Шрифт:
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Амфитрион (III)
Лисса (II)
Мегара, при ней три малолетних сына (III)
Вестник (III)
Хор фиванских старцев
Тесей (III)
Лик, при нем стража (I)
Геракл (I)
Ирида (I)
ПРОЛОГ
Задняя декорация представляет стену Гераклова дворца в Фивах, посредине большие ворота.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Амфитрион
Кому неведом муж, который с Зевсом
Любовь жены делил, Амфитрион
Из Аргоса, Алкид и внук Нерсея,
Геракла знаменитого отец?
Да, родом я из Аргоса, но в Фивах
Средь поколенья горсти земнородных,
Что в битвах уцелели из посева,
Мне довелося жить. Из крови спартов
Произошел и Менекеев сын,
Отец вот этой женщины, Мегары.
Давно ли, кажется, под звуки флейты,
Под звуки гимна брачного, который
Кадмейцы пели, в этот царский дом
Привел ее великий внук Алкея?
Он с нами жил недолго: и Мегару,
И новую родню покинув, весь
Горел желаньем он – в далекий Аргос
Уйти и овладеть стенами града
Киклопов, из которых был я изгнан,
Запятнанный Электриона кровью.
Чтоб смыть с отца позорное пятно
И воротить себе отцовский город,
Сын заплатил не дешево и подвиг
Для Еврисфея справил не один:
Всю землю он очистил от чудовищ…
Безумием ли был Геракл охвачен,
От Геры насланным, или к тому
Его судьба вела, – не знаю, право.
Теперь, когда, могучий, он осилил
Все тяжкие труды, в жерло Тенара
Его услали, чтоб из царства мрака
На свет он вывел пса о трех телах;
Герой пошел и больше не вернулся…
Я старое преданье здесь слыхал,
Что в семивратных Фивах был когда-то
Царем могучий Лик, супруг Диркеи,
Которого сменили близнецы,
Зет с Амфионом, порожденье Зевса,
Владельцы белоснежных лошадей.
Так вот, потомок Лика, не кадмеец,
А выходец с Евбеи, тоже Лик,
Здесь только что убил царя Креонта
И мятежом истерзанные Фивы
Своей тиранской власти подчинил.
Мы, родичи Креонтовы, конечно,
В опале: новый царь замыслил кровью
Его детей смыть пролитую кровь…
Пока отца земные недра кроют,
Он ищет погубить его вдову
И сыновей, чтоб, возмужав, за деда
Не стали мстить, – да, кстати, и меня:
Должно быть, и старик тирану страшен.
А между тем, сходя в юдоль теней,
Герой
Жену и дом велел мне сберегать.
Что ж было делать мне? Я под защиту
Зевеса всю семью сюда привел.
И вот у алтаря мы приютились,
Что некогда воздвиг мой славный сын,
С победою вернувшись от минийцев.
Вы видите: без хлеба, без воды,
Нагие и босые, на холодной
Земле мы смерти ждем; а перед нами
Наш царский дом, забит и опечатан.
Спасенья не видать, и те друзья,
Что выручить могли бы нас, не стоят
Названия друзей, а верные и сил
Не соберут помочь нам – сами старцы.
Вот каковы несчастья – для людей!
Да не познает их, кто хоть немного
Ко мне питает жалости… а впрочем,
Узнать друзей помогут лишь они.
Мегара
(долго смотрит на Амфитриона)
Подумать, что и ты, отец, когда-то
Был славный вождь, что во главе дружин
Фиванских ты умел разрушить стены
Тафийские… О, как неясны смертным
Богов предначертанья! Разве счастье
Под отчим кровом мне не улыбалось?
Царевной я жила, довольством, блеском
И завистью людской окружена;
Отца семьей благословили боги…
А мой блестящий брак с твоим Гераклом?..
Где ж это счастье? Сгибло, стало прахом,
И только смерть теперь в глаза глядит
Тебе, старик, и мне, и Гераклидам,
Моим несчастным детям. А уж я ль
Птенцов неоперившихся под крылья
Не прятала? Поверишь, поминутно
Они меня расспросами терзают:
«Ах, мама, где отец? Чего не едет?
Когда ж он будет с нами?» Иль бегут
Его искать повсюду, точно в прятки
Играет с ними бедный их отец.
Придумаю ль угомонить их сказкой…
Куда там! Стоит двери заскрипеть,
Все, как один: «Отец, отец приехал!»
Бегут его колени обнимать…
(Гладит детей, которые к ней прижимаются, потом, помолчав, к Амфитриону.)
Ну что же, старец, может быть, придумал
Ты что-нибудь? О, если б хоть не выход,
Лишь слабый луч спасенья нам увидеть!
Бежать из города? Повсюду стража,
Ворота на запоре… А на дружбу
Надеюсь я не более, чем ты…
Но говори, отец, не бойся словом
Мне неизбежность смерти подтвердить!
Амфитрион
Дитя мое! Не подобают старцу
Несбыточные планы и гаданья.
Мы слабы, но зачем же нам спешить?
Ведь умереть, Мегара, мы успеем.