Геракл
Шрифт:
Ущелья Гомола, где сосен,
Бывало, себе наломают
Кентавры, в поля отправляясь.
После с пятнистою шкурой
Лань положил он стрелою,
Что золотыми рогами
Нивы Аркадии рыла;
И Артемиде
Эту добычу
Он посвятил.
Строфа II
Как были ужасны фракийские кони царя Диомеда,
Узды они знать не хотели и рыскали в поле,
Из челюстей жадных
Куски человечьего мяса
Торчали меж
Но мощной рукою узду им надел Гераклес.
Потом, в колесницу запрягши,
Заставил коней переплыть
Он Гебра сребристо-пучинные воды.
И, подвиг окончив, к царю Еврисфею привел их.
А на прибрежье Анавра,
Возле горы Пелионской,
Меткой стрелой уложил он
Зверское чудище – Кикна.
Больше проезжих
Хищник не будет
Подстерегать.
Антистрофа II
На западной грани земельной есть сад, где
поют геспериды.
Там в зелени древа, склонившего тяжкие ветви,
Плоды золотые
Сверкают и прячутся в листьях;
И, ствол обвивая, багровый
То древо бессменно дракон сторожил;
Убит он теперь Гераклесом,
И с дерева сняты плоды.
Герой в морские пучины спускался
И веслам людей покорил непокорные волны.
В горнем жилище Атланта,
Где опустилося небо
К лону земному, руками,
С нечеловеческой силой,
Купол звездистый
Вместе с богами
Он удержал.
Строфа III
Через бездну Евксина
К берегам Меотиды,
В многоводные степи,
На полки амазонок
Много витязей славных
За собой он увлек.
Там в безумной охоте
Он у варварской девы,
У Ареевой дщери,
Златокованый пояс
В поединке отбил:
Средь сокровищ микенских
Он висит и доселе.
Он гидре лернейской
Ее неисчетные главы спалил,
И ядом змеиным
Он меткие стрелы свои напоил,
Чтоб ими потом пастуха Гериона убить,
Три мертвые тела урода на землю сложить.
Антистрофа III
Много было походов,
И побед не исчислить.
Но настала путина,
Из которой возврата
Не бывает для смертных,
В царство мрака и слез…
А Харон уж на страже:
Скоро он и малюток
Увезет в ту обитель,
Где ни бога, ни правды,
Где без выхода дом.
На тебя вся надежда,
А тебя схоронили.
Ты где, моя сила?
С тобою, о бранный товарищ, вдвоем
Мы верно б отбили
Сегодня малюток Геракла копьем.
Увы! Нашу юность далеко от нас унесло,
А с нею и наше счастливое
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
Из дворца выходит Мегара; за ней еле идут испуганные дети в траурных покрывалах. Шествие замыкает Амфитрион.
Корифей
(пока они идут)
Вот, вот они! Смотрите: из чертога
Сюда выходят. Видишь, впереди
Идет Мегара. Он любил так нежно
Ее, покойный. За собой влечет
Детей она; в покровах погребальных
Малютки еле тянутся, идти
Боятся и цепляются руками
За складки пеплоса ее. А вот
И он, старик отец. Прости, товарищ:
Из старых глаз моих катятся слезы…
Мегара
Ну что же? Где наш жрец, и чья рука
Должна поднять свой нож на эту жертву:
Она готова; шествие печальное – кого,
Кого тут нет: и старики, и дети,
И матери… О дети, о родные.
Нас разлучат сейчас. Зачем, зачем
Я родила вас? Для кого растила?
Кому, взрастивши, отдала? Врагам
Вас бросила в забаву, в поруганье,
На смерть позорную. А вы, мои мечты?
Давно ли ваш отец, малютки, царство
Свое делил вам, а теперь отца
Уж нет. А мы?! Он говорил: «Ты старший
И будешь в Аргосе царем; чертог
Тебе на долю будет Еврисфеев
И нивы тучные Пеласгии». Чело
Твое он украшал в мечтах трофеем
Своей победы первой – львиной пастью.
А ты, второй мой сын, тебе в удел
Фиванское предназначалось царство;
Мои поля ты выпросить сумел
С Кадмеей у отца, а в символ власти
Он палицу тебе определил,
Дедалов дар, предательский гостинец.
Ты, наконец, мой младший, получал
Эхалию, ту крепость, что стрелою
Отец твой добыл. Так мечтал герой
Оставить по себе три царства детям,
А я невест смышляла сыновьям
Из Спарты, из Афин или из здешних
Красавиц благородных, чтоб родней
Держалось ваше счастье, как канатом
Причальным держится у берега триера…
Мечты ушли. И брак, который я
Для вас теперь справляю, – не веселый:
Невесты ваши – Парки, и нельзя
Мне ваше ложе брачное украсить:
Оно – могила, дети; старый дед
Справляет пир, зовя Аида сватом.
И веет холодом от брачных похорон…