Герой ее романа
Шрифт:
— Дорогая моя, боюсь, что любой мужчина на его месте повел бы себя точно так же. Мужчины — такие абсурдные создания! Чем больше я обожала своего любимого Эдди, тем больше странных номеров он откалывал. Я за это так на него сердилась!
— Неужели?
— Ну, конечно! Они все из одного теста, эти мужчины. Я лично считаю, что подобное поведение просто недопустимо. Знаю-знаю, — добавила она, когда Клэр вознамерилась было запротестовать. — Вы не открыли ему свою страшную тайну, обманули его доверие и так далее. Но мне
Немного поразмыслив, Клэр решила, что с этим выводом, пожалуй, стоит согласиться.
Снять с себя груз вины — что может быть лучше? И она была так благодарна доброй миссис Финчли, что обе дамы проговорили почти всю ночь, пока дилижанс катился по дороге в Мэрисвилль.
В самый разгар их разговора Клэр вдруг поймала себя на том, что обдумывает конец своего последнего романа о Таскалусце Томе. А ведь она хотела написать мистеру Олифанту и умолять его избавить ее от последней книги по контракту! Но теперь Клэр твердо решила, что не станет этого делать.
— В конце концов, контракт есть контракт, — заявила она. — Я уже знаю, как закончу этот роман. Я женю Тома Парди на мисс Абигайль Фейтгуд! А потом напишу роман еще интереснее. И моя новая книга положит камень на могилу этой постоянно вскрикивающей идиотке!
— Браво, милочка! — воскликнула миссис Финчли. — Вы еще покажете Тому Партингтону, что он потерял!
Клэр никто прежде не подбадривал так. Она была счастлива, что нашла друга, который полностью разделяет ее взгляды и готов оказать ей поддержку в трудную минуту.
— Представьте себе, у этого человека хватает наглости презирать меня! И за что? За то, что я сделала его национальным героем!
— Чудовище!
К тому времени, как Клэр начала понимать, что на дороге что-то происходит, слезы у нее на глазах уже высохли. Она была настроена очень воинственно, и миссис Финчли, похоже, не уступала ей. Во всяком случае, глаза ее сверкали, а руки сжимались в кулаки, когда Клэр вдруг воскликнула:
— О господи! Вы слышите этот шум снаружи?
— Боже упаси! Похоже, какой-то грабитель пытается остановить дилижанс!
— Жаль, что у меня нет ружья!
Когда дверца дилижанса распахнулась, обе дамы были готовы ко всему. Клэр намеревалась проткнуть преступника зонтиком, а миссис Финчли замахнулась своей книгой «Таскалусец Том и грабители с излучины высохшей реки».
Однако в мутном свете фонаря появился Том Партингтон собственной персоной. Клэр удивленно ахнула и опустила свой зонтик, а миссис Финчли бросила на нее изумленный взгляд.
— Клэр! —
Клэр была так потрясена, что не могла произнести ни слова. Том смотрел на нее обезумевшим взглядом, его замечательные волосы выбивались из-под шляпы, глаза сверкали. Но когда он протянул к ней руку, Клэр неожиданно охватила безмерная обида на весь род мужской вообще и на Тома в частности. Она отстранилась от протянутой руки, словно от ядовитой змеи.
— Не смей до меня дотрагиваться! — закричала она.
— Это тот самый негодник, который так обидел вас, Клэр, милочка? — изумленно воскликнула миссис Финчли.
Не в силах что-нибудь сказать, Клэр молча кивнула, и тогда миссис Финчли обрушила «Таскалусца Тома и грабителей с излучины высохшей реки» прямо на голову Тома Партингтона. К счастью для него, он был в шляпе.
В порыве праведного гнева Клэр схватила свой зонтик И принялась им фехтовать. Том, потрясенный до глубины души, отступил.
Во время этой потасовки остальные пассажиры дилижанса начали постепенно просыпаться.
— Эй! Эй! В чем дело? — слышались возгласы.
— Не проткните молодого человека, мадам, — сказал бородатый джентльмен и попытался выхватить у Клэр зонтик.
Внутри дилижанса было очень тесно. Заехав этому господину локтем в живот, Клэр спрыгнула на землю прямо перед Томом Партингтоном. Миссис Финчли тоже не оставила бородатого джентльмена без внимания и, огрев его как следует книгой, выбралась из дилижанса на помощь Клэр.
— Что вам от меня надо, мистер Партингтон? — поинтересовалась Клэр ледяным тоном, не уступающим погоде.
Том смотрел на нее в полной растерянности, и она почувствовала приступ самого примитивного порочного злорадства.
— Мистер Партингтон?! — наконец выдохнул он, не веря собственным ушам.
В его глазах боль смешалась с беспомощностью. Если бы гнев Клэр к тому времени несколько поубавился, ей бы, наверное, стало его жалко. Но сейчас ей было все равно. Расправив плечи и сощурив глаза, она смотрела на него, готовая возобновить атаку зонтиком — пусть только Том попробует ее коснуться!
— Клэр, ты не должна так сердиться на меня…
— Не должна? Отчего же?
— Нет, я не то хотел сказать… Я хотел попросить у тебя прощения!
— Попросить прощения? Вы оскорбили мое достоинство, вы с пренебрежением отнеслись к моей работе, которой я отдала всю свою душу! И все, что вы можете теперь сказать, — это «прости»? — Клэр почувствовала, что почти кричит, и сделала попытку справиться со своими эмоциями.
— Вы что же думали, мистер Томас Партингтон, я буду в ногах у вас валяться и умолять, чтобы вы отвезли меня назад и позволили служить вам любое… — Клэр сделала глубокий вдох, — любимой экономкой? Так вот, этого не будет!