Глаз Муджароки

Сёмкин Александр Борисович

– Дурак ты, Ганнибал,- Пашот тяжело хватал ртом воздух.
– Меня учили фехтованию венгерские уланы. На мне живого места не было. Но я все равно вставал и лез в драку. Да что там. Тебе этого не понять Ты не воин, ты -мразь, Ганнибал. И не по заслугам называешься именем великого воина. А теперь, пошел вон, собака тухлая! Вон отсюда, кому сказал!

Ганнибал встал на одну ногу, кровь лилась из ран, оставленных Пашотом на его теле, силы покидали Ганнибала. Неожиданно, резко развернувшись, исподтишка, Ганнибал нанес жестокий удар Пашоту, пронзив его грудь. Пашот выронил шпагу и схватился за рану обеими руками, кровь лилась через пальцы регулярными

толчками. Пашот смотрел на противника широко открытыми от удивления глазами.
– Ты.... Ты, сволочь, ты...Был мразью, мразью и остался.
– только и смог сказать рыцарь Муджароки.

Ганнибал, довольный, встал на дрожащие от нервного напряжения ноги.
– Ну вот, так-то лучше, правда, Пашот? Ну иди ко мне, умри в моих братских объятиях.- И протянул руки к Пашоту.

– Только не в твоих.- Пашот напряг все свои оставшиеся силы и рванулся к двери на балкон. Семен не закрыл дверь, и это сыграло на руку Пашоту. Он рванул дверь на себя и в последнем прыжке метнулся через перила балкона вниз, в последнее жуткое падение.

Ганнибал страшно закричал, потом спрятал шпагу и молнией бросился в входной двери, выбегая на лестничную площадку

– Нет, нет, старая дрянь! Ты так не умрешь! Все равно я успею.- рычал Ганнибал, мчась вниз, перепрыгивая через три ступеньки, оставляя за собой крупные кровавые капли, застывающие на воздухе, как холодец.

Пашот со страшной силой ударился о землю. Некоторые случайные прохожие, видевшие вывалившееся с балкона тело, застыли от ужаса. Кто-то закричал. К упавшему никто не посмел приблизиться сразу. Это уже был не человек, а мешок с костями. Но Пашот не умер, он не мог умереть, не выполнив одного, самого важного условия. Боль терзала его тело с неимоверной силой. Он приподнял свою окровавленную голову, пытаясь что-то найти возле себя, и его поиски увенчались успехом. Буквально в нескольких сантиметрах он увидел смятую фотографию, обгоревшую по краям. Из последних сил он пошевелил искалеченной рукой и подтянул к себе этот кусочек картона. На него смотрел улыбающийся Семен Руков. Пашот накрыл фотографию изуродованными пальцами и с облегчением испустил дух.

В этот момент из подъезда выбежал мужчина, одетый во все черное и, расталкивая зевак, бросился к распростертому телу. Было поздно. Пашот умер. Ганнибал утробно и страшно зарычал от досады. Потом поднял голову и закричал

– Кто? Идиоты, кто из вас к нему подходил?

Стоявшие поодаль люди с ужасом бросились врассыпную. За углом послышался вой милицейской сирены.

Ганнибал отчаянно ударил кулаком о землю, потом разорвал на Пашоте рубаху, и сорвал у него с шеи забрызганный кровью амулет, резко поднялся и быстрым шагом пошел вдоль улицы, низко опустив голову.

Никто не заметил, что на лице несчастного Пашота застыла облегченная и спокойная улыбка.

***

Старший лейтенант милиции Василий Какуркин провел носовым платком под фуражкой, вытирая испарину. Ему было плохо с похмелья. Он уже готовился сдать дежурство, а тут такое дело- человек упал с балкона. И надо было ехать, не считаясь с последствиями водочных возлияний в "бобике" возле дежурки. И ведь повод был неубиенный - у напарника Василия Гоши как раз исполнился год, как он поженился с Нинкой. Василий своего напарника с Нинкой и познакомил. Думал так, для времяпрепровождения. А тут раз,- и свадьба.

