Герой (СИ)
Шрифт:
В ответ на это Фариам облегченно сказал:
— Слава Единому! А я уж было беспокоиться начал за твой разум. Все-таки еще никогда не было случая, чтобы человек получал двоих кровных братьев, а у тебя их уже четверо, так что у меня был повод…
— Алону забыл, — перебил его я. — И не переживай, с моим разумом все в порядке, да и вообще братание на него не влияет. Это характер может меняться, но и то, не кардинально, а только усиливаются некоторые черты. И, по-моему, Ваз не совсем точно объяснил мне всю технологию этого процесса. Происходит не перераспределение черт между братьями, что делает их близнецами по духу, а просто активизируются некоторые стороны характера,
— Я рад, Алекс, что с тобой все отлично, — сказал Фар. — Да, признаю, я ошибся, не став посвящать тебя во все детали своего плана, но все равно твой вариант с похоронами мне не по душе. И если бы я выслушал его раньше, то отклонил бы, не задумываясь. Ты нужен королевству, с какой стороны ни посмотри. Именно ты, а не память о каком-то герое из ниоткуда!
Я не нашелся, что на это ответить.
— Брат, думаю, ты понял, почему я так поступил…
— Да понял я, понял, — недовольно произнес я. — Если бы я узнал об этом раньше, то просто сбежал бы подальше еще после битвы, оставив вас самих разгребать все это. Но перед моим отъездом из столицы ты мог сказать мне об этом, чтобы я хоть… морально подготовился что ли.
— Алекс, я ведь говорил…
— Ах да, спор. Помню… Ладно, прощу и на этот раз. Но чтобы больше такого не повторялось! И не смей решать что-нибудь за меня, пока я далеко. В крайнем случае, хотя бы посоветуйся и поставь в известность, если это меня каким-то боком касается. А то вдруг я ненароком узнаю, что заочно обручен с принцессой какого-нибудь королевства?
— А как ты догадался? — удивился Фариам. — Мы ведь только начинаем переговоры с королем Шалевии по поводу его дочки.
— Да чтоб вас всех пидкынуло та гэпнуло! — не сдержался я и заскрипел зубами.
В ответ брат громко расхохотался. Послушав его заливистый смех, я все-таки понял, что он шутит, а потом, пообещав припомнить все его дебильные розыгрыши, прервал связь. Нет, с такими родственниками действительно можно чокнуться! Вертят бедным мной, как хотят, не считаясь с моими желаниями. Дождутся, гады, что я разозлюсь и в отместку тоже пошучу, по-своему! Украду парочку принцесс из окрестных королевств, а потом женю на каждом братике, пусть мучаются. Правда, Ваз выйдет сухим из воды, но и для него можно что-нибудь веселенькое придумать… Нет, сначала нужно подучить географию и политическое устройство здешнего мира. А то ведь я кроме Империи и нашего Союза других стран-то и не знаю.
Ночью я остановился прямо в лесу, вспомнив, каково это — спать под открытым небом, а наутро снова двинулся дальше, избегая крупных городов и лишь один раз заехав в мелкую деревеньку, чтобы пополнить запас продуктов. Вот так, не особо напрягая Ветерка, вечером седьмого дня пути я добрался до Зингарда. Перед тем как въехать в него, я долго размышлял — а стоит ли? Но потом понял, что просто хочу нормально отдохнуть на чистой и мягкой постели. Подумав о том, нужно ли мне надевать маскировку, решил отказаться от этой идеи. Зачем утруждаться? Пусть смотрят, если хотят!
Дав несказанно удивившимся стражам серебрушку за въезд и даже не став брать с них сдачу, попросив на нее выпить за мое здоровье, я снова очутился в городе своей боевой славы. Эх, как же я здесь поразвлекся! Приятно вспомнить.
Приказав принести наверх воду, я оставил там сумки, а сам спустился в общий зал, сел в уголке и заказал всего и побольше. Пока повара спешили выполнить мои требования, я потягивал пиво из кружки, а посетители трактира внимательно меня рассматривали. Хорошо еще что подходить, заговорить и набиваться в компанию не пытались. То ли испытывали страх, то ли просто робели. Поэтому лишь переговаривались между собой, глядя на меня во все глаза. Это неудобство я вынес стоически, а когда принесли еду, то вообще перестал замечать.
Когда я уже не из чувства голода, а просто, чтобы не оставлять на тарелке, доедал мясной салат, в трактир ввалилась подвыпившая компания из шести мужиков и оккупировала один из столиков. Заказав вина, они продолжили что-то праздновать, наполняя помещение криками, шумом и пьяным смехом. Спустя несколько минут, опустошив один из принесенных кувшинов, компания начала задирать посетителей, отпуская шуточки и непристойности. Видимо, достигнув нужной кондиции, мужиков потянуло на подвиги. Когда же к ним подошел хозяин заведения и попросил вести себя пристойно, компания грубо послала его и продолжила наливаться вином. Я же в этот момент решал непростую дилемму — попытаться съесть последние три пирожка с вареньем, или забрать их с собой? В первом случае мне грозило лопнуть, так как пирожки были немаленькие, а во втором — испачкать карманы.
От решения этой очень важной задачи меня отвлекли крики. Компания общими усилиями все же нашла себе жертву — двух парней, которые до этого тихо беседовали за крайним столиком. Вконец достав их оскорблениями, они вынудили парней допустить ошибку — попросить выпивох заткнуться. Вот тогда и начались крики. Причем не от главных действующих лиц. Кричал хозяин трактира:
— Эр! Эр! За что я тебе деньги плачу?!
Тем временем я наблюдал, как подвыпившие мужики поднялись и, покачиваясь, направились к парням с целью «проучить сопляков». Мысль вмешаться в мою голову даже и не приходила. Во-первых, потому что с набитым животом драться неудобно, а магией пользоваться было лень. Во-вторых, потому что парни и сами могли за себя постоять, так как слабаками не выглядели и шестерых пьяниц могли если не разогнать, то хотя бы охладить их пыл. Ну и, в-третьих, потому что мое внимание привлек новый персонаж, появившийся из неприметной дверцы, ведущей в подсобку.
Тот самый Эр, которого звал трактирщик, подошел к компании, начавшей от слов переходить к действиям, и громко попросил их расплатиться, а потом проваливать отсюда. Найдя себе новый объект для развлечения, пьянь естественно поинтересовалась на разные голоса «А кто ты такой? А не пошел бы ты? А хочешь по морде…» и так далее. На что Эр повторил свои требования в более грубой форме и добился того, что один из мужиков ударил его. Вернее, попытался, потому что трактирный вышибала сместился чуть в сторону, а сам ударил нападавшего в солнечное сплетение, вынуждая того со стоном опуститься на пол.