Где правда, брат?

Колычев Владимир Григорьевич

— Ну почему не важно? Мы могли бы встречаться.

— Ты не боишься? — Она внимательно посмотрела на него.

— Боюсь. Но мы же осторожно… Ты, главное, не говори Мише, что мне известно про ваш роман. А я буду делать вид, как будто ничего не знаю. Он старый, тебе будет с ним противно, а со мной хорошо.

— Ну, я не знаю, — замялась Юля.

У Феликса в душе все переворачивалось от мысли, что Злой будет раздевать ее своим грязными лапами, укладывать в постель… Но ему нужно было через это пройти. Чтобы злее быть.

К

тому же Злой обещал Юле не трогать ее до свадьбы. А свадьбы не будет. Феликс уже точно это знал…

Глава 10

Прошла любовь, завяли помидоры… Все, Варя больше не хочет жить с Ромой Захарским. Что ж, это ее право. Только почему она с удивлением смотрит на Степана? Он должен был отговаривать ее от столь смелого решения, именно этого она от него и ждала. А он соглашается с ней…

Степан с ног сбился, пытаясь найти ее, а она сама позвонила ему, сказала, что нужно встретиться. Они сидели в машине возле дома на Звездном бульваре, где она жила. Варя сказала, что сюда возвращаться не станет, и просила Степана отвезти ее в Дубовку к родителям, а «Мерседес» вернуть Захарскому. Возражать он не стал, это ее и озадачило.

Да и не о том он думал, чтобы возражать. Он радовался тому, что Варя нашлась, а ведь с ней могло произойти всякое.

— Тебе все равно, что со мной будет? — недоуменно спросила она.

— А что с тобой будет? — пожал плечами Степан. — После каникул вернешься в Москву, продолжишь учебу.

— И где я буду жить? В общаге?

— А что здесь такого?

— Думаешь, там хорошо?

— Хорошо то, что хорошо заканчивается, а ты жива и здорова.

— Жива. Но не совсем здорова… Понимаешь, я Роме изменила! Я не могу после этого быть с ним!

Чувствовалось, что Варя очень переживает, но при этом она не хотела соглашаться с собой. Не может она жить с Ромой, но и уйти от него не решается.

— С кем ты ему изменила?

— Олегом его зовут, я же тебе говорила. Это было какое-то сумасшествие…

— И где он, этот Олег?

— Сумасшествие добром не заканчивается, — вздохнула Варя.

— Он тебя бросил?

— Ну, тут не только его вина. Я тоже хороша…

— Может, его звали Феликсом? — спросил Степан.

— Феликсом?! — вздрогнула она.

— Тебя с ним видели в супермаркете. Он сел к тебе в машину. Ты с ним целовалась.

— Да? Видели? — побледнела сестра.

— Охранник видел. Я за тебя очень переживал, места себе не находил.

— А Рома знает?

— При чем здесь Рома? Да и уходишь ты от него…

— Значит, знает, — вздохнула она.

— Не знает, — покачал головой Степан. — Я ему не говорил.

Собирался сказать, да так и не решился. Но сегодня бы точно сказал, если бы Варя сама не объявилась.

— Точно не говорил?

— Тебе какая разница? Ты же уходишь от него.

— Ухожу… А тебе что, все равно?

— Я хочу, чтобы ты мужа себе нашла, а не любовника.

Да и не о том разговор. Я так и не узнал, где ты была.

— Ты же сам про Феликса сказал, — слегка опешила Варя.

— Я сказал, что тебя видели с ним, а где ты была, не знаю.

— Он меня к себе домой отвез. Он меня загипнотизировал. Понимаешь, натурально загипнотизировал! Я как чумная была! Ничего не соображала! Это было какое-то помешательство! А потом он сказал, что любовь закончилась, и показал на дверь…

— А была любовь?

— Я же говорю, он меня загипнотизировал. Такое ощущение, что он меня изнасиловал.

— Изнасиловал? — нахмурился Степан.

— Ну, в какой-то степени…

— «Поматросил» и бросил?

— Да, «поматросил»…

— Значит, ты у него дома была…

— Да, была.

— Адрес запомнила?

— Да я же его туда и везла. Хотя нет, не помню! — спохватилась вдруг Варя.

— Чего ты не помнишь? — подозрительно посмотрел на нее Степан.

— Ну, он говорил, куда ехать, а я руль крутила. Это где-то в Отрадном, а где конкретно, не помню.

— Значит, будем колесить по Отрадному, пока не найдем этот дом.

— Зачем его искать?

— Феликс тебя изнасиловал, он должен за это ответить.

— Ну, не в прямом смысле изнасиловал…

— Я человек простой, я в смыслах не разбираюсь, — усмехнулся Степан. — Если он сделал тебе больно, значит, он должен за это ответить.

Не станет он взвешивать вину Феликса на чаше весов, определяя, достойна ли его подлость наказания. Этот подонок обидел Варю, и он должен за это ответить. Никаких сомнений на этот счет Степан не испытывал. Он действительно парень простой. И даже безобидный. За себя он может простить многое, а вот сестру обижать нельзя.

— Да нет, ты не понимаешь… — Варя вдруг вцепилась ему в руку, как будто собираясь удерживать его. — Это даже хорошо, что он показал мне на дверь. Как будто пелена с глаз спала. Нет больше очарования. И Феликс мне даром не нужен!

— Ты кого убеждаешь, себя или меня? — усмехнулся Степан.

Он действительно простой парень, но голову ему заморочить трудно. Уж у Вари это точно не получится.

— Тебя убеждаю! Не надо ничего делать! Хочешь, я вернусь к Роме?

Степан сощурил глаза в ироничной улыбке. Ловко она все повернула — и через себя как бы переступает, чтобы с Ромой остаться, и разговор со скользкой дорожки уводит.

— Мне все равно.

— А почему тебе все равно? Ты же без работы можешь остаться, если я уйду от него!

— Пусть.

— А вдруг Рома на мне женится? Ты же этого хочешь?

— Я хочу, чтобы ты счастливой была. Хочу, чтобы тебя никто не обижал. А Феликс тебя обидел, и я должен с ним поговорить. Адрес назовешь или поедем его дом искать?

— Ну, ты и упертый! Теперь я понимаю… — Варя вдруг осеклась и замолчала.

— Что ты понимаешь?

— Ну, Феликс просил тебе ничего не говорить.