Генерал
Шрифт:
Глава 31
– Идем ко мне, – тянет меня муж к третьему люксу. – У тебя пока опасно. И вообще живи в моем, – решает он и признается со вздохом. – Не хочу уезжать, Кать.
– Скоро вернешься, – шепчу я, обхватывая ладонь мужа покрепче.
Мы приезжаем в «Сосны» к началу ужина, когда народ уже оккупировал столовую. На входе с ног сшибает запах тушеной капусты. Быстрым шагом пересекаем пустой холл и устремляемся на второй этаж к третьему люксу.
– Добрый вечер, – приветствует нас противный блондин, как только
– Это ж надо было так нарваться? – рычит Васечка, открывая дверь своего номера. – Этот тип. Полковник Ибрагимов. Давно у меня под подозрением. Мои его пробили. Вроде все нормально. А я его все равно терпеть не могу.
– Это который пел в душе? – спрашиваю смеясь. Обнимаю со спины мужа. В порыве чувств целую в спину, обтянутую белой рубашкой.
– Он самый, – бурчит недовольно Ордынцев и, открыв номер, улыбается плотоядно. – Погоди, жена. Подхватив меня на руки, переносит через порог.
– Примета вроде такая, – замечает, направляясь в спальню. Укладывает меня на постель и сам опускается рядом на колени. – Катя, Катька моя, – уткнувшись головой в мой живот, шепчет жарко. – Я же свихнусь без тебя.
– Вы справитесь, товарищ генерал, – обнимаю коротко стриженную голову. Прижимаю ее к себе и шепчу, сглатывая подступившие слезы. – Я в вас верю.
– Ты реветь надумала? – поднимает взгляд Ордынцев и спрашивает нарочито серьезно. – Платье снимешь или я порву?
– Давай сохраним его для потомков. Надену на пятьдесят лет совместной жизни. Внуки обалдеют, – смеюсь я, смаргивая слезы. Усаживаюсь на кровати и тут же поворачиваюсь к мужу спиной. – Вась, помоги, пожалуйста.
– Лучше порвать, конечно, – ворчит он, пытаясь крупными пальцами ухватить тоненький язычок потайной змейки. Сопит, но справляется. – Так? – расстегнув до конца, интересуется хрипло.
А сам так и пышет жаром, заставляя мои грешные мысли улетучиться из головы и удрать в неизвестном направлении. Только один Ордынцев сейчас имеет значение.
– Да, – киваю поспешно.
Поднявшись, спускаю через ноги платье. Оставляя его валяться на полу никому не нужной тряпкой. Выгибаясь в кружевном белье и белых чулках, призывно смотрю на Васечку.
– Красивая ты, птица, – ухает он, наклоняясь сзади надо мной. Целует в плечо, потом в ключицу. Ведет огромной лапищей по лицу, потом спускается к подбородку, чуть поднимая его. – Катя, девочка, – произносит хрипло. – Вот ты и моя. Навсегда…
Жадно проводит другой рукой по моему бедру и шепчет глухо.
– Давай… Не могу ждать.
Щелкает замком бюстгальтера. Наглец. Спускает с плеч тонкие бретельки. И сразу же отбрасывает кружевную тряпку в сторону.
– Ты идеальная, Кать, – вздыхает натужно. Укладывает мою грудь себе на ладони. И неожиданно замечает изумленно. – Кать, а левая больше весит.
– Ну я же живой человек, – прислоняюсь спиной к сильной генеральской груди и мне кажется, слышу как там, за грудной клеткой бьется сердце Ордынцева.
– Ты моя, – повторяет
– Мне жарко, – роняю капризно. И бессовестно вру. Не жарко ни капельки. Только женщина в чулках на любовном ложе ассоциируется у меня со жрицей любви, но никак не с генеральской женой.
– Понял, – воспринимает мой каприз как команду Генерал. Опрокинув меня на постель, особо не церемонясь, стягивает с моих ног кружевные тонкие чулочки. Я даже слышу как трещит невесомый трикотаж. Словно сама вижу как по ажурной глади ползут стрелки.
«Ну и ладно!» – отмахиваюсь, когда Ордынцев падает рядом со мной.
– Так нечестно, – фыркаю, пытаясь снять рубашку с Генеральских плеч. Расстегиваю одну за другой маленькие белые пуговички и хмелею от страсти.
Этот мужчина – мой! На веки вечные!
– Погоди, Катюша, я сам, – просит Генерал, когда я поддеваю пальцами новый кожаный ремень. Муж подрывается с места, стаскивает с себя брюки и швыряя их к пиджаку. Следом летят боксеры и рубашка.
А я смотрю на высокого мускулистого мужчину, стоящего посреди комнаты, и сама не верю, что стала его женой.
Красивый в меру накачанный Ордынцев сейчас похож на главного секс-символа эпохи. На предплечьях и икрах проступают сильные мышцы. А спина будто высечена из камня…
Муж поворачивается ко мне лицом, а я глазею не стесняясь. Этот мужик мой! Имею право. По мускулистой груди скольжу вниз к подтянутому животу, а потом залипаю взглядом на вздыбленном члене. Васечка перехватывает мой взгляд и решительно сгребает в руку свое хозяйство. Прожигает меня взглядом, полным любви, страсти и восхищения. И я хмелею. Только от одного взгляда хмелею.
– Как там Челентано танцевал? – дурачится Ордынцев, выставляя вперед ногу, призывно ведет бедром, а затем, потоптавшись на месте, с разбегу плюхается в постель. – Жена-а… – тянет, сграбастав меня в охапку. Нависает надо мной тенью. – Жена-а- на коленях становится между моих бедер.
Выгибаюсь навстречу, с ума сходя от желания. Васины руки требовательно бегут по моему телу, подхватывают под ягодицы.
И когда мы становимся одним целым, подстраиваюсь под темп мужа. Сумасшедшая гонка. Но я не сдамся, не позволю себе сбиться с такта или сойти с дистанции. И точно замечаю именно тот главный момент, когда уношусь к звездам вместе с Ордынцевым.
– Я люблю тебя, – с заключительным толчком выдыхает муж и падает рядом, чуть навалившись сверху.
– Я тебя тоже. Васечка! – выстанываю имя любимого и чувствую, как меня накрывает эйфория.
– Отдохни и продолжим, – целует меня в лоб Василий. – Сегодня точно я тебе спать не дам. Потом отоспишься. Ладно?
– А ты?
– Кать, да я эту ночь весь месяц вспоминать буду, – хрипло признается муж и, перекатившись на спину, увлекает меня за собой. Собственнически укладывает себе на грудь и снова приказывает. – Все. Спи. Через час побудка.