Герой Веков
Шрифт:
«Тот, кто вырос среди воров, не должен быть таким правдивым», — подумала она.
Разрушителю, похоже, сделалось скучно: он подошел к окну и выглянул наружу.
— Я должен узнать, — произнес наконец Йомен, — почему Вседержитель счел нужным сделать так, чтобы вы поверили, будто его убили.
— Вы разве не слышали, что я сейчас рассказывала? — разозлилась Вин.
— Слышал. — Голос Йомена звучал абсолютно спокойно. — И не забывайте, что вы здесь пленница, почти что осужденная на смерть.
Вин взяла себя
— Мои слова кажутся вам смешными? Смешнее, чем ваши? Подумайте о том, кем вы кажетесь мне, — вы, женщина, которая заявляет, будто бы убила того, чья божественность для меня неоспорима. Разве не трудно предположить, что все случилось так, как он пожелал? Что он все еще где-то рядом, наблюдает за нами, ждет…
«Так вот в чем дело, — поняла Вин. — Вот почему он захватил меня в плен, вот почему так охотно беседует со мной. Он убежден, что Вседержитель еще жив, и хочет понять, какова моя роль во всей этой истории. Хочет, чтобы я подтвердила то, чего он так отчаянно желает».
— Почему ты не хочешь быть частью религии скаа, Вин? — шепотом спросил Разрушитель.
Она повернула голову, стараясь не смотреть прямо на него, иначе Йомен заметил бы, что она пялится в пустоту.
— Почему? — повторил Разрушитель. — Почему ты не хочешь, чтобы они поклонялись тебе? Только представь себе их счастливые лица! Взгляды, полные надежды!
— Вседержитель просто обязан быть тем, кто все это устроил. — Сейчас Йомен явно размышлял вслух. — Он хотел, чтобы весь мир считал вас его убийцей. Он хотел, чтобы скаа вам поклонялись.
— Почему? — снова спросил Разрушитель. — Почему тебе это неприятно? Быть может, дело в том, что ты не можешь дать им надежду? Как они называют того, чье место ты должна была занять? Выживший? Словечко бы понравилось Охранителю…
— Быть может, он хочет вернуться красиво? — предположил Йомен. — Низложить тебя и уничтожить, доказать, что существует лишь одна истинная вера — вера в него.
— Что с тобой не так? — не отставал Разрушитель.
— Зачем же еще ему хотеть, чтобы они поклонялись тебе? — продолжал рассуждать Йомен.
— Они ошибаются! — закричала Вин, схватившись руками за голову в попытке заглушить мысли. И чувство вины.
Йомен замер.
— Они ошибаются во мне. Они поклоняются не мне, а той, кем меня считают. Но я не Наследница Выжившего. Я не сделала того, что сделал Кельсер. Он дал им свободу.
— А ты их поработила, — подсказал Разрушитель.
— Да. — Вин подняла глаза. — Вы ищете не там, Йомен. Вседержитель не вернется.
— Я же сказал, что…
— Нет. — Вин встала. — Нет, он не вернется. Ему не нужно возвращаться. Я заняла его место.
Эленд беспокоился, не станет ли он новым Вседержителем, но его тревога всегда казалась Вин надуманной. Не он завоевывал новые земли и ковал новую империю, а она. Это она, Вин, заставила покориться других королей.
Сделала
Вот почему Вин так не хотела, чтобы скаа поклонялись ей, называли спасительницей. Последний кусочек головоломки наконец встал на свое место.
— Я не Наследница Выжившего, Йомен. Я Наследница Вседержителя.
Он только покачал головой в ответ.
— Когда меня схватили, — продолжала Вин, — я все никак не могла понять, почему меня оставили в живых. Рожденная туманом из вражеского лагеря? Отчего бы не прикончить меня — и дело с концом? Вы заявили, будто хотите, чтобы я предстала перед судом, но я знала, что дело не в этом. У вас была другая причина. И теперь я знаю, какая именно. — Она посмотрела Йомену прямо в глаза. — Вы говорили, будто собираетесь казнить меня за убийство Вседержителя, но признались, что не верите в его смерть. Говорите, он вернется, чтобы свергнуть меня? Значит, вы не сможете меня убить — раз не хотите вмешаться в планы вашего бога.
Йомен отвернулся.
— Вы не сможете меня убить, — повторила Вин. — По крайней мере, до тех пор, пока не разберетесь, какое место я занимаю рядом с вашим богом. Поэтому меня и оставили в живых, и поэтому вы рискуете жизнью, разговаривая со мной. Вам нужны сведения, которые есть только у меня. Вы хотите услышать что-то вроде признательной речи подсудимой, потому что вам необходимо узнать, что же случилось той ночью. Чтобы убедить себя в том, что ваш бог все еще жив.
Йомен не ответил.
— Признайте, что я в безопасности. — Вин шагнула вперед.
Йомен тоже пришел в движение. Его шаги внезапно стали очень плавными — он не обладал изяществом пьютера, но двигался правильно. Вин инстинктивно увернулась, однако атиум позволил опередить ее, и рожденная туманом не успела даже опомниться, как оказалась лежащей на полу, лицом вниз. Колено Йомена упиралось ей в спину.
— Я могу вас пока что не убивать, — спокойно проговорил он. — Но это едва ли означает, что вы «в безопасности», леди Венчер.
Вин охнула.
— Мне кое-что от вас нужно. Нечто большее, чем то, о чем мы говорили. Я хочу, чтобы вы убедили своего супруга отослать войско прочь.
— Это еще зачем? — Лицо Вин было по-прежнему прижато к холодному каменному полу.
— Затем, что вы хотели получить мое хранилище, но при этом назвали себя добрыми людьми. Теперь вы знаете, что я распоряжусь провизией мудро — я накормлю свой народ. Если Эленд и впрямь такой человеколюбивый, как вы утверждаете, он точно не станет жертвовать чужими жизнями ради того, чтобы вы могли украсть наши продукты и накормить своих подданных.