Гиперанатоксин
Шрифт:
Вернувшись к костру, застал Атечи, раскладывающую на скатерку мисочки для скромного завтрака. Как раз в этот момент, ветер подул в мою сторону, я втянул носом воздух и громко сглотнул от головокружительного запаха хорошо прожаренного мяса. Моя искусница приготовила маринованные куски сайгачьего мяса над костром и сейчас они, истекая соком, разместились аппетитной горкой в центре скатерки на большом блюде. Присев на седло, цапнул с блюда кусок и, преодолев зубами нежную хрустящую корочку, сделал первый укус. А дальше, с рычанием, стал наворачивать порционные куски, приправленные духовитыми травками.
Заморив червячка, ненадолго отвлекся на эфемероидные салатики
Закончив с процессом насыщения, покопался в сумке, доставая свою карту. Затем присел на удобную лесину, принесенную паводком на берег, и кивнул адептам устраиваться рядышком. Изучив местность на карте, подумал и постарался прояснить для себя некую недоговоренность между мной и жрецами. Поэтому с определенной долей неуверенности в голосе обратился к Денрику с вопросом.
– Э-э, мне кажется, мои купания в реке вызывают у вас чувство страха. В чем дело?
– Прости нас Старший брат, но в реке из людей у нас никто и никогда не плавает, если только ему не грозит смертельная опасность.
– Почему?
– В реке живут проглоты.
– Я подумал, что это, скорее всего, белуги-переростки. Если это так, то опасность безусловно реальна. Но все-таки решил уточнить.
– А как они выглядят?
– Денрик почесал в затылке и сообщил.
Темно-серые мохнатые морды, с пастью, - и жрец развел руки в стороны гораздо шире плеч, показывая величину, - вот такого размера.
– Я решил уточнить.
– А непохожи ли они на больших белуг?
– Нет, Старший брат. Серые, склизкие и волосатые. Это не белуги, - мне ничего не оставалось, как принять к сведению эту информацию, и покивать головой, пробурчав себе под нос.
– Ну-ну. Темна вода… - и продолжить расспросы.
– Почему здесь так много рыбы?
– Жрец оживился и сообщил.
– Вниз по течению Горького ключа ее еще больше. Местами она стоит спина к спине. А в береговых норах живут раки, во-от такие, - и развел руки в стороны сантиметров на сорок-пятьдесят. Я хмыкнул и подумал, - 'ну прям, омары или лангусты какие-то'. А Денрик добавил, причмокнув губами, - Очень вкусные.
– Я решил для себя - обязательно попробую эту вкуснятину на обратном пути.
Что же касается количества рыбьего поголовья, то в голову пришла интересная идея о больничном стационаре. Известно, что в морях и океанах в коралловых рифах проживают рыбки-санитары. Они скусывают с тела больных рыб паразитов и, в отдельные моменты, к ним на прием выстраивается настоящая очередь пациентов. В реке таких рыбок нет. Зато есть - Горький ключ, вода которого выполняет те же функции… по оздоровлению. Это, кстати, объясняет - почему в реке очень много 'крупняка'. В нормальных условиях, рыбы просто не могут дорасти до пожилого возраста - на подходе к старости их съедают живьем или высасывают все соки различные гельминты и водяные блохи. А здесь, на Крино, достаточно приплыть в нужное место, постоять в речном потоке лечебного раствора и плыви себе обратно - здоровенький и крепенький как огурчик. Одним словом - повезло речному народу, крупно повезло… Х-м, а может это сделано специально?
– И я продолжил беседу.
– Ладно. Будем считать - с этим разобрались, - и продолжил ведение собрания.
– Значит так! Сейчас мы вместе отправимся дальше. Я вместе с лошадьми двинусь по берегу, а вы втроем поплывете на корабле. Передвигаться будем одновременно,
– Да, Старший брат.
– Ну, раз понятно, тогда с Богом, - и направился седлать своих коней, а жрецы начали часть поклажи вьючных лошадей переносить на корабль.
Собравшись, снова возглавил караван, вернулся в промоину и поднялся по ней на высокий и обрывистый берег. Последний раз взглянул с обрыва на кораблик. Он уже поднимал парус. Нормально. Гикнул и рысью устремился вдоль берега реки во главе кавалькады лошадей.
Двигался я с таким расчетом, чтобы постоянно видеть зеркало реки. Где-то через час, остановился на хорошо видном с воды яру. Здесь, минут десять дожидался пока к этому месту доплывет корабль. Первой меня заметила Атечи и я, махнув рукой в сторону, продолжил скачку. Таким образом, проконтролировал плаванье жрецов еще четыре раза, а, не успев доскакать минут пятнадцать до пятой точки, увидел, идущую на веслах, вверх по течению лодку. В ней сидело трое - двое с веслами, один на корме.
Стараясь не показываться над бровкой обрыва, с минуту понаблюдал за людьми в лодке и понял, что это людишки из Таши. Что они делали на реке непонятно, но последствия от их встречи со жрецами, предсказать не сложно. Поэтому отцепил паровозик из лошадей, которых тянул за собой, стреножил и оставил на маленьком пятачке жиденькой травки. Затем, прикрываясь кромкой обрыва, двинулся обратно, стараясь рассчитать точку встречи жрецов и пиратов. Наконец, увидел одновременно и лодку, и кораблик.
Тем временем человек, сидящий в лодке на корме, вскочил на ноги и что-то заорал дурным голосом, показывая рукой на нашу лоханку. Гребцы оглянулись и дружно налегли на весла. Жрецы растяпы тоже, наконец, разглядели угрозу и резко повернули к берегу. Я спрогнозировал траекторию их движения и понял в каком месте они пристанут.
Проскакав метров триста, остановился напротив точки рандеву и достал из налучья лук. Расстояние, с которого, возможно, придется стрелять не более восьмидесяти метров. Считай - они на дистанции пистолетного выстрела или, что тоже самое, придется бить в упор, что, как известно, верная смерть. После этого, стараясь, чтобы над обрывом торчала лишь глаза и макушка головы, стал наблюдать за развитием событий.
Жрецы достигли берега первыми, шустро покинули свое плавательное средство и на полных порах рванули вдоль берега вверх по течению. Причем, первой бежала Атечи, показывая отличное время на стометровке - на уровне мастера спорта среди женщин. Позади спортсменки пыхтел Солимпаса, а за ним, чуть приотстав, Денрик. Забраться на береговой обрыв в этом месте было мудрено - отвесные суглинистые стены высотой метров пятнадцать. Поэтому забег происходил по узкой песчаной полосе пляжа.
Увидев это безобразие, людишки из лодки, дружно завопили, еще прибавили хода, а тот, который был на корме, выхватил саблю и начал активно размахивать ей над головой, подбадривая загребных.
Я дождался, пока лодка ткнется носом в песчаную отмель, и выдал по пиратам короткую очередь из лука.
– Чок, чок, чок, - щелкнула рукавичка на левой руке и три стрелы отправились в полет. Все трое получили стрелы в голову - тот, который на корме, по центру лба, а двое на веслах - в затылок, в мозжечок. Аут.