Герцогиня
Шрифт:
Понимая, что в отношениях с Кондорами еще ничего не ясно, я решил по полной использовать нашу встречу. На обеде присутствовало несколько хороших друзей старшего графа с сыновьями. Как мне кажется, молодежь должна была занимать нас танцами и ухаживаниями, а старики собирались присмотреться к нам. Меня такое расписание не устраивало совсем. Покивав и наулыбавшись на комплименты, мы быстро перевели разговор в финансовую область: с кем торгует страна, какое сырье и продукты наиболее востребованы Родэном, а какие соседями…
Они конечно не купцы, однако политика так часто опирается на экономику, что не разбирающиеся в этих
Поначалу друзья Ферта Кондора весьма неохотно отвечали на наши вопросы, но постепенно так разошлись, что чуть ли не перебивали друг друга, стараясь нам поподробнее все объяснить. У меня было столько вопросов, что наш обед плавно перешел в ужин. К моменту, когда мы расставались, наши взаимоотношения с главами семейств были чуть ли не дружеские, а вот на контакт с молодежью времени у нас не хватило, но сейчас это нас мало заботило.
Кондоры вокруг нас чуть ли не соловьями пели, так мы им понравились.
Утром, во время завтрака Кэнтар напомнил о моем предложении и выразил желание уже сегодня поучаствовать в тренировках. Нирана на его слова скептически хмыкнула, но ничего не сказала. Сонэта тихим голосом сообщила, что тоже хотела бы к нам присоединиться.
Отослав королевское семейство переодеваться, я пошел обрадовать своих этой новостью. Услыхав, что на тренировках будет присутствовать король и королева, народ слегка сбледнул и даже как бы окаменел. В основном поплохело новеньким, остальные, хоть и не обрадовались этой новости, однако привыкли мне доверять. Мда. Однако судя по их реакции, все скорее всего будут бояться сделать лишнее движение или ударить «противника», а вдруг он королем окажется. Пришлось гвардейцев отослать к капитану на тренировку, а занятия проводить только с командой, предварительно устроив дополнительный инструктаж.
Подав сигнал начинать, я запустил в толпу несколько мелких статуэток и стал наблюдать за развернувшимся сражением. Моё внимание сразу же привлекла одна интересная пара. Кто-то моего роста и очень подвижный без перерыва нападал на очень высокого, который неловко отбивался и очумело мотал головой. Присмотревшись к заводному малому, я с большим трудом узнал свою сестру.
Нирана от всей души мутузила, если судить по высокому росту, какого-то мужика, поскольку девочки у нас все же помельче будут. Присмотревшись внимательнее к её жертве, я заметил, что у побиваемого глазки то голубые, а значит, это она Кэнтара обрабатывает. Схватив табурет, я подлетел так, чтоб она смогла заметить, что на неё замахиваются, и отскочила в сторону. Моих ожиданий она не обманула. Прижав её к стене, я зашипел ей в ухо:
— Ты что совсем сдурела?! Это же Кэнтар.
— Да знаю я, — попыталась вырваться от меня сестра.
— С чего такая уверенность? А вдруг ошибаешься? — с размаху надев ей на голову небольшую картину, поинтересовался я.
— Да я его и в мешке узнаю! — рыкнула Нирана, хватая со стола вазу.
— И за что ты его так? — уворачиваясь от вазы, с любопытством поинтересовался я.
— Не мешай. Я хоть душу отведу. Когда еще мне можно будет собственному мужу, да еще и королю, люлей насовать. Временами так хочется приложить его чем-нибудь тяжелым, ну просто сил нету, а не положено, король как никак, — вырвавшись от меня, она окинула взглядом поле битвы и рванула к пытавшемуся придти в
Подскочив к одной фигуре, с такой же расцветкой платка на голове как и у меня, я шепотом попросил занять на пару минут одного «противника», и глазами указал на Нирану. Кивнув, что понял, соратник схватил ближайшую подушку и мощным ударом снёс мою сестрицу с траектории следования. Я же, схватив картину побольше, с удовольствием надел её Кэнтару на голову, и дернув за раму на себя, заставил его наклониться.
— Вот это бешенное нечто, на тебя нападающее — твоя любимая женушка. А ну покажи ей, где раки зимуют, — на ухо, быстро и шепотом, проговорил я, и живенько отскочил в сторону.
Сняв с шеи раму, и надев её кому-то пробегающему мимо, король, покрутив головой по сторонам, заметил несущуюся к нему Нирану. Судя по блестящим и сузившимся глазам, он улыбался. Схватив подушку, Кэнтар начал усиленно выбивать её об наскакивающую коршуном жену.
Решив не мешать королевской чете развлекаться, я осмотрелся. Чуть в стороне стояла мелкая фигурка в почти чистом костюме, и хлопала глазами. А вот это похоже принцесса, и народ упорно обтекал её, не рискуя нападать, видимо боясь повредить или расстроить. Это надо было срочно исправить. Схватив графин с вином, я подбежал сзади и вылил его на голову Сонэте. Взвизгнув, она подскочила, и, резко развернувшись, попыталась стукнуть меня небольшой статуэткой, которую она уже давно держала в руках, не решаясь приложить ею кого-либо.
Увернувшись, я перехватил летящую мимо меня диванную подушку и со всей силы врезал принцессе. Не удержавшись на ногах, Сонэта отправилась в полет, по дороге сшибая «противника», стоящего на её пути. Когда эти двое почти достигли пола, еще один отступающий рухнул сверху, затем еще кто-то не смог обойти это препятствие. Испугавшись, что принцессу совсем задавят, я дал сигнал остановки сражения, и, бросившись к куче, начал её разбирать, стараясь побыстрее освободить Сонэту. К моему огромному облегчению, она радостно смеялась, блестя глазками.
— Ещё хочу, — радостно прошептала она.
Пожав плечами, типа нет проблем, я подал сигнал продолжать получать удовольствия. Через полчаса все выползали из комнаты грязные как никогда, и очень довольные. Недаром японцы в компаниях имеют комнаты для расслабления, в которых выставлены манекены, похожие на начальство. Достало тебя все, идешь в эту комнату и бьешь своему начальнику морду, пока сам не свалишься. Говорят, это здорово успокаивает.
Идя по двору, глубоко задумавшись, и не глядя по сторонам, я почувствовал, как кто-то схватил меня за руку.
— Ты кто такая? И что здесь делаешь? — резануло по ушам от окрика.
От неожиданности я офигел. Это еще что за придурок, который меня не знает. Повернув голову, я разглядел на этом самоубийце форму королевского стражника. Пока я приходил в себя, сбоку подошел еще один полоумный.
— А она ничего, так. Если будешь послушной, то мы никому о тебе не скажем, — хохотнул он и протянул ко мне руки.
Пяткой врезав по коленке державшего меня, я крутанувшись, выдернул руку из захвата, поднырнул под руками у второго и ребром ладони врезал ему по почкам. Во всех моих драках большую роль играет то, что противники совершенно не ожидают от меня подобных действий. Срабатывает распространенный стереотип: девушка, мелкая, худенькая — значит слабая, и не сопротивляющаяся.