Гиперанатоксин
Шрифт:
Посмотрев повнимательнее, я заметил на поверхности дна еще несколько гигантских туш. Белужье кладбище? Но костей не было видно. Чудеса.
Воздуха мне уже не хватало и я пошел на поверхность. Суматошно вымахнув из воды, глубоко вдохнул и без задержки нырнул опять. Сделав пару гребков руками и открыв глаза под водой, увидел, что суетой на поверхности, привлек к себе нежелательное внимание.
Заинтересовавшись плеском, в мою сторону, отделившись от общей стаи, и постепенно разгоняясь, плыл шестиметровый белужий монстр. Бежать было поздно и ничего не оставалось, как принять бой…
Более метра шириной, скошенная книзу морда, желтоватый нос, почти пятисантиметровые
Водная среда это не мой мир и быстрая реакция, из-за сильного сопротивления среды, помогает лишь частично. Но я сделал все, что мог. Левой рукой амортизировал удар тупорылой морды, а правой выхватил нож и коротким ударом всадил его белуге в глаз по самую рукоятку. Используя рукоятку клинка, как точку опоры, извернулся всем телом и, помогая себе ногами, с трудом, но почти ушел с линии атаки.
Почти… получилось потому, что обжора от боли дернулась в сторону, выгнула тело дугой и, проплывая мимо, прошлась по моим ребрам, как циркулярной пилой, двумя десятками своих боковых жучков. От резкой боли я выпустил рукоятку ножа и из мутного облака собственной крови, дернулся на поверхность.
Дельфином вымахнув из воды, пока падал обратно сделал глубокий вдох и еще в воздухе включил запредельные обороты для гребков кролем. Поэтому, оставляя за собой бурун из воды, я полетел к берегу, как торпедный катер атакующий вражеский транспорт. Со скоростью сто двадцати узлов, не меньше, я словно на подводных крыльях глиссером просвистел стометровку. Выскочив на мелководье, а затем и на песчаный пляж, по инерции еще продолжал размахивать руками, оставляя за собой широкую дорожку из пролитой крови. И тормознул, только отбежав от уреза воды метров двадцать. Паника и страх - ужасная вещь…
Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, успокаивая растрепанные нервы, посмотрел на свой бок. Говорят, - что акулы имеют шкуру как наждак, и способны серьезно поранить, если потрутся о человека. Но то, что присутствовало на моем боку, это была не акула, а нечто гораздо серьезнее… Полное впечатление, что по боку прошлись фрезерным станком. Причем звенья у фрезы были толщиной сантиметров десять, а двигали ей по боку - не заботясь о красоте распила, вихляя и перескакивая с места на место. Как следствие - на площади, которую можно было закрыть лишь половинкой газетного листа, отсутствовала кожа и мясо. Местами очень хорошо видны ребра. И к этому моменту я потерял, наверно, ведро крови. Что называется, - искупался и поплавал в свое удовольствие… блин!
Временами с опаской поглядывая в сторону реки, сосредоточился на неотложном лечении. Рана серьезно кровоточила и через минуту-другую могло начаться головокружение от потери крови. Я погрузился в состояние самолечения, потеряв ощущение времени. С трудом остановив кровь, скривившись от боли в заживающем боку, сел на песок и постарался по максимуму устранить последствия столкновения с белугой. Минут через десять рану стало затягивать молоденькой кожицей, хотя мясу еще расти и расти. Но ничего, мы еще повоюем.
Голова кружилась и я откинулся на спину, прикрыл глаза и постарался сделать предварительные выводы. И так, что же мы имеем в сухом остатке после приключения? Первое. Я потерял свой любимый нож, который теперь будет украшением окривевшей на один глаз белуги. Запасного ножа нет, если только не принимать
И вышибли меня с ринга в первом же раунде. Хотя у белуги победа - техническим нокаутом, но, если быть честным перед самим собой, - я первый раз в Новом Мире проиграл схватку вчистую! И даже, если сейчас с бодуна полезу в воду и порву эту обжору в клочки, как тузик тряпку, - все равно я проиграл! Она смогла меня напугать до потери пульса и дрожи в коленках! Но в воду я не полезу - мне жизнь еще дорога. Да и под землей здесь есть, что-то очень опасное. Тоже, кажется, не мое…
Сдерживаясь, чтобы не застонать от боли в боку, поднялся на ноги и с ненавистью посмотрел на залив смерти. Словно насмехаясь надо мной, из глубины, на всю длину своего семиметрового тела вымахнула белуга. Повернулась кругом, сверкнула в мою сторону бешеным глазом и со страшным грохотом рухнула обратно в воду. Может это моя старая знакомая, может быть и нет, - на голову я ей не смотрел, но от этой наглой демонстрации силы меня пробрала дрожь. И от греха подальше, подхватив одежду, скособочившись, шипя от боли сквозь зубы, я заковылял обратно на стоянку, бормоча себе под нос присказки, - 'укатали сивку крутые горки… надавали крутому пинков демоны…'.
Дойдя до костра и стараясь не показывать, как мне больно, повалился в мягкую траву и вокруг засуетились мои девочки. Ляпа просто бегала по кругу и жалобно мяукала, не зная, чем помочь. Атечи суматошно полезла в мешок за лекарственными травками и с ходу начала готовить компресс. Мне же требовалось только одно - спокойно выспаться. После нескольких часов здорового восстановительного сна я должен стать как огурчик. Сообщив о своем желании жрице, с шипением заполз под полог, завернулся в медвежью шкуру и отрубился.
Проснулся на рассвете от того, что нестерпимо хотелось расчесать рану на боку. Осторожно потрогав ребра, выяснил, - все болезненные явления пропали, мясо в основном наросло, как на собаке.
От костра в мою сторону смотрела Атечи, она на пару с Ляпой, сторожила всю ночь мой нездоровый сон. На сердце потеплело - хотя это и нездорово, потому как искажало имидж непримиримого и сурового бойца за торжество правого дела Богов Ночи и Тьмы. А самое главное, утолщало нить привязанности Представителя Бога Ночи в Новом Мире к простой, смертной жрице. Увидев, что я проснулся, Атечи подбросила сучьев в костер, и повесила разогреваться котелок. В животе забурлило, я почувствовал даже не зверский, а демонически-вселенский аппетит. Дернулся, гулко сглотнул и может быстрее, чем нужно, пополз из-под тента.
Осмотрев рану и осторожно почесав шрамы, которые должны вскоре полностью исчезнуть, по предварительной оценке, через сутки. Затем признался самому себе, что еще легко отделался. Если бы не мои суперспособности к регенерации, умирал бы я сейчас в страшных мучениях. Сокрушенно вздохнул по такому случаю и двинулся к костру. Кушать хотелось нестерпимо.
Сунув нос в котелок, увидел, что Атечи приготовила великолепный кондер, использовав лопатку и середину бедра джейрана и добавив для вкуса пахучие травки и овощи. Сняв полный почти под ободок четырехлитровый котелок с костра, начал наворачивать, не успевший разогреться, но безумно вкусный и духовитый крутой бульон со смачными кусками мяса. И только, заскоблив ложкой по дну котелка, осознал, - что съел все, что было в этом приличном вместилище.