Глаз дьявола
Шрифт:
Года три назад Елена, благоверная Михаил Харитонович, домохозяйка тридцати двух лет отроду, забеременела, но так уж вышло, случился выкидыш. К тому же она узнала, что больше не сможет иметь детей. Так в один момент из жизнерадостной, вечно строящей планы, Елена превратилась в замкнутую, амёбообразную особу, которую ничто в этой жизни больше уже не интересовало.
Целыми днями, она стала просиживать за телевизором, переключая с канала на канал и смотреть всевозможные мыльные оперы. Пока как-то случайно не наткнулась на передачу, где какая-то гадалка, отвечая на звонок очередной дозвонившейся в прямой эфир женщине, сообщила
Постепенно она вернулась к нормальной жизни. Начала выходить на улицу, завела новые знакомства. Михаилу Харитоновичу они не нравились, но поделать он ничего не мог.
Как-то на одной из выставок, на которую Елена попала по рекомендации новой подруги (такой же помешанной на эзотерике), она познакомилась с импозантным мужчиной с лёгким немецким акцентом. Нового знакомого звали Григорием Арнольдовичем. Как оказалось, позднее, он являлся коллекционером, который и проводил выставку собственных экспонатов. Господин Даммер увлечённо рассказывал про каждый, а в конце раздал некоторым приглашение на закрытый спиритический сеанс. В число приглашённых попала и Елена, чему была безмерно рада.
С тех пор, где-то раз в месяц она стала приезжать в особняк коллекционера на эти сеансы. Елена даже однажды затащила на них мужа, пытаясь пристрастить того к своему увлечению, где познакомила его с господином Даммером. Но к её сожалению, супругу её увлечения оказались неинтересны. И она оставила эту затею.
Постепенно, под влиянием Даммера, Елена стала увлекаться оккультизмом. Дома начали появляться книги авторства Кроули, ЛаВея, Блаватской и прочих, которыми суженая зачитывалась до одурения. Михаилу Харитоновичу всё это конечно не нравилось, но он смирился, решив, что уж пусть будет лучше так, чем дома опять начнутся скандалы из-за всяких пустяков.
Кабинет начальника полиции заполняла прохлада, создаваемая кондиционером. Боль в голове постепенно прошла так же, как и сухость во рту. В стоящей на столе полуторалитровой пластиковой бутылке воды было почти на донышке. Полковник посмотрел на бутылку, поморщился и тяжело выдохнул. Посмотрел на часы. До встречи оставалось около двадцати минут.
Встав с кресла, Михаил Харитонович взял со стола фуражку и, держа её в руках, вышел из кабинета. Лейтенантша-секретарша Люба, что-то разглядывающая на мониторе компьютера, увидев начальника, вскочила с места и вытянулась по струнке.
– Я уехал по делам, – буркнул Басов и, переваливаясь с ноги на ногу, направился к выходу.
Люба хотела что-то сказать, но растерявшись, просто стояла и хлопала ресницами. Когда дверь за полковником с грохотом закрылась, она села обратно за своё рабочее место и снова уткнулась в экран монитора.
Михаил Харитонович спустился по лестнице, прошёл по коридору и, махнув рукой вскочившему дежурному в окошке с надписью «Дежурная часть», вышел на улицу. Солнце по-прежнему продолжало нещадно палить. Сев в душный салон своего BMW, он включил зажигание и в панели под магнилой вдавил четвёртую снизу кнопку. Послышался
Неожиданно очень захотелось есть. Да так, что аж начало сводить живот. Но времени, чтоб заехать в какой-нибудь ресторан и пообедать, уже не было. Значит нужно по-быстрому отделаться от этого коллекционера и где-нибудь нормально поесть.
Как назло, впереди светофор переключился на «красный». Терять драгоценное время абсолютно не хотелось, но не проезжать же в наглую? Поэтому пришлось остановиться и дождаться разрешающего сигнала. Чтобы хоть как-то отвлечься от желания поесть, он на руле прибавил громкость радиоприёмника. Из динамиков запела какая-то модная молодёжная певичка. Кто такая полковнику было неизвестно. Но припев песни был довольно цепляющим.
Лишь на светофоре загорелся «зелёный», чёрный BMW рванул с места и, обгоняя еле плетущиеся попутные автомобили, помчался в сторону старой объездной дороги.
Подъезжая к нужному месту, ещё из далека Михаил Харитонович заприметил чёрную Audi последней модели с тремя шестёрками в номере. Остановив своего немецкого железного коня рядом с его земляком, он, чертыхаясь, вылез из салона и отрыв дверь в соседней машине присел на сидение рядом с водителем.
– Здравствуйте, Мишенька. Что-то вы опаздываете, – хитро улыбнулся водитель Audi.
– Так служба государева, – обдав перегаром собеседника, попытался оправдаться полковник.
– Понимаю, – чуть сморщив нос, ответил тот. – Что-то давненько ваша Елена ко мне не приезжала, не случилось ли что?
– Да она на юг укатила, на днях должна вернуться, – сказал Михаил Харитонович и у него громко заурчал живот.
– Ах, вот оно что. Вы уж простите, что отвлекаю вас от службы, но сегодня у меня состоялся странный разговор. Мне позвонил один из моих знакомых, но разговор как-то внезапно оборвался. Я попытался ему дозвониться, но он почему-то больше не берёт трубку.
– Если не секрет, о ком идёт речь? – поинтересовался полковник.
– Да вы, скорее всего, должны его знать, – улыбнулся Даммер. – Это Борис Кольцевой.
– Прачечник? – удивился Михаил Харитонович. – А вы-то его, откуда знаете?
– Ну, скажем так, он иногда предлагал мне редкие экспонаты.
– Ворованные? – непонятно почему вырвалось у полковника.
– Ну, почему же сразу ворованные? – снова улыбнулся Даммер. – Например, у кого-то умирает пожилой родственник, остаются какие-то старинные вещи. На первый взгляд какой-то хлам, который можно выкинуть на свалку. Но ещё есть вариант отнести его скупщику. Тот посмотрит, оценит и, возможно, повторюсь, возможно, предложит неплохую цену.
– Ну-ну, – пробубнил полковник, и у него опять заурчало в животе.
– Так что, поможете?
– Попробую.
Полковник вылез из салона Audi на улицу, достал из кармана мобильник и набрал номер. Через несколько гудков в трубке раздался голос:
– Слушаю.
– Слушать ты будешь радио на гражданке, когда я тебя уволю! – рявкнул в трубку Михаил Харитонович. – Представляться не учили?
– Прошу прощения, товарищ полковник. Дежурная часть, старший лейтенант Соколов, – выпалил голос на том конце.