвет волос. Спокойной ночи, зайчик, и прекрати из-за всякой ерунды так плакать. Это всего лишь железка.
Ил не успела ответить, как экран потух. Покрывшись шерстью, девушка рухнула на спину и завелась в новом плаче с громкими завываниями. Знали бы ее родители, что их дочурка теперь жуткая мохнатая образина, которая безосновательно страдает по Феликсу, в чей халат она старательно кутается в поисках успокоения. Ей бы сорваться посреди ночи к ним в гости, но они же не переживут дочь-собаку с розовым хвостом.
Девушка сползла с кровати и прокралась на кухню сгорбленным чудовищем. Она достала из холодильника брикет замороженного фарша и жадно вгрызлась в него крепкими зубами, усевшись в темном углу за столом. Расправившись с перемолотым мясом, Ил облизала шершавые ладони и распахнула халат. Она с детским любопытством потискала себя за мохнатую грудь и среди клочков шерсти отыскала соски с гладкими темными ареолами.
— Жуть, — она шмыгнула и посмотрела на заросшие густой шерстью живот и лобок. — Вот поэтому в фильмах стараются не показывать женщин-оборотней.
Она задумчиво подняла морду к потолку и решила еще перекусить. Почему бы ей не стать первой жирной, жутко отъевшейся оборотнихой с милым мохнатым животом и мягкими складочками на волчьих бочках. Счастье в еде, обледеневших кусках мяса и хрустящих куриных бедрышках, а не в мерзких мужиках с желтыми глазами.
— Замуж он меня возьмет, — прорычала
Она зло и протяжно завыла, желая рассказать всему миру о своих невероятных страданиях. Она тут же нервно затолкала в пасть замороженного цыпленка, обрывая тоскливую песню, и устало растянулась на полу, похрустывая костями и льдом.
— Зато у меня будет новый телефон, — она облизала нос с истеричным шепотом. — Красивый розовый телефон.
Прежде чем заснуть в слезах и волчьих соплях, она подъела остатки куриных крыльев, парочку замороженных рыбешек, старую овощную смесь и залила все это бутылкой холодного пива. Сытая, пьяненькая, но бесконечно одинокая и несчастная она провалилась в сон.
Глава 7. Точка кипения
Ил нервничала. Шерсть на ногах неприятно цеплялась за ткань спортивных штанов, а люди жутко и громко воняли. Да, их запах оглушал девушку, отвлекал и беспокоил. Вдруг она у всех на виду у продавцов и покупателей обратиться в монстра? Поэтому она на всякий случай скрыла лицо под медицинской маской и периодически ощупывала челюсть.
— Еще чехол дайте, — она натянула капюшон на голову. — Розовый.
— Розовых нет, — парнишка за стойкой оглянулся на стенд с чехлами.
— А какой есть?
— Сиреневый, желтый, — печально вздохнул он, — бежевый, черный, белый…
От него несло потом, кислым потом и жутким дезодорантом с запахов освежителя для туалета.
— Давай сиреневый, — Ил нетерпеливо постучала пластиковой картой по стойке.
— Есть еще синий, — парнишка улыбнулся.
— Сиреневый, — рыкнула Ил и вновь заворковала. — Я хочу сиреневый.
— Вот гарантия на год, — продавец закинул в пластиковый мешок к коробке со смартфоном сложенный лист и чехол. — А вот одежка для обновки.
Илона приложила карту к терминалу, торопливо ввела пин-код. Как только показался чек, она сцапала пакет и вылетела пулей из магазина, скрежеща зубами. Ей, наверное, стоило остаться дома, но она дала слово отцу купить телефон сегодня, а она привыкла сдерживать обещания.
Позвонки с угрозой хрустнули, и она со страхом огляделась. Люди не обращали на нее внимания, однако она заметила подозрительного подростка, который делал вид, что с интересом изучает фонарный столб на углу оживленной улицы. Она надела на нос черные очки и свернула в подворотню и мрачной тенью затаилась у обшарпанной двери, из-под которой доносился запах прогорклого масла и жареной курицы.
Подросток не заставил себя долго ждать. Взлохмаченный, с россыпью конопушек на бледном лице, он вынырнул из-за угла и испуганно попятился от рыкнувшей Ил, которая сорвала с коробки пластиковую обертку.
— Кто такой? — она из-под очков глянула него и спрятала шуршащий полиэтилен в карман.
— Дерек, — он насупился и скрестил руки. — Племянник Феликса.
— Чего надо? — она осторожно и медленно открыла коробку и кинула крышку в пакет.
— Мы типа семья и все такое, — подросток вытянул голову, разглядывая новенький смартфон в матовой пленке на экране. — Вдруг ты с катушек слетишь. Говорят новообращенные чудят много.