Гладиатор для неё
Шрифт:
Нубиец отступил и выставил для атаки свой трезубец. Теперь оживился Луций, он захлопал в ладоши.
Германус не стал дожидаться нападения, и сам двинулся в наступление. Не заметив под ногами брошенную сеть, споткнулся и упал.
От такого Луций даже вскочил. Упавший гладиатор смог перекрутиться по песку и сбить с ног, пытавшегося ударить противника. Тот рухнул. Предчувствуя нападение, перевернулся на спину и выставил трезубец. Германус атаковать не стал.
* * *
Объявили перерыв. Гладиаторы скрылись в тени стен арены, на противоположной
«Что ты мне дал, ублюдок?» — он придвинулся к испугавшемуся парню. «Как обычно — вода с пеплом», — ответил тот не убедительно. «Давай сам выпей!». Стоявшие рядом бойцы повернулись в их сторону. Юноша выплеснул содержимое чаши на песок, налил из кувшина и отпил.
Германус не отрывая цепкого взгляда от подносчика воды позвал: «Бронзолицый!». Тот быстро подошел к ним.
«Этот подлил в мою чашу какой-то дряни. В кувшине все нормально. Он не признается, что там было. Что-то очень горькое». «Твою мать, пацан! С тебя за это сдерут кожу и оставят на солнце. Лучше сразу признайся», — Бронзолицый схватил паренька железной хваткой за горло. Тот захрипел. «Отвар. Маковый отвар. Они меня заставили — грозились вырезать всю мою семью». «Ты кретин! Так ты не спасешь ни себя, ни семью», — Бронзолицый шипел, и все еще не отпускал горло парня.
Германус схватил кувшин из его рук и, закинув голову, выпил все в несколько длинных глотков. Затем попытался вызвать рвоту — не вышло.
«Брат, успокойся, — Дакус взял его за плечо, — Мы не сможем отменить бой. У нас есть немного времени, прежде чем тебя накроет. Надо очень быстро выиграть. Просто без жалости раскромсать их».
Германус успокоился, отер рукой рот и спросил: «Ты знаешь, ка это действует? Эта дрянь».
Дакус много времени провел когда-то в дешевых борделях. Там почти все проститутки употребляли такое. Даже один из их товарищей умер от истощения, подсев на это в таком борделе.
«Сначала тело перестанет выполнять то, что ты хочешь. Потом, ты перестанешь соображать. А после и совсем впадешь в полусон. Когда очухаешься — станет невыносимо хреново».
«Сколько есть времени?».
«Думаю немного, но если постараться — бой можно закончить».
Германус подозвал товарищей к себе. Все они выглядели напряженными.
«Слушайте сюда, парни, сейчас действуем так…».
* * *
Эктор торопился к Луцию за деньгами. Уже стояла глубокая ночь. Он ехал верхом. Рядом бежал раб. Одной рукой он держался за ремень подпруги на лошади, второй придерживал кинжал, в ножнах на поясе. Охранник у Эктора был только один. Высокий, широкоплечий, смуглый парень. Он привез его когда-то из Антиохии. Ездил туда за рабами. Покупал на перепродажу подростков, этого оставил себе и не прогадал. За несколько лет он вымахал на голову выше Эктора.
Охрана в эту ночь ему была крайне нужна. Сейчас он повезет через полгорода весьма много денег. Его могут выследить. Надо будет у Луция потребовать телохранителей, для
Сумма, запрошенная нужным человеком, оказалась значительно выше, чем та, что он ставил на бой.
Сначала Эктор обозлился на такую наглость. После понял — Луцию некуда деваться. Он все равно выдаст нужное. Сейчас у казначея на кону все. Он может потерять не только шикарный особняк в Риме и жену красавицу-патрицианку. Само будущее ускользало из рук его компаньона.
В Киликии он чужак. К тому же там, с недавнего времени, у многих есть желание добраться до его горла, за аудиты. Кому как не Эктору было знать, что в Малой Азии все правители связаны между собой родством или торговлей. Луций там очень быстро мог исчезнуть.
Значит, от партнера отвернулась Фортуна. Обозлилась за весталку. Наверное, не только она — может уже все боги против него. Пришло время расстаться с таким приятелем. Боги могут и на него самого обозлиться, за дружбу с Луцием.
Эктор уже потерял все накопления. Команда, на проигрыш которой он поставил — выиграла. Даже если этот гладиатор умрет, он сам ничего не получит. Есть, конечно, рабы и хорошее на прибыль место в термах. Деньги, которые он проиграл, копились почти десять лет.
К тому же если заговор раскроют — то вообще останется без головы. Нужен запасной план.
Лучше это золото забрать себе, и спрятаться на время. Например, на Сардинии. Там его не найдут. К тому же там есть хороший знакомый, он приглашал Эктора в гости.
Луция вышлют далеко и навсегда. Через год все забудется и затихнет. Тогда можно и на свое место вернуться.
Что он получит, если поможет казначею остаться в выигрыше? Немного серебра за купленных рабов. Может еще что выпросит. Это все мелочи. Да, и зачем, если золото сейчас само придет в руки.
Все, решено! Он заберет деньги и потребует телохранителей. Это убедит Луция в том, что он придерживается изначального плана. Добравшись до своих терм, он отпустит охрану назад, сам же даже входить не будет. Проберется через парк и домой. От туда сразу к Остии, морскому порту Рима. Там наймет небольшой корабль и со своими рабами уплывет. У Луция даже не будет времени на его поиски.
Каков план — отличнейший. Эктор всех переиграет.
* * *
Атилия лежала на кровати мужа. Руки и ноги больно сдавливали веревки. Еще сильнее боль она чувствовала в разочаровании от предательства. Как Сира могла так с ней поступить? Она же считай, спасла жизнь этой не благодарной рабыне. Такая вот плата за доброту и заботу.
Слезы отчаяния и злобы душили ее. Казалось, на горле тоже тугая веревка. Ну попадись ты мне, подлая предательница!
— Госпожа, вы тут? — тихий знакомый голос позвал ее.
В комнате было темно, Атилия не видела, зато слышала, кто к ней приближался. Это как раз та самая рабыня, в горло которой она сейчас готова вцепиться.
— Это я, Сира, — снова полушепотом прозвучали слова.
— Я узнаю твой подлый голосок из всех голосов Рима. — Атилия и не думала с ней шептаться.
— Тише, тише, госпожа. Они могут услышать. Пока господин и Азий заняты — я украла тот нож, что вы обронили. Сейчас разрежу веревки. Вам надо убегать и прятаться.