Герой (СИ)
Шрифт:
Глава 22. День кузнеца
Празднование второго рождения прошло замечательно. Решрок из запасов шахтеров общими усилиями уничтожили практически полностью. Я пил мало, больше налегал на закуску, но компанию поддерживал. После того, как горняки слегка захмелели, мастера вокала начали орать песни. В основном тематика была специфическая, пели о драгоценностях, о добыче руды, о том, как нелегко киркой махать, но я вспомнил несколько веселых песен, которые узнал от бойцов в степи и перевел концерт в более праздничное русло. Потом начали травить
— Алекс, ну как ты там? Добрался? — сказал Мирин. — Я недавно пытался с тобой связаться, но совсем ничего не было слышно. Нужно будет сделать новый амулет.
— Нет, это я просто глубоко был, там действие ослабевает, или камень сигнал глушит, — сказал я в ответ.
— Значит, ты добрался успешно. Что-нибудь по пути произошло?
— По пути нет, а вот на месте… Короче, в горе случился обвал, так что добывать здесь больше ничего нельзя. Конкретный ущерб еще не глядели, да я думаю, смысла нет — грохотало знатно. Наверняка все ходы и штреки завалило. Есть еще кое-какие новости, но их я лучше при встрече расскажу.
Ответа не было, я даже забеспокоился, неужели действительно амулет барахлит.
— Эй, ты меня слышишь?
— Слышу, — ответил Мирин. — Знаешь, я предполагал, что с тобой обязательно должно что-нибудь произойти, но не предполагал, что все будет настолько… Ну, ты даешь! Значит, можно передавать отцу, что разработку Изумрудной горы ты закрыл радикально?
— Это не я! Все само собой получилось! Я в этом совсем не виноват! — попытался оправдаться я.
— Зная тебя, я в этом сильно сомневаюсь, — ответил Мир. — Когда будешь возвращаться?
— Завтра с утра и выеду, к ужину надеюсь успеть во дворец. Пусть папа вызовет к этому времени Шелеза, этого главного… блин, вылетело из головы… короче министра горных разработок.
— Ты имеешь в виду главного горнодобытчика? — уточнил брат.
— Точно, его.
— А зачем? — поинтересовался Мир.
— Потом сюрприз будет, — пообещал я.
— А сразу сказать не можешь?
— Будет не так интересно, — ответил я.
— А чем ты сейчас занимаешься? Я слышу голоса рядом с тобой.
— А это мы с шахтерами празднуем окончание всех дел на Изумрудной горке, — просветил я брата.
Мирин помолчал, а потом мрачно пообещал:
— Готовься, Алекс. Когда я сообщу отцу, что ты вместо того, чтобы тихо и мирно провести бумажную работу, разрушил Изумрудную гору, а потом остался пьянствовать с рабочими, думаю, в ближайшие несколько лет он вообще тебя из дворца выпускать не будет. Слишком ты опасен для мира.
— Не преувеличивай, Мир. Я белый и пушистый.
— Ладно, ждем тебя завтра.
Брат отключился, а я опять вернулся к ужину. Посиделки затянулись, поэтому отправился спать я около полуночи, чувствуя, что горло слегка охрипло. Последний десяток песен был явно лишним. Растянувшись на полу в какой-то хижине под охраной Шандара, улегшегося у порога, я начал задремывать. Но как только ощутил ласковое прикосновение Темноты, встрепенулся и обратился к ней:
— Привет!
— Конечно, Алекс, — донесся шепот подруги.
— Можешь сказать, Основатель или, как его еще называют, Древний Король гномов был твоим Избранником? Или же просто владел специфическим даром?
— Да, он был разумным с такими же задатками, как и у тебя.
— Но почему его тогда никто не называл Темным магом?
— А он не был магом, — ответила Темнота. — Он отказался развивать свои способности и использовал только врожденное умение чувствовать камень.
— Отказался? Почему? — спросил я.
— Потому что не нашел себе учителя в горах, а покидать свое королевство не захотел. Я советовала ему оставить все и пойти в другие страны, но он ставил на первое место дело всей своей жизни — объединение народа гномов. И всегда у него находились причины, чтобы отложить поиски наставника, а потом стало уже слишком поздно.
— Но ведь он добился, чего хотел? — уточнил я.
— Да, он создал крепкое королевство, объединил народ, сделал его жизнь более счастливой, прекратил распри родов, завел себе семью… Когда пришло его время, он сказал мне, что сделал все, что было в его силах, и не жалеет ни о чем.
— Значит, он умер, даже не попытавшись стать магом?
— Да, — ответила подруга.
— Ладно, с этим понятно. А ты можешь подсказать мне, как управлять этими моими способностями?
— Могу, но ты и сам во всем разберешься.
Мда, не прокатило. Придется пахать самому, а ведь так не хотелось.
— А тогда можешь хотя бы намекнуть, что за способности достались мне от Ренарда с Фариамом? — невинно поинтересовался я, надеясь узнать хотя бы это.
Темнота засмеялась, но ответила:
— У Фариама нет ничего неординарного, а вот в роду Ренарда были провидцы.
Интересное кино. Получается, если повезет, я смогу видеть будущее? Полезная возможность, надо будет ее поискать на досуге, когда таковой появится. А то ведь интуиция интуицией, но ведь она узконаправленная, а вот возможность предвидения — совсем другое дело. Может, напрягусь, сосредоточусь, поматерюсь немного, да и увижу, как Империи по носу щелкнуть, чтобы она не распускала свои ручонки загребущие. И будет тогда всем счастье! Темнота в этот момент снова тихо засмеялась, а потом обняла меня за плечи и унесла мое сознание к себе.
А вот утром я проснулся на удивление поздно. Во рту было мерзко, а в голове шумело. Все-таки гномий решрок был совсем не полезен для здоровья. С трудом поднявшись и растолкав Шандара, я вышел из домика, где вырубился и отправился на поиски завтрака. Встречавшиеся по дороге гномы также выглядели помятыми и не выспавшимися, но, тем не менее, сосредоточенно собирали инструменты и отправлялись в первый проход. Как я узнал, там еще осталась часть шахты, которую не засыпало в процессе обвала, поэтому всех рабочих начальник отправил махать кирками. Большой добычи не предвиделось, но нужно же гномам было чем-то заниматься, пока я не найду им новое место работы.