Герцогиня
Шрифт:
Зная об этой попытке, я был совершенно уверен, что речь пойдет об освобождении Моккарен. Такой расклад меня совершенно не устраивал, но идей как выйти из этой ситуации с пользой для себя, у меня не было. Полагая, что Советник притащит на заседание только своих приверженцев, я приказал Нинэе пригласить тех, кто, по донесениям Сэта, поддерживал королевскую власть и Кентара как короля.
Понимая шаткость нашего положения, я решил для охраны Их Величеств задействовать все имеющиеся у меня силы. У двух входных дверей в малый зал было поставлено по восемь полностью вооруженных солдат, остальных расставил по бокам трона.
Когда наступило время аудиенции, и как только
Не давая нам времени на вопросы, пришедшие поклонились, и сразу перешли к делу. Первым заговорил бывший регент, герцог Фокс Тарот. Он пространно описал заслуги семейства своего сподвижника: какие они преданные, честные, добросовестные, не щадящие своей жизни на благо короны…
Его послушать то Моккарены белее снега и святее ангела, а их сын такой же пушистый. И только по молодости не пресек плохое поведение друзей. Но, как человек тонко чувствующий, он уже все осознал и искренне покаялся… Вот это талант! Умеет же мужик подать ситуацию! Если б сам не принимал участие в столкновении с этим «ангелом», поверил бы безоговорочно.
Как только заткнулся регент, сразу же включился Советник. Этот болтал все больше о делах этого семейства на благо страны. Из его слов выходило, что Родэн существует только благодаря и на деньги Моккаренов. Их Глава, когда подошла его очередь, повторил все то же самое, что предыдущие выступающие, но только немного своими словами.
Кэнтар, слушая всю эту трепотню, и не чувствуя за собой реальной силы начал колебаться. Это было заметно по его лицу, и хорошо знавший короля Тарот начал морально давить и настаивать на освобождении парней. Советник тоже всунулся добавить свои пять копеек в разборки.
Видя, что Кэнтара вот-вот дожмут, я вышел вперед и, обрисовав ситуацию в выгодном для меня свете, заявил об оскорблении королевского рода. Слегка поколебавшись, Его Величество, все же объявил, что обвинение слишком серьезно, поэтому необходимо дополнительное расследование. Вскинувшись, герцог Тарот перешел в наступление, и чуть ли не прямым текстом начал требовать и угрожать.
Мне очень не понравилось как вела себя эта троица, и может у меня паранойя, но слишком уж они приблизились к трону. Особенно меня напрягла шестерка гвардейцев, стоящая за спиной у них. У меня в голове пронеслась мысль, что Юлия Цезаря убили во время подобного заседания сами сенаторы. Паранойя или нет, но на всякий случай и чтоб не повторять чужие ошибки, срочно требовалось переключить внимание собравшихся.
Подхватив посох, я спустился с возвышения, на котором располагался трон, и встал перед стоявшей недалеко от трона «великой кучкой», пытающейся выдавать свои требования королю. Подобравшись, я прошелся колесом перед ними. Все замолчали, и с изумлением посмотрели на меня. Остановившись, я подал своим знак «делай как я» и начал крутить посохом перед и вокруг себя. Двое парней из моей команды встали перед тронами, заслонив собой королевскую чету, а четверо, спустившись с возвышения, тоже начали крутить колеса и вращать шестами, на концах которых были привязаны красные и желтые платки.
Красный цвет для всего живого обозначает «опасность». Насекомые, имеющие такую расцветку ядовиты, или выделяют вонючее нечто, из-за чего птицы их не едят. А если вспомнить реакцию быков, используемую в корриде, и гусей (шипят и щиплются сволочи) на красный цвет, то уже и не удивительно,
В свое время я просмотрел немало информации на тему влияния цветов на подсознание. Именно по причине притягивания внимания, мы использовали красные и желтые платки, привязывая их особым способом на шесты.
Когда мои люди присоединились ко мне, Регент и Советник презрительно скривились, и один из них громко сказал: — Цирк! Их мнение меня мало волновало, главное, чтоб с королем ничего не случилось, а то и нам всем Писец придет. Не останавливая вращения посоха, я пошел на толпу, при этом делая махи и удары ногами, как на тренировке. То же самое стали делать мои люди, и мы эдакой крутящейся полосой медленно двинулись на посетителей. В нескольких из виденных мной фильмов, шут кривляясь, подобными движениями выжимал надоевших посетителей из королевской залы.
Толпа медленно начала отходить к дверям, не отводя взгляда от мелькавших посохов, в конце концов, они не выдержав, развернулись и дружно направились к двери. Как только закрылись двери за последним посетителем, Кэнтар вскочил с трона и забегал по площадке перед ним.
— И зачем этот цирк? Ваше поведение просто ужасно. Что обо мне подумают? Что у меня Глава Безопасности — шут?! — сердито заорал он.
— Меня мало волнует чье-то мнение обо мне. Для меня важнее сохранить вашу жизнь. Без вас, Ваши Величества, и нам конец, — изобразив реверанс, спокойно ответил я.
— Она права, дорогой. Твоя жизнь для нас значит больше, чем мнения других о наших действиях. Если ты будешь жив, то никто не рискнет говорить плохо о твоих соратниках, а вот если тебя убьют, то никакое мнение нас не спасет, — стараясь говорить как можно мягче, включилась Нирана.
После столь неординарной встречи, все еще находясь в некотором возбуждении, пришлось мчаться на обед к Кондорам. Мы были приглашены в их столичную резиденцию, более похожую на замок, чем на дом. Неплохо мужики живут, неплохо. Судя по донесениям Сэта, который посвятил два вечера на подслушивание конкретно их комнат, это семейство относилось к королю и королеве весьма лояльно. Мои слова о Нинэе были ими восприняты серьезно, и дядюшка дал задание Тимошу заняться ухаживанием за графиней. Влюбить в себя девушку — дело не быстрое, а без её желания, как им было сообщено, свадьбы не будет.
Понимая, насколько нестабильно положение короля, старшего Кондора вполне устраивало наличие запаса во времени. Он надеялся, что в ближайшее время группе поддержки короля придется действовать, и от результатов этих действий зависела как жизнь короля, так и то, кто будет настоящим правителем. И только после окончательного устаканивания ситуации, Кондоры собирались или перейти к серьезным ухаживаниям, или тихо свалить в сторону.
Хоть это и неприятно осознавать, но их план являлся наиболее разумным в данной ситуации. Осталось чуть меньше недели до праздничной королевской свадебной церемонии, а я еще ничего не узнал по поводу планов бывшего регента и советника. Что-то мне сомнительно, что они позволят провести эту церемонию, однако, какое будет противодействие, я до сих пор был не в курсе.