Герой ее романа
Шрифт:
Том не сомневался, что Клэр сумела бы найти подходящий способ уладить это дело. Она все может. И мысль о всемогущей, умной Клэр заставила его улыбнуться.
Неожиданно Том краем глаза заметил какое-то движение и резко повернул голову влево. В дальнем конце балкона открылась дверь, и из душной, переполненной людьми бальной комнаты вышла какая-то фигура. Тому не потребовалось много времени, чтобы понять, кто это. Он снова улыбнулся и решил, что судьба сегодня играет ему на руку.
Клэр не заметила Тома. Она стояла неподвижно, положив руки в перчатках на перила, и
— Вам тут не холодно, мисс Монтегю?
Она вздрогнула и прижала руку к груди. У Тома мелькнула мысль, что неплохо бы было, если бы на месте ее ладони оказалась его рука.
— Мистер Партингтон! Я и не думала, что вы тоже вышли на воздух.
Когда Клэр подняла на Тома свои огромные глаза, то показалась ему совершенно очаровательной. Он готов был восхищаться даже ее очками — ведь они являлись неотъемлемой частью Клэр.
— Признаюсь, я спасся бегством, мисс Монтегю. От вращения в высшем обществе у меня закружилась голова. Мне пришлось выйти, чтобы восстановить силы.
Она тихонько засмеялась.
— Ни за что не поверю, мистер Партингтон! Уверена, вы завоевали сердца всех на этом вечере.
Он поднял голову.
— И ваше тоже?
При лунном свете трудно было разглядеть румянец на ее щеках, но Том знал, что Клэр покраснела, потому что вдруг отвернулась и посмотрела на небо.
— Не говорите глупостей, мистер Партингтон, — небрежно сказала она.
— Я серьезно, мисс Монтегю. А вам не холодно? Хотите, я принесу вам накидку?
— Нет, спасибо. В бальном зале стало невыносимо жарко, а прохладный воздух так освежает.
— Верно, освежает.
Поскольку Клэр явно не нуждалась в том, чтобы он ее обнял и согрел, Том решил тоже полюбоваться небом, оставив объятия на потом.
По небу рыскал Орион — подозрительная личность, разодетая в ярко мерцающие звезды. Он подкрадывался к Медведице или к Гончим Псам.
Том тихо сказал:
— Ночью в прерии кажется, что стоит только протянуть руку — и можно собирать звезды прямо с неба. Когда находишься на расстоянии сотен миль от цивилизации, звезды ярче и ближе. Хотя и тут они довольно красивы.
— Должно быть, там, на диких бескрайних равнинах Америки, возникает удивительное, необыкновенное чувство.
— Да, это так.
— Вам не хватает всех этих просторов, всей этой свободы, мистер Партингтон?
— Иногда.
— А многие из нас так и не попробовали эту свободу на вкус, — сказала Клэр печально.
— Ну, положим, жизнь там показалась бы им очень несладкой, — сказал Том, надеясь подбодрить и развеселить ее.
— Разумеется, но в этой жизни происходит столько замечательных событий! — Клэр в волнении положила руку на рукав его смокинга. — Я знаю, вы сейчас станете возражать, поскольку не считаете свои подвиги чем-то из ряда вон выходящим. Но для тех из нас, кто никогда не видел Великих равнин, кто не выезжал из города —
Том внимательно посмотрел на ее маленькую руку, а потом накрыл ее своей. То, что Клэр не отдернула руку, показалось ему добрым знаком.
— Полагаю, вы правы. Пусть я всего лишь выполнял свою работу, однако, возможно, в самой работе этой было нечто необычное. Во всяком случае, теперь, когда железная дорога разделила страну на две половины, все переменилось. Возврата к прежней жизни нет и быть не может. На этом гигантском континенте почти не осталось мест, где бы не побывала нога человека. Индейцы спасаются бегством, бизоны либо все перебиты, либо вымирают, переселенцы тысячами движутся на Запад. Я сознаю, что несу свою долю ответственности за приручение этой необъятной страны. — Том на минуту закрыл глаза. — Но не уверен, горжусь ли я этим.
Когда он снова открыл глаза, то увидел, что Клэр очень серьезно, почти торжественно смотрит на него.
— Думаю, я поняла, что вы хотите сказать. Но вы же знаете, остановить прогресс невозможно. Если бы вы не стали помогать прокладывать железную дорогу, это сделал бы кто-нибудь другой.
— Вы, конечно, правы.
Глядя в ее полные сочувствия глаза, Том позабыл и об Орионе, и о прериях, и о железной дороге. Ему казалось, что она понимает его чувства гораздо лучше, чем кто-либо в этом мире.
«Смешно, — думал он, — я никогда не нуждался в этом аспекте цивилизации — партнере в жизни. Возможно, просто потому, что никогда не встречал такой женщины, как Клэр».
— Я считаю, что вы сослужили своей стране большую службу, мистер Партингтон.
«Милая Клэр! Всегда найдет чем поддержать. Интересно, кто-нибудь пытался завоевать ее сердце? Клэр заслуживает настоящего героя, а не такого самозванца, как я. Удивительно, как это ей удалось стать такой рассудительной, энергичной женщиной? Какие жизненные обстоятельства выковали в ней эти качества?»
К изумлению Тома, у него вдруг помимо воли вырвалось:
— Вам не кажется, что за это я заслуживаю поцелуя, мисс Монтегю?
Ее глаза широко распахнулись:
— Конечно! То есть я… О господи!
Тихий хрипловатый шепот Клэр трепетал в воздухе и ласкал его слух. Том положил одну руку ей на плечо, а другой нежно коснулся щеки, поворачивая ее голову к себе. Его губы слегка коснулись ее губ, и Том понял, что Клэр никогда ни с кем не целовалась — она держала губы крепко сжатыми и была ужасно напугана.
— Не бойся, — тихо шепнул он. — Не надо так напрягаться.
Клэр повиновалась, и когда его губы снова коснулись ее губ, Том ощутил их мягкость и податливость — они просто таяли от его поцелуя. Он целовал ее осторожно, очень нежно. Ни одну женщину он еще не целовал так. Через мгновение Том почувствовал, что она прильнула к нему, будто растворяясь в его объятиях, и застонал от сдерживаемого желания.
Его руки скользнули по ее плечам. Том почувствовал прохладную шелковую кожу.
— Обними меня, Клэр, — попросил он, и после минутного колебания она сдалась.