Гид для Гада
Шрифт:
– Я никуда в таком виде не пойду! – возразила я, проверяя карманы пижамы. Там лежала пилка и фантик от конфеты. – Там все будут в роскошных и красивых платьях!
– Ты прекрасна, - послышался голос, пока я рассматривала жирное пятно с которым не справился пятновыводитель.
– Издеваешься? – всхлипнула я, глядя на «катышки» на рукавах и торчащую нитку.
Глава девятнадцатая. Пшикарная женщина
Я смотрела на свое отражение, понимая, что в таком виде меня вряд ли куда-нибудь пустят.
– Что стоит золото? – послышался голос у меня на ухом. – Ровным
Мой взгляд скользнул по моей домашней одежде, а я уныло посмотрела на дырку в носке.
– Ладно, пойдем, - вздохнула я, провожая свое отражение, исчезающее в зеркале. Мы шли по коридору, а я смотрела на самую странную пару, которая отражается в зеркалах. Алая ковровая дорожка, которой были выстелены коридоры вывела нас в красивый зал с лакированной роскошной лестницей. Лестница раздваивалась направо и налево, а над головой сверкала магическими огнями, отражаясь в до блеска начищенном паркете, огромная и монументальная люстра.
– Я подойду чуть позже. Развлекайся, - послышался шепот, когда я сделала шаг в отрытые двери.
В нос ударил тяжелый запах смешавшихся дорогих духов, легкая музыка, на которую никто не обращал внимания и шелест разговоров и нарядов. Все казалось таким ослепительным и нарядным, что я на мгновенье потерялась в обилии блеска драгоценностей и странных взглядов, которые уставились на нас.
Я растянула штаны, отвешивая реверанс.
– Хорошего вечера, - улыбнулась я, глядя на вытянутые и изумленные лица. На меня смотрели такими взглядами, что, если прислушаться, было бы слышно, как ломаются стереотипы. Немолодая женщина с полупрозрачными, светлыми глазами в обрамлении редких подкрашенных ресниц, отшатнулась от меня, сверкая драгоценным браслетом поверх перчатки.
– Ну и вид, - слышался шепот, пока я смотрела на фамильные драгоценности, украшавшие декольте разной степени увядания. Все они казались драгоценными камнями в ювелирке, разложенные по полочкам и сверкающие со всехз сторон. – Это же неуважение к обществу!
– И это вы называете торжественным видом?
– спросила молодая нахальная красавица.
– У меня лицо торжественое. Этого достаточно, - усмехнулась я, рассматривая ее роскошное платье и маленькую изящную сумочку, усеянную бриллиантами.
Я видела знакомого гнома, который держал за руку свою красавицу, склонившуюся к нему и смеющуюся. Пожилая пара, с которыми мы вместе поднимались по трапу, смотрела на меня так, словно забыли написать завещание на случай появления меня в домашней одежде.
– Это точно пассажир первого класса? – чопорным голосом поинтересовалась немолодая женщина с роскошным рубиновым колье у своей знакомой в зеленом платье, которая стояла, уронив челюсть и молчала.
– Забавный костюмчик, мисс, - послышался нахальный голос молодого щеголя, который смотрел на меня с усмешкой. – Вы, видимо, решили, что сегодня бал-маскарад? Или просто невнимательно читали приглашение?
–
«Да я бы за миллион не поцеловал ей руку! Даже за два!», - слышался его голос, пока кто-то предлагал ему поспорить на деньги.
– А как же фамильные драгоценности! – ужаснулась маленькая, сгорбленная старушка, учтиво поддерживаемая молодым красавцем.
– На этот счет можете даже не беспокоиться, - ответила я, показывая пятно супа. – Это – фамильное пятно, которое передается по наследству от одной футболки к другой. А это – фамильные шлепанцы. Потому что на них написана моя фамилия. Я в них в бассейн ходила…
– Какое у вас странное украшение, - прищурилась дама, глядя на мою душу. – Не могу понять, что это за камень! Похоже на магический бриллиант. Только вот размер у него…
– Это моя душа, - ответила я, пряча ее под футболку.
– Душа? – удивилась дама, прикладывая к напудренному носу пенсне. – Почему не бриллианты? Не хватило денег?
– Выскочки, - послышалось чопорное за спиной. – Интересно, сколько лет она собирала на этот билет? Роус, не стой близко к этой девушке! Не порти себе репутацию! Отойди подальше, чтобы вас не видели вместе…
Оркестр косился на меня, играя какую-то мазурку, а дирижер показывал, что нужно играть тише, чтобы благородные господа и дамы смогли поговорить. На прекрасную музыку никто не обращал внимания, кроме меня, а я с интересом смотрела на то, как скрипач ловко ведет смычком по струнам.
– Восхитительно, - улыбнулась я, глядя на то, как скрипка виртуозно выводит партию.
– Восхищаться музыкой в высшем обществе не принято, - послышался голос той самой любопытной мадам. – Такое чувство, что вы ее ни разу не слышали!
– Милая, я не знал, честно, - я увидела знакомую красивую пару, которая стояла недалеко от меня. – Я был уверен, что сюда пускают только знатных персон.
– А вы, простите, знатных кровей? – прищурилась та самая надоедливая мадам, поднося пенсне и рассматривая меня.
– Комары уверены, что да, - улыбнулась я, чувствуя, как скованность проходит. – Еще вопросы есть? Я на них с удовольствием отвечу.
Внезапно мне на плечо легла рука, а я обернулась и улыбнулась.
– Ну как? – послышался знакомый голос, а звездочка души разгорелась еще ярче.
– Главное, чтобы вы не комплексовали, - ответила я, видя, как на нас смотрят со стороны. «Это он!», - послышался странный полупридушенный мужской голос, а я бросила взгляд, видя, как забегали глаза некоторых гостей.
– Простите, - обратился к Оливьеру какой-то толстяк, улыбаясь так заискивающе, что мне казалось, он позирует для открытки. – А не могли бы вы дать мне отсрочку… Я искренне извиняюсь, но у меня очень много незаконченных дел… А сын еще слишком юн, чтобы я мог….
– Кто это? – послышался женский голос, а я видела, как бледнеют некоторые гости. «Дорогая, это… эм… Очень важный для бизнеса эм… партнер!», - пояснял пижон своей даме, которая глупо хлопала глазками.