Герой ее романа
Шрифт:
«Вот и разобрались», – подумал Белый и глянул в глаза Алиске. Но сейчас они не излучали магического света, напротив, зрачки потемнели от недовольства, и красота ее как-то сразу поблекла.
– Проводи меня домой, – потребовала Алиска и, не дожидаясь ответа, пошла по скверу.
Сергей ее догнал, пошел рядом. Всю дорогу они молчали. Алиска дулась, Сергей не знал, что сказать в свое оправдание. А может, и не считал нужным это делать. Мать у него одна. Химию ему было нужно подтянуть. Короче, делу время – потехе час. И уж кто-кто, а твоя девушка должна это понимать.
– Так мы идем завтра к Юрке?
Сергей отрицательно помотал головой.
– Что ж, как говорится, мое дело предложить, – сказала Алиска и захлопнула за собой дверь.
В ее звенящем голосе явно чувствовались слезы, и от этого Сергею стало тошно.
На дачу он уехал рано утром. Весь день провозился с делами, то одно, то другое. С матерью практически не разговаривал и все время поглядывал на часы. Где-то около трех она не выдержала.
– Сереж, что случилось?
– Да ничего, все нормально.
– Мне-то не ври! Я же вижу. Мучаешься, рвешься куда-то.
– Никуда я не рвусь.
– Да? А что ж тогда на часы все время смотришь? Признавайся, с Алиской своей поссорился? Теперь, «любовной жаждою томим», спешишь обратно в Москву, помириться?
– Примерно так, – пробурчал неохотно Сергей.
– Ладно, давай так договоримся: ты окна заколоти и можешь бежать на электричку, а я попозже на машине вернусь.
– Мать, ты чел! – обрадовался Сергей.
Он не столько стремился попасть на вечеринку к Юрке, сколько чувствовал, что ему обязательно нужно поговорить с Алиской. В последнее время все у них наперекосяк идет. И его вина в этом есть. То футбол у него, то химия, то мысли какие-то ненужные в голову лезут… В общем, Алиску можно понять. Он всю весну ее завоевывал, а теперь вроде как дела у него.
С этой минуты Белый не бегал, летал. Все в его руках спорилось. Он даже успел помочь матери перетаскать банки с соленьями в багажник, потом наспех помылся, чмокнул мать в щеку и рванул на станцию.
Дома он был ровно в восемь. Первым делом – звонок домой Алиске.
– А ее нет, Сережа. Я думала, она с тобой, – ответила мать и, подумав немного, сообщила: – Честно говоря, ума не приложу, где ее искать.
Сергей знал ответ на этот вопрос. Сорок минут ему хватило на то, чтобы проглотить бутерброд с колбасой, принять душ, побриться, переодеться в чистые джинсы и рубашку и схватить бумажник. Адрес Юрки ему был хорошо известен.
Юрка открыл не сразу: грохот за дверью стоял невообразимый.
– О, привет! – Хозяин был навеселе.
– Привет. – Сергей вошел, захлопнул дверь.
– Опаздываем!
– Так получилось. Алиска здесь?
– Что? – Юрка покрутил пальцем возле уха: мол, говори громче.
– Алиска здесь? – повысил голос Белый.
– Да где-то тут, – вытянув шею, Юрка оглядел шумное собрание. – Сам ищи. Видал, сколько набилось народу на халяву. Человек сто, не меньше, – похвастался он.
Ну, положим, поменьше, но все равно достаточно для веселья. Сергей огляделся. Как будто в сказку попал. Двухэтажная квартира с винтовой лестницей в центре вполне соответствовала
Среди танцующих ее не было, в гостиной возле экрана тоже. Серега решил подняться наверх. Между первым и вторым этажом большого Юркиного дома он расстался с пустой банкой. В коридоре наверху было менее многолюдно. Сергей толкнул первую дверь. Та не поддалась. Закрыто. Толкнул соседнюю и… из сказки сразу шагнул в жгучий мексиканский сериал. Его Алиска (или теперь уже не его?) целовалась с каким-то незнакомым парнем, да так увлеченно, что никого и ничего вокруг не замечала.
– Извините, я вам не помешал? – вежливо поинтересовался Белый.
Странно, но он не чувствовал никакой ревности. Едва ощутимое чувство досады, не более того.
Алиска встрепенулась, на какой-то миг превратилась в каменную статую, а затем оттолкнула блондина, вскочила с кровати на ноги и, поправляя на себе платье, зачастила скороговоркой:
– Сереж, я не хотела, так получилось, ну клянусь тебе, я тебя только люблю, а он прицепился…
Сергей развернулся и пошел к лестнице. На смущенного блондина он даже не взглянул. Много чести.
– Ты сам виноват!… – кричала Алиска ему в спину. – Если бы ты меня любил, ты бы пришел сюда со мной, и ничего бы этого не было!…
Но Белый ее не слушал. Теперь ему было все равно, как и что она о нем думает. Она ему больше не нужна! Не нужна! И плевать ему на нее и на ее дружка!
Выйдя на улицу, Белый закурил. Дым проник в легкие, приятной прохладой окутал мозг, успокоил кровь, стало легче. Он постоял, подумал: куда идти? Желания заливать горе вином не было и в помине. И он отправился домой.
Где-то в районе одиннадцати раздался телефонный звонок. Мать заглянула к нему в комнату.
– Иди, твоя подружка звонит.
Белый лежал на тахте, щелкал телевизионным пультом, гоняя программы.
– Меня нет, я умер, испарился, исчез, – сказал он медленно, продолжая методично нажимать на кнопку и глядя на экран пустым взглядом.
– Не помирились, значит, – прокашлявшись, сказала мать, подождала и, не получив никакого ответа, пошла к телефону, разбираться.
Вскоре она опять заглянула к нему:
– Сказала, завтра позвонит.
– Пусть звонит, если больше заняться нечем.
– Она мне никогда не нравилась, – вздохнув, сообщила мать.
– Я догадывался, – ответил Сергей, немного помолчав.
Через неделю вся школа была в курсе, что Белый и Алиска рассорились. И весьма серьезно. Но поскольку и он, и она хранили молчание, всем оставалось только строить предположения, какая же черная кошка пробежала между ними.
16
– Все! Хорэ! У меня уже шифер дымится! – Сергей закрыл учебник и мягким, точным движением бросил его на стол.
Тот приземлился рядом с пособием юного химика.