Генетик
Шрифт:
Мгновенно рядом появилась пупсового вида девушка и увлекла посетителя в кабинет.
— Мы оказываем весь комплекс похоронных услуг, — начала она тараторить, — и делаем это качественнее, быстрее и дешевле конкурентов. Воспользовавшись нашими услугами один раз, вы не сможете не стать нашим постоянным клиентом!
— Накаркаете! — недовольно заметил Еврухерий.
— У вас кто-то из родственников умер? — пропустив мимо ушей его слова, спросила сотрудница похоронного бюро.
— Нет.
Ответ Макрицына вызвал нескрываемое разочарование на лице девушки.
—
— Друг у меня умер, — ответил ясновидящий.
— Давно?
— Вчера. Вечером вчера.
— Дайте адрес, и мы венок доставим на квартиру.
— Я сам зайду. Живу тут недалеко, — объяснил Макрицын.
— Без предоставления адреса покойника заказы на венки не принимаем, — сказала как отрезала собеседница.
Еврухерий удивился:
— Как так? Я, может, хочу на похороны с венком прийти.
— Пожалуйста, назовите адрес и можете забрать заказ сегодня вечером.
— Одну секундочку, — неожиданно попросил посетитель и закрыл глаза.
Его мысленному взору предстали улицы, близлежащие к дому Ганьского, и лестничная площадка перед его квартирой. По асфальту к этому самому дому со всех концов Москвы бегут агенты похоронных контор, а с дюжину самых резвых уже стоят у открытой двери, наперебой предлагая Марине свои услуги. Причем каждый убеждает, что выбор другого агентства будет непоправимой ошибкой и причиной глубоких разочарований. «Но почему Марина одета в красное платье?» — призадумался Еврухерий.
— Вам плохо? — услышал он и открыл глаза.
— Кому хорошо, когда друг умирает? — вопросом на вопрос ответил ясновидящий. — Адрес вспоминал. Вспомнил, но без индекса.
— Давайте без индекса. Индекс мы найдем сами.
— Пишите, — согласился заказчик и назвал новый адрес Шнейдермана.
Девушка набрала номер телефона и стала пояснять кому-то:
— Вчера вечером… не знаю… только что… у меня сидит… где-то в районе Сущевки…
Положив трубку, она с профессионально поставленной печальной улыбкой обратилась к Макрицыну:
— Я сейчас образцы венков принесу, а вы подумайте, какую надпись на ленте сделать.
Про надпись ему думать не надо было: Еврухерий еще с вечера определился, какими словами проводить Аполлона в последний путь. Выбор его пал на красно-зеленый венок стандартной формы.
— Что напишем? — спросила девушка.
Заказчик полез в карман, вынул небольшой листок и положил на стол.
«Прощаю тебя, Аполлон. Спи спокойно. Твой друг Еврухерий Николаевич Макрицын».
Служащая прочитала текст, слегка удивилась, но возражать не стала. Объявила цену в шестьсот шестьдесят шесть рублей, чем не порадовала клиента. Макрицын молча отдал деньги, но попросил квитанцию.
Удивительные события разворачивались в доме Шнейдермана. Каким-то чудом миновав консьержку, прилично одетый средних лет человек в ухоженных черных ботинках, при костюме и галстуке, поднявшись на пятый этаж, непрерывно звонил в квартиру медсестры травматологического отделения. Чета не просыпалась раньше половины двенадцатого утра, если Виолетта
Первой была разбужена Виолетта. «Кто бы это мог быть?» — недоумевала она и растолкала Шнейдермана. Накинув халат, Боб Иванович подошел к двери и с нескрываемым раздражением произнес: «Кто там?»
Голос из-за двери, полный горя и сочувствия, объяснял очень долго цель визита, но не проснувшийся еще полностью второй человек в партии не сразу смог понять, кто пришел и что ему надо:
— Фирма «Такси в рай» выражает глубочайшее соболезнование в связи с постигшей вас утратой и сочтет за честь оказать вам весь комплекс услуг по погребению покойника. Наша фирма отметила пятнадцатилетний юбилей на рынке ритуальных услуг, имеет самый высокий рейтинг и котируется на голову выше конкурентов. Мы обслужили более одиннадцати тысяч клиентов на высочайшем уровне, по мировым стандартам… Мы предоставляли различные виды скидок постоянным клиентам, такие как семейная двадцатипроцентная скидка, — бессрочная, начинает действовать со дня погребения одного из супругов; пятидесятипроцентная скидка с фиксированным днем погребения — день погребения выбирается по вашему желанию, но не позднее двух лет с момента подписания договора; прогрессирующая скидка на погребение жены, начиная со второй жены, кроме гражданских браков…
Шнейдерман распахнул дверь, полный ярости. Незваный гость без приглашения влетел в прихожую, сразу же обнял опешившего Боба Ивановича и с видом заговорщика начал шептать на ухо:
— Сочувствую! Очень сочувствую! Убит вашим горем! Скорблю вместе с вами! Доверьтесь мне — сделаю все по минимальной цене, но с высшим качеством. Гроб выпишу из черного дерева по расценкам на тамбовскую ель, симфонический оркестр из консерватории организую на погребение бесплатно по линии помощи малоимущим…
На этом месте Шнейдерман, сообразив, что стал жертвой психически больного человека, прервал выступление словами:
— Пройдите на кухню, пожалуйста, а я оденусь, и мы обговорим детали.
Обрадованно выйдя на секунду за рамки роли, гость согласился.
Шнейдерман нырнул в спальню и шепнул Виолетте:
— Быстро звони в милицию и в неотложную психиатрию — у нас на кухне сумасшедший, может убить. Говори тихо, чтобы ничего не услышал!
После этого Боб Иванович вернулся к гостю и многозначительно заявил:
— Я посоветовался с супругой, и мы приняли решение воспользоваться услугами вашей фирмы. Надо обговорить условия и детали договора.
«Что меня, идиота, заставило дверь психу открыть?» — подумал Шнейдерман, в то время как гость говорил и говорил…
Милиция приехала быстро, лейтенант с сержантом при автомате, но, к недоумению Боба Ивановича, без службы экстренной психиатрии.
— Что случилось? — обратился старший по званию к хозяину квартиры.
— Рано утром этот ненормальный, — Шнейдерман показал рукой в сторону агента, — вламывается в дверь и, треща без остановки, предлагает меня похоронить.