Гладиатор
Шрифт:
– И не уйду, - рассердился отец.
– Мне было достаточно посмотреть на толпу связанных людей и тех, кто их охранял. И среди охранявших, между прочим, был человек. Почему ты думаешь, что подстреленный мной парень не из таких?
– Я ничего не думаю!
– всхлипнула она.
– Ты ограбил крестьянина, иначе у нас не было бы ничего, кроме одежды. Ладно, теперь есть лук и топор, и та железяка, которой ты разводишь огонь, но мне мало сидеть в наполовину разрушенном замке и питаться одним мясом! Если выживет этот абориген, у него можно будет научиться языку и узнать, что здесь происходит.
– Зря ты
– Стрелу я вынул и рану прочистил, как смог, но она паршивая, а он еще целый день пролежал под дождем. Ладно, если умрет, как-нибудь справимся сами. Из этой вылазки принесли неплохой меч и местные деньги. Жаль, что нам помешали угнать телегу. На ней было много мешков, да и лошади бы пригодились. Плохо, что по дороге почти не ездят в одиночку, а я при всей своей крутизне не могу нападать на обозы. А теперь еще наступила осень, и из-за дождей по грязи долго не будут ездить.
– Давай нападем на тех бандитов, - предложила Вера.
– Освободим людей и все узнаем. Я возьму меч, а у тебя есть лук и топор...
– Согрелась?
– спросил отец, взъерошив ей волосы.
– Тогда ложись на лавку и отдыхай. Ты не Зена, а я не Конан, чтобы нападать на толпу ухорезов, среди которых полно лучников. Если бы был один, может быть, рискнул бы снять охрану и кого-нибудь освободить. Но я не собираюсь рисковать тобой с такими хилыми шансами на успех. Это, моя дорогая, не кино и не твои компьютерные игры. Здесь если убьют, то это будет навсегда!
– Заходи, сын!
– сказал глава Сената республики Каргел Стар Маррой.
– Я тебя жду уже третий день.
– Очень плохая дорога, отец, - сказал вошедший в его рабочую комнату Лар.
– Я менял лошадей, но все равно на них в такую грязь не поскачешь. Хотел выехать раньше, но не отпустил твой командующий. Пришлось возвращаться под дождем и плеваться грязью.
– Не вижу грязи, - засмеялся Стар.
– Садись в это кресло и рассказывай. Прибывший пять дней назад гонец сообщил только о том, что вам не отказали сопротивления на границе.
– Я перед посещением Сената заехал домой и привел себя в порядок, - объяснил Лар, - иначе всех бы здесь распугал. Теперь можно поговорить.
– Начни с итога вашей компании, - сказал отец.
– Я не сомневаюсь в том, что вы захватили герцогство, меня интересует другое.
– Все герты, которые могли сражаться, оттуда ушли или уплыли, - ответил Лар.
– Остались самые никчемные мужчины, дети и много женщин. Их очень быстро вырезали.
– Уплыли?
– удивился Стар.
– Там были корабли?
– Пять купеческих кораблей из Пармы. Купцы попали в сильный шторм, и их корабли нуждались в ремонте. Им занялись незадолго до того, как герты захватили герцогство. Если верить уцелевшим морякам Дольмара, корабли ушли на юг.
– Можно попробовать перехватить...
– задумался Стар.
– Сколько уплыло гертов?
– Примерно две тысячи, - ответил Лар.
– Я бы их не перехватывал. Все слишком увлеклись резней, и мне стоило больших трудов спасти для допроса несколько гертов. От них узнали, что беглецы забрали на корабли те штуки, которые извергали огонь.
– Ты прав, не будем рисковать кораблями, - согласился Стар.
– Пусть за ними гоняются купцы Пармы. Они, кстати, отказались уничтожать
– Может, их и не нужно уничтожать?
– сказал сын.
– Замолчи!
– рассердился Стар.
– Мало нам того, что тебя взяли в заложники и выставили нас на посмешище, из-за чего я и послал тебя с армией, так ты еще опять взялся защищать гертов! Есть решение их всех уничтожить, и оно будет неукоснительно соблюдаться. Пока это будем делать у себя, но со временем возьмемся и за Дикие земли!
– Это будет не так легко сделать, - возразил Лар.
– Из Дольмара бежали не на одних кораблях. На восток ушли две большие группы. Этого никто не ожидал, да и узнали не сразу, поэтому не смогли помешать. Наверняка теперь будут пробираться вдоль гор.
– Герты враждуют друг с другом, - уверенно сказал Стар, - и земмы Диких земель не дадут пришельцам себя захватить. В такой путь беглецы не возьмут ничего, кроме оружия, поэтому в первое время у них не будет самого необходимого. Если все это начнут отнимать у местных, те возьмутся за оружие. Там многие его вообще не выпускают из рук, а среди гертов мало хороших бойцов. Надо будет с окончанием дождей послать туда своих соглядатаев. Сейчас я скажу то, что от тебя не должен услышать никто! Мы слишком долго жили с оглядкой на Парму, пришло время положить этому конец. Есть решение - поделить Дикие земли. Себе возьмем все, что на востоке, а купцам Пармы предложим занять юг.
– Думаешь, они на это согласятся?
– с сомнением спросил сын.
– На востоке были почти все города, там и сейчас еще много земмов. И для нас это свой путь в Таркшир. На юге в основном жили крестьяне, а сейчас там, наверное, вообще никого нет. Зачем он купцам Пармы, если у них много своей неосвоенной земли? Сейчас они контролируют тракт - единственный путь в Таркшир, а вы хотите сделать еще один уже под своим контролем. Вряд ли они этому обрадуются.
– Не обрадуются, - согласился Стар, - но будут вынуждены согласиться. Та армия, с которой ты ходил в Дольмар, у нас теперь не единственная. Мы смогли незаметно для соседей создать еще одну. Конечно, они теперь тоже что-нибудь создадут, но мы выиграли время. Сразу после дождей начнем восстанавливать старый тракт, который когда-то шел в столицу Алурга. В этом году много не успеем, но через два или три года доберемся до сердца Диких земель. Тогда и разберемся со сбежавшими гертами.
– Все запомнили?
– спросил спутников Олег.
– Тогда вперед!
Он на всякий случай заглянул в голову Сель и снял её мандраж, поэтому на постоялый двор девушка зашла с гордо поднятой головой и презрением во взгляде. Увидевший их хозяин впал в ступор. Его можно было понять. Любой другой тоже поразился бы, если бы увидел знатную даму в компании двух гертов, на голове одного из которых был почему-то надет жреческий обруч с огромным камнем. Вошедший последним, весь затянутый в кожу герт носил на груди медальон наемника. Олег потратился на экипировку друзей, и теперь на девушке красовались белоснежная, шитая золотом туника и богатый плащ, а медальон у Отто был настоящий, купленный у встреченного ими наемника. Наемник получил золото и тут же забыл о совершенной сделке. Свою одежду юноша тоже обновил, кроме того, всем купили новую, соответствующую их положению обувь.