Генералиссимус
Шрифт:
Евдокимов: - Да, так и говорилось.
– С этой целью осенью 1934 года, - продолжает Евдокимов, - Бакаев поехал в Ленинград проверить как идет подготовка террористического акта против Сергея Мироновича Кирова ленинградскими террористами. Эти террористические группы установили слежку за Сергеем Мироновичем Кировым и выжидали удобного момента, чтобы совершить террористический акт.
Вышинский: - Убийство Сергея Мироновича Кирова было подготовлено центром?
Евдокимов: - Да.
Вышинский: - Вы лично принимали участие в этой подготовке?
Евдокимов: -
Вышинский: - Вместе с вами принимали участие в подготовке Зиновьев и Каменев?
Евдокимов: - Да.
Вышинский: - По поручению центра Бакаев ездил в Ленинград проверять ход подготовки там на месте?
Евдокимов: - Да.
(Вышинский путем дальнейших вопросов устанавливает, что Бакаев во время своей поездки в Ленинград имел встречу с убийцей С. М. Кирова Николаевым, с которым Бакаев вел разговор о подготовке убийства).
Вышинский (обращаясь к Бакаеву): - Вы в Ленинграде виделись с Николаевым?
Бакаев: - Да.
Вышинский: - По поводу убийства С. М. Кирова договаривались?
Бакаев: - Мне не нужно было договариваться, потому что директива об убийстве была дана Зиновьевым и Каменевым.
Вышинский: - Но вам говорил Николаев, что он решил совершить убийство Кирова?
Бакаев: - Говорил он и другие террористы - Левин, Мандельштам, Котолынов, Румянцев.
Вышинский: - Разговор был об убийстве Кирова?
Бакаев: - Да.
Вышинский: - Он проявил свою решимость. А вы как относились к этому?
Бакаев: - Положительно.
(Из дальнейших вопросов Вышинского Бакаеву выясняется, что последний после своей проездки в Ленинград докладывал Евдокимову и Каменеву о ходе подготовки убийства С. М. Кирова. На вопрос Вышинского обвиняемому Каменеву о том, имел ли место действительно такой доклад Бакаева ему, Каменев отвечал утвердительно).
Вышинский (обращаясь к Каменеву): - Что он вам передал?
Каменев: - Он сказал, что организация подготовлена к совершению удара и что этот удар последует.
Вышинский: - А как вы к этому отнеслись?
Каменев: - Удар был задуман и подготовлен по постановлению центра, членом которого я был, и я это рассматривал как выполнение той задачи, которую мы себе ставили.
(Далее отвечал на вопросы Вышинского Зиновьев).
Вышинский: - Обвиняемый Зиновьев, и вы были организатором убийства товарища Кирова?
Зиновьев: - По-моему, Бакаев прав, когда он говорит, что действительными и главными виновниками злодейского убийства Кирова явились в первую очередь я - Зиновьев, Троцкий и Каменев, организовав объединенный террористический центр. Бакаев играл в нем крупную, но отнюдь не решающую роль.
Вышинский: - Решающая роль принадлежит вам, Троцкому и Каменеву. Обвиняемый Каменев, присоединяетесь ли вы к заявлению Зиновьева, что главными организаторами были вы, Троцкий и Зиновьев, а Бакаев играл роль практического организатора?
Каменев: - Да.
(Каменев дополнил картину подготовки теракта следующим фактом: "В июне 1934 года я лично ездил в Ленинград, где поручил активному зиновьевцу Яковлеву подготовить параллельно
Вышинский: - Убийство Кирова это дело ваших рук?
Каменев: - Да.
Какие же еще нужны доказательства? Однако недоброжелатели Сталина организовали целый поток публикаций, порождающих недоверие к показаниям подсудимых и к самим процессам, заявляя, что все это инсценировка, что обвиняемые давали показания под давлением следователей, может быть, даже под пытками или воздействием каких-то психо-тропных препаратов.
Троцкий в своей книге "Преступления Сталина" (Москва, 1994 г.) на 300 страницах пытается утвердить эту тему недоверия к процессам и показаниям подсудимых.
Об убийстве Кирова Лев Давыдович, со свойственным ему умением рассуждать логически, доказывает: "Зиновьев, Каменев и другие не могли организовать убийство Кирова, ибо в этом убийстве не было ни малейшего политического смысла. Киров был второстепенной фигурой, без самостоятельного значения. Действительные террористы должны были, естественно, начать со Сталина. Среди обвиняемых были члены ЦК и правительства, имевшие свободный доступ всюду: убийство Сталина не представляло бы для них никакого труда".
Убедительно? Вполне. Однако еще раз напомню слова профессора Гарвардского университета Адама Улама, который пишет о том, что Троцкий в интригах порой проявлял себя отнюдь не прямым и последовательным, а изворотливым и малодушным. Изложение событий самим Троцким - это, как говорит профессор, "жалкая полуправда с попытками игнорировать факты".
А факты говорят о том, что и заговорщики, и сам Троцкий занимались подготовкой террористических актов не только против "второстепенной фигуры" - Кирова. Так, например, Зиновьев на следствии показал следующее:
"Я также признаю, что участникам организации Бакаеву и Кареву от имени объединенного центра мною была поручена организация террористических актов над Сталиным в Москве и Кировым в Ленинграде.
Это поручение мною было дано в Ильинском осенью 1932 года". (Зиновьев. Протокол допроса от 23-25 июля 1936 г.)
Другой руководитель объединенного блока - Каменев - на вопрос следователя, знал ли он о решении центра убить товарища Сталина и С. М. Кирова, ответил следующее:
"Да, вынужден признать, что еще до совещания в Ильинском Зиновьев сообщил мне о намечавшихся решениях центра троцкистско-зиновьевского блока о подготовке террористических актов против Сталина и Кирова. При этом он мне заявил, что на этом решении категорически настаивают представители троцкистов в центре блока - Смирнов, Мрачковский и Тер-Ваганян, что у них имеется прямая директива по этому поводу от Троцкого и что они требуют практического перехода к этому мероприятию в осуществление тех начал, которые были положены в основу блока. Я к этому решению присоединился, так как целиком его разделял". (Каменев. Протокол допроса от 23-24 июля 1936 г.)