Герцогиня
Шрифт:
Через минуту самоубийцы уже валялись на земле, а я осматривался по сторонам, отслеживая обстановку.
— Капита-а-ана ко мне!!! Срочно! — заорал я, добавляя ударом ноги спокойствия пытавшемуся подняться недоумку.
Посмотрев по сторонам с мыслью, чтоб ещё такого плохого сделать, заметил слугу, несущего два ведра воды, и, подозвав его, я приказал вылить по ведру на каждого. Судорожно сглотнув, парень побледнел и с испугом посмотрел сначала на меня, а затем на валявшихся на земле гвардейцев, как будто не мог решить, кого ему следует бояться
Из казармы вышел капитан и быстрым шагом направился в мою сторону. Увидев двоих гвардейцев, валявшихся на земле, он сердито сжал губы и почти строевым шагом подошел ко мне.
— Кто эти идиоты?! И почему кидаются на людей?! — холодно поинтересовался я.
— Прошу простить их. Они из пополнения, только три дня как в казармах, — ответил их непосредственный начальник.
— Уже три дня, и до сих пор не научены, как себя вести, и не знают начальство в лицо?! — рыкнул я сердито, глядя на медленно поднимающихся мокрых гвардейцев.
До них уже дошло, что сделали они нечто, если и совместимое с жизнью, то вполне возможно, не совместимое с должностью, а то и со свободой.
— Это все новенькие, или есть ещё? — мне пришла интересная мысль.
— Ещё десять человек! — отрапортовал капитан.
Приказал их построить, что и сделали достаточно быстро. Пройдясь пару раз перед строем, я остановился возле провинившихся.
— Примем во внимание ваш короткий срок пребывания в замке, поэтому слишком серьезно наказывать вас не будем, — сделав паузу, я с усмешкой посмотрел на капитана.
Все, включая и его, облегченно вздохнули.
— Но такой серьезный просчет, как незнание начальства в лицо, необходимо срочно исправить. Сначала капитан прочтет лекцию на тему, кто такое начальство и как его надо бояться. Затем расскажет о каждом вышестоящем с описанием имени, звания, обязанностей, и какие у них любимые наказания для дураков с плохой памятью. После этого подробно объяснит, как нужно относиться к женщинам, проживающим в замке, и кого из них необходимо особенно бояться, — профессорским тоном выдавал я, мерно расхаживая перед строем.
Глядя на вытягивающееся лицо капитана, мне показалось, что над дополнительным наказанием можно голову не ломать, свое они получат, и возможно даже больше, чем у меня получилось бы придумать.
— И напоследок, хочу сказать вам капитан, чтоб вы смогли оценить серьезность ситуации: благодарите всех богов, что на моем месте не оказалась графиня Гарнелл или сама королева. Вы ведь в курсе, что они иногда ходят в таком же наряде. Если за проступок по отношению ко мне я еще могу назначить небольшое наказание, то по отношению к ним, за подобное, если не смерть, то тюрьма уж точно, и не только для провинившихся, — жестко закончил я.
Побледнев, он вытянулся, и, судя по медленно стекленевшим глазам, он слишком хорошо представил это событие и его последствия.
С капитаном, после того как он принял близко к телу наш метод занятий, мы несколько раз беседовали о работе и о жизни. Он оказался неплохим мужиком, далеко не глупым, и со своеобразным чувством юмора. После памятной первой тренировки, капитан, как только меня увидит, тут же подносит цветок. Где уж он его держал до того, я так и не смог заметить. После первого раза я его предупредил, что замужем, на что он лишь улыбнулся и ничего не сказал, но цветы подносить не прекратил. Решив, что хорошие отношения с капитаном местной стражи — вещь более чем полезная, я неизменно принимал его подарки.
В данном случае я совершенно не сердился на него. Подобную ситуацию сложно предугадать, однако новеньким требовался хороший урок, чтоб предотвратить повторения.
Я уже развернулся уходить, как заметил выходящих из боковой двери несколько девчонок из моей команды. Махнув им подойти, свое внимание направил на выстроившихся солдат. ТО, что мне удалось заметить, мне не понравилось. Даже поприсутствовав при воспитательном моменте двух гвардейцев маленькой девушкой, на моих девочек они смотрели лишь как на женщин. Мда… а ведь это чревато многочисленными разборками. Следовало сразу расставить все по своим местам.
— Капитан! Завтра сразу после завтрака выведете всех не занятых на дежурстве гвардейцев, и новеньких в полном составе, к полосе препятствий. Хочу посмотреть на что годны ваши охраннички, — ехидно улыбнувшись, подмигнул я ему, и захватив своих, ушел со двора.
Приказ на постройку полосы я отдал уже на второй день по приезду в столицу, и её соорудили за три дня и точно в соответствии с моими чертежами и рекомендациями.
Глава 6. Полоса ты моя, полоса…
Вернувшись к себе, на ежевечерних посиделках рассказал о происшедшем.
Кэнтар слушал мой рассказ с хмурым лицом, а когда я дошел до разговора с капитаном, где выдавал предположение, что Нирана и Нинэя могли оказаться на моем месте, он сжал губы в тонкую ниточку, и резко поднявшись, направился к двери. Мне хватило доли секунды, чтобы догадаться куда его понесло.
— Нирана, держи его! — крикнул я, и мы с сестрой вцепились в него с двух сторон.
— А ну пустите меня! А то и вас прикажу казнить! — грозно заорал король.
— И куда это вы, Ваше Величество намылились? И с чего это вы орете на женщин, как пьяный сапожник? Этому ли вас обучали на уроках этикета? Может преподаватель плохой был, и не обучил вас правилам поведения с женщинами? Тогда его казнить придется за халтуру, — голосом придворного подлизы поинтересовался я.
— Дорогой, ты уверен что на меня сто-о-оит ТАК кричать? — с любезностью анаконды, собирающейся заглотить свою жертву, прошипела сестрица.
— Я не обязан перед вами отчитываться, — сбавив обороты, попытался выкрутиться Кэнтар.