Гибель солнца
Шрифт:
А что с ними сейчас? — перебила Товак.
Присутствующие в рубке переглянулись.
— Я имею в виду… — она взмахнула руками. — Мы пришли в их мир. Они были запрограммированы на то, что скульптура начнет светиться. Вы согласны со мной?
Девушка подождала, пока собеседники кивнули, Кивок Дэниела был быстрым и эмоциональным, Освальдо небрежным. Лидия отреагировала последней, после некоторого размышления.
— Хорошо, — Товак опять взмахнула руками. — Они готовились к тому, что зажжется свет. Бог знает, сколько поколений все ждали и ждали. Как христиане или папуасы. И свет зажегся.
— О, нет! — сказал Мгоабе, Взглянув на лежащую на его руке ладонь Товак. — Уверяю вас, все это случилось на самом деле.
— Хорошо, а что стало с папуасами, когда самолеты не вернулись?
— Их не бросили, мисс Десертис, если вы это имеете в виду. Нам пришлось переселить аборигенов, поскольку их родные острова стали непригодны для жизни из-за жары. Теперь они на Фольклендах и вновь строят бамбуковые самолеты, ожидая, когда вернутся их благодетели и, как в старые добрые времена, протянут им банку консервированного колбасного, фарша.
Товак провела рукой по своим коротко остриженным волосам. Мгоабе отодвинулся, вынудив ее убрать ладонь с его руки.
— Мы изменили жизнь этих голубых паучков, — продолжала Товак. — Когда мы с Лидией стояли около скульптуры, заставляя ее светиться, — паучки подумали, что их боги вернулись. Или наконец прибыла спасательная экспедиция. Одно из двух. Подумайте! Они могли быть совсем другими, когда впервые прибыли на Меркурий. При такой близости к Солнцу, думаю, вероятность мутаций очень велика. Старые добрые законы генетики… Но они сумели сохранить свои традиции. Письмена на стенах, читаемые таким странным способом, должны были помочь им в этом. И обещанный день настал, свет зажегся. Они вышли из своих трещин, чтобы встретить долгожданных пришельцев. А мы ушли, и свет снова погас. Как их священники объяснят это народу? Думаю, они в большой беде. В пещерах Меркурия назревает революция!
— Мы никогда об этом не узнаем, — произнес Мгоабе.
— Постойте! — Лидия показала на изображение неоновой скульптуры. — Эта штука похожа на витрину с образцами живых существ
Мгоабе выпятил нижнюю губу.
— Возможно.
— Там есть что-нибудь, напоминающее этих крошечных паучков? Ты можешь сказать, Дэн?
Дэниел наклонился к скульптуре и махнул рукой Мгоабе. Тот нажал клавишу видеопроектора, Изображение стало поворачиваться. Дэн покачал головой, снова махнул, и Мгоабе остановил вращение.
— Не могу сказать, — произнес Дэниел. — Посмотрите на это. Разве оно не напоминает гигантского синего паука? Возможно, это увеличенное изображение одного из этих существ! Или… не знаю. Это просто мои ощущения. По крайней мере, похоже. Не уверен. Не знаю.
— Хватит, — внезапно сказал Мгоабе. Он выключил видеопроектор и уменьшил степень носового экрана, так что солнечный свет заполнил рубку скиттера.
Солнце было огромным и заполняло почти весь экран. Никаких других объектов больше не было видно.
— Вы хотели знать, почему мы так поспешно покинули Меркурий? — вопрос Мгоабе был адресован Дэниелу Китаяме.
Дэн кивнул в ответ.
— Хорошо.
Мгоабе повернулся в кресле и встал. Солнце светило ему в спину, и от этого его черный силуэт казался еще темнее. Тот же самый яркий свет выбелил лица остальных. Вьющиеся в воздухе пылинки образовали нимб вокруг Мгоабе. Его тень была похожа на геометрическое тело.
— Во-первых, без модернизации мы никогда так близко не приблизилась бы к Солнцу. Обшивка скиттера была утолщена и. покрыта специальным составом. На Меркурии он выглядел обычно, не правда ли? Но чем ближе к Солнцу, тем больше его отражающая способность. Скоро мы будем выглядеть, как великолепное зеркало — жалко, что вокруг никого нет, чтобы посмотреться в нас. Мы проникнем на миллионы километров в солнечную, корону.
— Зачем?
— Что? — удивился Мгоабе.
— Зачем? — повторила Лидия Хаддад. Он покачал головой.
— Без модернизации мы никогда не подошли бы так близко к Солнцу. Мы бы уже давно сгорели.
— Я не это имела в виду, — возразила она. — Зачем нам. приближаться к Солнцу? Куда мы, черт побери, направляемся?
— Q, прошу прощения, леди! — воскликнул Мгоабе. — Я был занят нашей безопасностью и совсем забыл, что один знаю о цели путешествия. Мы направляемся к Титану.
К Титану!
Он картинно поклонился, и длинная густая тень повторила его движения.
Русские направляются туда, и ми должны опередить их, — сказал Мгоабе, выпрямившись. — Русские? — переспросил Дэн. — Они-то здесь при чем?
— Мы, марксисты, не верим русским. Я говорил о своих политических пристрастиях, мой друг Дэниел? Вообще-то я не придаю им особого значения. МГО не является политической организацией. И не смейтесь надо мной, пожалуйста. Мы пытаемся делать нашу работу. Что касается моих личных убеждений… будучи лишь номинальным христианином, мой друг, но подвергшись жестоким и злобным нападкам со стороны отступников, вы можете вернуться в лоно церкви.
Он покачал головой.
— Именно это и произошло с марксистами. Не активными, а лишь формально считавшими себя сторонниками марксизма. Вроде меня. Когда контрреволюция отбросила Россию в пучину реакции, мы вновь вспомнили о своем марксизме. Это произошло в те времена, когда вы, Дэниел, находились в замороженном состоянии. И, полагаю, до вашего рождения, — последние слова он с легким поклоном адресовал Товак и Лидии.
— Я не понимаю, — лоб Дэниела прорезали глубокие морщины. — Какое отношение эта история имеет к происходящему сейчас. Мы летим к Титану, потому что туда направляется русская экспедиция? С Земли? И зачем? Что им нужно на Титане? И почему, черт побери, нам необходимо быть там раньше их?
— Не с Земли, — затряс головой Мгоабе. — Если бы они стартовали с Земли, то нам не составило бы труда опередить их. Сатурн сейчас далеко от нас. Чтобы попасть туда, придется пересечь солнечную орбиту. Мы должны спешить, потому что русские стартовали с одного из своих Островов. Большинство из них независимы, но некоторые были построены как колонии. Остров Чайковский все еще является форпостом русских.