Герой ее романа
Шрифт:
– Конечно. Приходи, как договорились.
– Белый, мы идем или нет! – позвала его Алиска, и он, наспех распрощавшись с Дашей, побежал за ней.
15
Пятница началась с отличной новости: Белый получил за контрольную тройку с плюсом. И это несмотря на то, что он писал ее один за первой партой под неусыпным контролем Дондурей.
Естественно, Серегу распирало от желания поблагодарить Дашку. Но он не знал, как это сделать. Будь у них просто приятельские отношения, он бы не задумываясь поцеловал ее в щеку, пригласил бы в кафешку, угостил мороженым, но между
– Симпатичный парнишка! – Белый указал пальцем на картинку на ее груди.
– Самой нравится, – сообщила она весело и добавила: – Я обедать собираюсь, будешь со мной?
Сергей недавно плотно перекусил дома, но в квартире стоял такой обалденный запах свежесваренных щей, что он не смог отказаться, а немного спустя удивленно отметил, что умял тарелку щей и съел биточки с картошкой. Серега давно уже понял, что все, за что бы Дашка ни бралась, она делала очень хорошо. А уж готовила тем более, дом ведь на ней держался. И его она угощала обедом вовсе не потому, что искала путь к его сердцу через желудок, любивший (что скрывать?) вкусно поесть. Напротив, Даша держалась с ним подчеркнуто дружески, словно и не она в прошлом году упрашивала его взять ее с собой на стадион. Это почему-то задевало Сергея больше всего. И он частенько стал ловить себя на мысли, что с Дашкой ему легко общаться, легче, чем с Алиской. С Дашкой он не думал, что должен говорить, а чего не должен. Говорил и говорил, а она его слушала. Иногда спорила с ним, иногда соглашалась, бывало, что хохотала от души. И вообще душевно у них было в доме. Сразу видно, есть в семье взаимопонимание, как и у него с матерью. Только у Дашки вместо матери отец. Хороший мужик Роман Дмитриевич! К футболу, правда, равнодушен, зато в машинах, как бог, разбирается. Казалось, разбуди среди ночи, назови марку, и он с ходу выдаст все ее характеристики, параметры, ее сильные, а заодно и слабые стороны.
– Сереж, о чем ты все время думаешь?
– Я? Да так, ни о чем.
Алиска взглянула на него исподлобья, словно хотела прочитать его мысли. Он стойко выдержал ее взгляд.
– Что ж, продолжай в том же духе, – насупилась она и развернулась, чтобы уйти.
Сергей схватил ее за руку, удержал. Ничего себе прогулка получается! А ведь первый раз за неделю оказались вдвоем.
– Извини, Алис. Ты что-то говорила?
– Говорила. – Девушка свободной рукой поправила золотистые волосы.
Белый ее отпустил, понял, что уходить она не собирается.
– Завтра у Юрки Метелкина вечеринка намечается. Он звонил, приглашал.
– А почему он тебе звонил?
– Ревнуешь? – кокетливо улыбнулась Алиска.
Настроение у нее, как всегда, то взлетало, то падало.
– Нет, просто спрашиваю.
– Считай что поверила. А звонил он мне потому, что Ольгу Степашкину хочет увидеть. Соскучился по ней. А она ведь моя соседка, мы с ней часто общаемся. Особенно эти две недели, пока вы с Дашкой химические вершины штурмуете.
Юрка Метелкин никогда не был в числе друзей Белого. Он учился среди «бэшек», дружил одно время с Шустовым. В прошлом году в школе произошла мутная история с кражей, поговаривали, что в ней был замешан Юрка. Так это или нет, трудно сказать, но парень
– Понимаешь, Алис, я матери обещал в эти выходные на дачу съездить. Я же не знал насчет Юркиных планов, – принялся оправдываться Белый.
– Теперь знаешь. А планы при желании легко поменять. Разве нельзя перенести эту поездку на следующие выходные?
– Нельзя. Скоро дорогу к поселку совсем размоет, на нашей тачке не проедешь. А на даче прибраться нужно, ставни заколотить, привезти кое-что оттуда. И потом, я матери обещал. Слушай, а может, ты поедешь с нами? – предложил Сергей.
Алиска фыркнула:
– Ну и что я там буду делать, в этом медвежьем углу посреди дождя? Помогать тебе пленку с парников снимать?
– Да, пожалуй, ты права. Делать тебе там действительно нечего, – заметил Сергей с досадой.
– И тебе особо нечего! – решительно заявила Алиска. – Мать у тебя отлично машину водит, а ставни любой дядя Федя за бутылку водки заколотит, еще и спасибо скажет!
– А зачем нужен дядя Федя, когда есть я. Да пойми ты, Алис!…
– Все я понимаю! Не глупее многих! – перебила запальчиво Алиска. – Выходит, мамочке своей ты сказать «нет» не можешь, а мне можешь! Еще скажи, что мужик слово должен держать!
– А что, не так?
– Так. Только ты, между прочим, мне тоже обещал, что мы обязательно куда-нибудь сходим развеяться, как только ты эту проклятую контрольную напишешь. Написал, и что?
– Брось, Алис! Сходим в воскресенье куда захочешь. Ну, хочешь, на дискотеку пойдем потанцуем? – Губы Сереги скривились.
Танцы для него – острый нож, но он был готов пойти на эту жертву, лишь бы прекратить начинающуюся ссору. Он был уверен, что Алиска согласится, она обожала эту ночную мишуру, но его надежды не оправдались.
– Не нужна мне дискотека! Я к Юрке хочу пойти, нормально оттянуться, а не трястись среди пьяных дебилов! – Алиска угрожающе сузила глаза. – Слушай, Белый, ты вообще-то как ко мне относишься?
– Нормально отношусь, ты же знаешь, – настороженно пробурчал Серега.
– Это не ответ. Ты меня любишь?
Опять девяносто пять! Так и знал! Любит Алиска задавать этот вопрос. Белый обычно отшучивался. Один раз вот так же, когда они ссорились, в сердцах сказал:
– Знаешь, мы как-то с отцом о любви говорили. Я его спросил, что это за чувство такое? А он мне ответил: «Не знаю, сын. Каждый любовь по-своему понимает. Ты сам знаешь, у нас в семье всякое бывает. Мы с матерью и ссоримся, и ругаемся иногда так, что дым из ушей валит. Сколько раз я хотел ее придушить в такие минуты, но развестись – никогда! Мне это даже в голову не приходило. Может, это и есть любовь?»
– Ну и к чему ты мне это рассказал? – спросила его тогда Алиска.
– А к тому, – ответил Сергей, – что иногда у меня возникает такое же чувство. Так и хочется протянуть руки, обхватить эту лебединую шейку и…
Алиска тогда рассмеялась, а потом они принялись целоваться. Но теперь все к шутке не свести. Сергей это чувствовал: и признания в любви на язык не просились, и целоваться что-то не тянуло. Хотелось задать один вопрос, и он его задал:
– А ты сама-то меня любишь?
– Я-то тебя люблю! Но только до тех пор, пока ты меня любишь!