Василий краем глаза смотрел, как вокруг тела снуют врачи скорой помощи, а сам мечтал о маленькой холодной стопочке. А потом сразу и спать можно завалиться.

Пару сержантов помощников уже опрашивали собравшихся вокруг людей в поисках свидетелей происшедшего, но Василий был уверен, что это обычное самоубийство ,и надо только все правильно оформить, а потом домой. Врачи поднесли носилки, завернули труп в мешок и понесли в машину. К Василию подошел врач.

– Ну что там?
– спросил Василий, дыхнув на врача крепким перегаром.

Врач поморщился, но виду не подал и протянул Какуркину кусочек картона, похожий на фотографию.

– Вот, посмотрите. Это у него в руке было зажато. Но самое интересное, конечно, это глубокая колотая рана в область сердца. Это даже не ножом, а шпагой, например.

Василий встрепенулся, - Да вы с ума сошли! Какая ,на хрен, шпага?

Врач обидчиво посмотрел на милиционера.
– Я с ума не сошел. Результаты вскрытия получите в общепринятом порядке, если считаете себя таким мудрым. До свиданья.- Врач вытер лицо рукавом белого халата и пошел к машине, а Василий уставился на фотографию. С нее на старшего лейтенанта смотрел улыбающийся молодой мужчина, одетый в костюм и галстук. Фотография наполовину обгорела, как будто ее хотели сжечь, но лицо сохранилось очень хорошо. Оно старшему лейтенанту было незнакомо. Василий аккуратно положил фотографию в папочку и подошел к одному из сержантов, как раз выслушивающего очень разговорчивую полную средних лет женщину.

– Как он упал, я не видела. Я как раз в магазине напротив картошку покупала. Ой, ну и дорогущая картошка ноныче, не то, что в прошлом годе. Тогда на целых пятьдесят копеек была дешевле. А ведь гнили сколько..

– Вы, пожалуйста, по делу, по делу говорите,- вежливо заметил сержант

– А, ну да.. По делу. Слышу я крики с улицы. Выбежала, а там уже люди собрались. Ну и мне ж тоже интересно. Я туда. Так ведь разве пробьешься через толпу-то. А тут как раз подбегает мужик с сумасшедшими глазами и весь в черном, кровища из него хлещет, а он давай всех по сторонам разбрасывать, чтобы к покойнику пробраться поближе, значит. Так я за его спиной пристроилась и тоже, значит, поближе.

– А вы запомнили, как он выглядел?

– Кто выглядел?

– Ну мужик этот, который через толпу пробирался?

– Ну конечно запомнила. Весь бледный такой, глаза так и горят, а кровь-то так и капает из него, так и капает....

Василий вытащил из папочки фотографию

– Не этот?

Тетка посмотрела с прищуром, взяла фотографию в руки. Махнула досадно рукой

– Да нет. Это не тот совсем. Тот и постарше был, и лицо у него такое, прям совсем дикое. И подбегает он, значит, к упавшему и ну его поворачивать. А у того то совсем лицо разбитое и видно, что мертвый уже. Так этот мужик, значица, как начал орать: "Кто к нему подходил?"...

– Как , как он начал орать?- Сержант заинтересованно посмотрел на допрашиваемую

– Ну вот, прям как в фильмах про ведьм разных. Кто к нему подходил? Ну, к покойнику, значить...

– Ну так, и кто к нему подходил?

– Да никто к нему не подходил. Он жил еще после падения, шевелился. Ой, а нога у него прямо вывернутая и:, как бы, на стороне. Просто кости поломанные, а не человек. А ведь жив был еще.

– Я еще раз повторяю, кто к нему подходил???

Женщина обернулась, посмотрела дикими глазами на милиционера.
– Да не подходил к нему никто!!!
– Жуткий крик прошелся по ушным перепонкам старшего лейтенанта и вырвался на задушенную жарою улицу.