Gemini

Аувэст Дания

Моего ответа парень не стал дожидаться.

— То обличье, которое принимал Ариан, - это не дракон. В них они не могут превращаться…

— Почему? — Попыталась я влезть с очередным вопросом и тут же замолкла, подняв руки, своим видом как бы говоря: "ладно, ладно, молчу и внимаю, даже как хорошая девочка".

— Это вириат, далёкий их родственник, существо более слабое, одному ему не справиться с хищниками этого леса, только если огнём обороняться, но это…

— Может повредить местной экосистеме. — Пробурчала я тихо.

Парень

сделал вид, что не услышал меня, но звуки периодически из его рта вылетали подозрительно шипящие.

— …но это сделает только хуже, поскольку этот лес в принципе живой, хищники, а точнее, магические животные, — это только полбеды, куда хуже существа высшего порядка, которые проживают в центре леса. Сражаться с ними не рискнёт даже титрион.

Парень замолчал, наверно, сделал небольшой перекур для себя. Повисла пауза. А я как умная девочка поспешила ей воспользоваться.

— А почему титрион не может превратиться в дракона? Разве метаморфы не могут принять любое обличие? И эти существа, мы же на них не напремся случайно так, да?

— Не напремся. Как я сказал раньше, они обитают в центре, там, где находится Великое древо. Выходить за пределы леса они не желают, по крайней мере пока, а перемещаются по лесу только в самых редких случаях. — Пояснил мне Лиан, а потом, немного подумав, задал вопрос уже мне. — Что такое метаморфы?

Тут уже вздыхать пришлось мне.

— Титрионы, в смысле.

Парень проехался по мне подозрительным взглядом. Да я и так уже поняла, что веду себя странно. За языком нужно определённо следить внимательнее, я же типа память потеряла, а не умом тронулась.

— Титрионы, к счастью, ограничены в выборе личины. Лицо любого человека, его фигуру они смогут принять с лёгкостью. Также и с другими расами: вампиры, оборотни даже василиски — они могут принять и их облики, а также использовать их магические способности. Но есть и те расы, вымершие в основном, чей облик им неподвластен, также и с некоторыми магическими существами.

— Ну, то что ты описал, уже немало. — Заметила я, перешагивая огромную ветку, которая перегородила дорогу.

Это же какие возможности. Они же почти всесильны, мало им лица, даже и магию могут перенять. Ужас. Теперь понятно, почему они здесь почти боги.

— Драконы и вовсе существа высшего порядка. Непокорные, они живут в уединение на своей земле и редко кому подчиняются. Их облик священен.

— Да, и поэтому титрионам, бедолагам, приходится довольствоваться всего лишь вириатами. Круто, чё. Мне бы так.

Наша процессия шла, шла очень упорно. Уже, наверно, второй час шла. Мне это до жути надоело, не привыкла я столько ходить, тем более по лесу. Тем более прикладывая столько усилий.

— Как вы вообще живёте в мире-то, где кто-то может принять облик другого с такой лёгкостью. Это же хаос в высшем его проявлении, а ещё это нечестно. — Мне действительно что-то стало жалко местных жителей, особенно людей. Им же в этом мире ловить нечего совсем.

Лиан опять подозрительно

посмотрел на меня, я же чуть не хлопнула себя по лбу. Может всё-таки змея меня ядом каким-то шарахнула, иначе, чем ещё объяснить мою прогрессирующую идиотию?

— Нормально живём. Их всё равно очень мало. На миллион, допустим, людей всего один титрион. — Выдал артефактник, а я обалдела.

— Вау. Это же они вымирающий вид, получается? — Восхитилась я, невзначай оглядев впереди стоящую толпу, пытаясь таким образом найти среди них местного психа. — И почему это вашему учебному заведению так повезло с наличием такого редкого экземпляра в своих рядах?

— Наша Академия самая известная на весь мир! — С гордостью выдал парень и даже вон подбородок выпятил и грудь колесом надул.

Так захотелось ему похлопать что-то.

— Академия магии всех рас. С самой богатой историей, с самым большим количеством специальностей, а также с лучшими специалистами. Наши выпускники идут работать на службу к императору.

Так. Вот это вдохновился, конечно, парень.

А вообще, есть что-то полезное среди всей его, наполненной пафосом, речи. Он сказал мне, как называется академия, а ещё что у них тут империя, а, следовательно, монархия. И вот это мне вообще не нравится. Я же дитя демократии и федерации!

— И у нас в академии четыре титриона. — Уже не так радостно и воодушевлённо сказал парень, я бы даже сказала: из его уст это прозвучало максимально печально.

Я даже по плечу похлопала беднягу, слово «держись», правда, удержала при себе.

С мажорами учиться — это мрак. Я знаю это очень хорошо. Особенно с психами-мажорами.

— Много их там, однако, пасётся. Мёдом для них там намазано? — Разумеется, меня не поняли, но, кажется, Лиан уже привык и пропускал это всё мимо ушей, умудряясь ещё и понимать меня.

Молодец, парень, далеко пойдёт.

— Вэлиант экс Арн тэ Дианим ректор АМВРа, его брат Сиан экс Арн тэ Дианим декан факультета боевиков, самого престижного, между прочим, хоть я с этим и несогласен. И его двое сыновей, которые являются учениками Академии.

Мдам. Что я могу сказать? До меня не сразу допёрло, что весь тот набор слов, который сказал так спокойно Лиан, — это имена.

А так, коррупция у них тут, ярко выраженная. Родственники на руководящих постах. Мелким вон, наверно, тоже места уже пригреты.

— А ты на каком курсе? — Решила я сменить тему.

Достали меня что-то эти экс боги.

— На четвёртом. — Выдал парень и невзначай поправил значок на мантии.

На нём изображалось нечто похожее на серп и молот (прямо-таки привет из СССР!), заключённые в четыре круга. Надо полагать, что по ним можно понять, на каком курсе учится студент. Удобно.

— Чувствую, в бедующем ты будешь преподавать в этой академии. — Выдала я. Меня даже неожиданно гордость прошибла за парня.

Вот это да! Эк, я быстро сблизилась с беднягой. Симпатией к нему прониклась. Ага. Материнской.